close

Вход

Забыли?

вход по аккаунту

?

bd000101628

код для вставкиСкачать
На правах рукописи
iowu^
Соколова Надежда Сергеевна
МОТИВАЦИОННЫЕ СВЯЗИ В ЛЕКСИКЕ
СОВРЕМЕННОГО АНГЛИЙСКОГО Я З Ы К А
(на примере мотивацнонного поля «fire»)
Специальность 10.02.04 - германские языки
АВТОРЕФЕРАТ
диссертации на соискание ученой степени
кандидата филологических наук
Иркутск 2005
Работа
выполнена на кафедре английской филологии Х^ 2 Кемеровского
государственного университета
Научный руководитель:
доктор филологических наук, профессор
Феоктистова Надежда Васильевна
Официальные оппоненты:
доктор филологических наук, профессор
Ковалева Лия Матвеевна
кандидат филологических наук, профессор
Дюндик Борис Прокофьевич
Ведущая организация:
Башкирский государственный университет
Защита состоится «14» декабря 2005 г. в 13.00 часов на заседании диссертационного
совета Д 212.071.01 по защите диссертаций на соискание ученой степени доктора
наук в Иркутском государственном лингвистическом университете по адресу:
664025, г. Иркутск, ул. Ленина, 8, ауд. 330.
С
диссертацией
можно
ознакомиться
в
научной
библиотеке
Иркутского
государственного лингвистического университета.
Автореферат разослан «Jjj> ноября 2005 г.
Ученый секретарь
диссертационного совета
Литвиненко Т. Е.
i0795"
-^i-^b'
Мотивированность языкового знака относится к числу основных вопросов,
традиционно изучаемых в лингвистике. Различные проблемы мотивированности
освещались в трудах таких ученых, как В. фон Гумбольдт, Ф. де Соссюр, А.А.
Потебня, Г.Г. Шлет и многих других. Соответствуя природе человеческой психики,
мотивированность обладает способностью объяснять любое название. В
мотивированных наименованиях закреплены итоги познавательной деятельности
человека в его взаимоотношениях с окружающим миром, другими людьми.
Поскольку когниция индивида основана на способности к категоризации
окружающей действительности, то есть умении классифицировать, отождествлять,
устанавливать сходства и подобия, то имеются все основания полагать, что процесс
категоризации имеет много общего с процессом мотивации.
Актуальность работы определяется возросшим интересом к изучению
человека и осуществляемым им посредством языка процессам категоризации.
Ментальные сущности, к числу которых относятся и понятийные категории,
находят свое вьфажение в полнозначной лексике, где каждое полнозначное слово
может рассматриваться как отражающее отдельно взятую категорию со стоящими за
ней многочисленными ее представителями. На языковом уровне этими
представителями выступают лексические значения слова. Существуя в пределах
одного семантического пространства, лексические значения вместе с тем находятся
в постоянном взаимодействии, образуя целые области, именуемые полями. Для
реферируемого исследования особый интерес представляет теория мотивациоиного
поля.
Предметом изучения выступают мотивационные отношения в лексике
современного английского языка, рассматриваемые на примере одного
мотивациоиного поля в рамках интегрированного подхода, совмещающего в себе
элементы традиционного и когнитивного анализа. Объектом исследования
являются лексические единицы, включающие сложные и сложнопроизводные слова,
а также фразеологизмы с общим семантическим компонентом "fire".
Научная новизна определяется тем, что впервые описание мотивационных
связей в лексике современного английского языка проводится на примере отдельно
взятого мотивациоиного поля. Детальное изучение мотивационных отношений
способствует более глубокому пониманию сущности явления категоризации,
присущего человеческому сознанию и нашедшему свое частичное отражение в
сфере лексической номинации. Второй аспект новизны обусловлен попыткой
расширения границ мотивациоиного поля за счет введения в его состав, наряду со
сложными и сложнопроизводными словами, фразеологических единиц.
Основная гипотеза работы заключается в том, что состав мотивациоиного
поля может быть пополнен. Принимая во внимание факт непосредственной
взаимосвязи лексического и фразеологического уровней системы языка, можно
рассматривать фразеологические единицы в качестве составных элементов
мотивациоиного поля.
Цель предлагаемого исследования - выявление специфики формирования
значений
номинативных
единиц,
традиционно
рассматриваемых
как
разноуровневые (сложные слова и |<1^д^9{ХЩ%ШШ||ЬЙАЯ'1°Р"^
"^ механизмы
io
категоризации.
БИБЛИОТЕКА
СП
09
II W
J
*
Цель работы предопределила постановку и решение ряда практических задач:
- изучить основные принципы построения языковых категорий;
- выявить параметры соотношения язьпсовых и когнитивных структур;
- установить объективные основания для объединения разноуровневых
лексических единиц в пределах одной языковой категории, примером
которой выступает мотивационное поле;
- описать понятийный образ многозначной лексемы путем сопоставления
различных определений ее значений, представленных в лексикофафических
источниках;
- исследовать концептуальные области вхождения сложных слов,
объединенных одной лексемой-мотиватором;
- осуществить фреймовый анализ значений фразеологических единиц с
общим субстантивным компонентом.
Теоретической базой исследования послужили труды отечественных и
зарубежных ученых в области теории мотивации, словообразования, категоризации,
фреймовой семантики, полисемии, фразеологии.
Методы исследования определены в соответствии с поставленными задачами.
В качестве рабочих методов анализа применяются метод компонентного анализа,
метод сплошной выборки, метод семантической интерпретации, прототипический и
фреймовый анализ, приемы дефиниционного анализа и метод количественной
обработки данных. Привлечение в анализе языкового материала комплексной
методики обусловлено наличием в плане содержания исследуемых лексических
единиц сущностно разных компонентов, требующих использования различных
метаязыков при их семантическом описании.
Результаты предлагаемого исследования позволяют вынести на защиту
следующие положения:
1. Внутренняя форма наименования, являясь единицей уровня языка, находит
определенные соответствия с категориальным прототипом, относящимся к
понятийной сфере.
2. Различные типы мотивированности, участвующие в процессе языковой
номинации, соотносятся друг с другом на основании принципа «семейного
сходства». Образуя своего рода радиальную категорию, каждый из них
может выступать в качестве основного в рамках какого-либо конкретного
исследования.
3. Вариативность приводимых в различных словарях определений в
отношении одной лексемы указывает на многомерность определяющего ее
концепта и субъективность его толкования.
4. Различная степень мотивированности лексических единиц, входящих в
состав мотивационного поля, обусловлена степенью влияния прототипа на
членов категории.
5. Единство лексико-фразеологического уровня системы языка определяется
существованием базисных понятий, способных организовывать эти единицы
в одну языковую категорию.
Материалом исследования послужили сложные и сложнопроизводные слова с
первым компонентом "fire" (162 единицы), а также фразеологизмы (45 единиц),
включаютцие в свой состав указанную лексему. Объективируя в сознании людей
многовековой опыт общения с огнем, лексема "fire" обладает довольно высокой
степенью
словообразовательной
активности,
что
позволяет
наглядно
продемонстрировать общие закономерности мотивационных отношений в рамках
отдельно взятого мотивационного поля.
Анализ языкового материала проводился на основе данных более 20 различных
словарей: традиционных толковьк, энциклопедических, фразеологических, а также
электронных толковых словарей и энциклопедий.
Теоретическая значимость выполненной работы обусловлена тем, что ее
результаты вносят определенный вклад в проблему изучения природы и специфики
мотивационных отношений лексических единиц, в развитие теории когнитивной
структуры слова, моделирования мыслительных процессов, способствуют
раскрыгию механизмов языковой номинации и категоризации.
Практическая значимость исследования заключается в том, что его
результаты могут быть использованы в вузовских курсах и спецкурсах по
лексикологии, когнитивной семантике, теории современного английского языка, а
также при составлении учебных пособий и разработке тематики курсовых и
дипломных работ. Результаты анализа могут также найти применение в
лексикографической практике.
Апробация работы. Основные положения диссертации нашли отражение в
пяти публикациях и послужили основой для докладов и сообщений на
международной конференции «XXII Дульзоновские чтения» (ТПГУ, г. Томск, 20-22
июня 2000г.), на II международной конференции «Типология в этногерменевтике и
этнориторике: менталитет и реальность» (КемГУ, г. Кемерово, 20-21 сентября
2000г.), на Всероссийской научно-практической конференции «Актуальные вопросы
филологии и методики преподавания иностранных языков» (НГПИ, г. Новокузнецк,
25 апреля 2002г.), на семинарах для аспирантов и соискателей кафедры английской
филологии № 2 КемГУ (2001, 2002, 2003гг.), на III международной конференции
«Язык, Культура. Человек. Этнос» (КемГУ, г. Кемерово, 7-9 октября 2002г.), на IV
международной конференции «Этногерменевтика и антропология» (КемГУ, г.
Кемерово, 4-6 октября 2004г.), на X X X I и X X X I I научных конференциях студентов
и молодых ученых КемГУ (Кемерово, апрель 2004, 2005гг.).
Цель и задачи исследования определили структуру работы. Диссертация
состоит из введения, двух глав, заключения, списка использованной литературы,
включающего 234 наименования на русском, английском и немецком языках, а
также списка печатных и электронных словарей и энциклопедий.
Во введении обосновывается выбор темы, ее актуальность и научная новизна,
указываются объект и предмет исследования, методы и материал анализа,
формулируются цель и задачи, определяется рабочая гипотеза, раскрываются
теоретическая значимость и практическая ценность, излагаются основные
положения диссертации, выносимые на защиту.
В первой главе «Когнитивные особенности мотивационных отношений в
лексике современного английского языка» рассматриваются теоретические
предпосылки исследования, связанные с определением параметров языковой
категоризации в рамках когнитивного направления в лингвистике, анализируются
основные подходы к изучению мотивационных отношений на примере
мотивационного поля, обосновывается необходимость расширения его структуры.
Во второй главе «Основные принципы реализации мотивационных отношений
в лексике современного английского языка» проводрггся анализ языкового
материала, дается когнитивная характеристика мотивационных отношений
исследуемых номинативных единиц.
В заключении обобщаются основные результаты исследования.
Содержание работы
Многочисленные исследования, проводимые в последние годы, убедительно
свидетельствуют о том, что большая часть нашего опыта организована особым,
сложным способом, основанном на привлечении лучевых структур с центральными
(прототипическими) и периферийными элементами категории, которые по-разному
демонстрируют некоторые типы подобия с лучшими представителями своего
класса. Статус языковой категории в таком случае определяется ее положением в
ряду других категорий, функционирующих в качестве средств выражения как
собственно языковых, так и неязыковых отношений.
Вопрос о соотношении языковых и понятийных, когнитивных, категорий
непосредственным образом взаимосвязан с пробле.мой соотношения значения и
понятия. Имея единую природу языково-мыслительной семантики (Колшанский
1990), они представляют собой генетическое единство. Соответственно все
признаки понятия (отсутствие четких, фиксированных фаниц, подвижность,
открытость) присущи и лексическим значениям. Это дает основание многим ученым
определять последние как особые когнитивные структуры, включенные в модели
знания и мнения, конкретные концептуализации (Jackendoff 1995; LakofF 1988;
Taylor 1995; Ungerer 1996 и др.).
Заключая в себе как информацию о самом обозначаемом, связи этого
обозначаемого с другими объектами и явлениями действительности, так и
информацию о соотношении данного обозначения с другими обозначениями,
функционирующими в языке, лексическая единица выступает сразу в двух
ипостасях: как самостоятельное, отдельно взятое обозначение и как составляющая
некоторой языковой категории (Беляевская 1994). Поскольку человек мыслит путем
обращения к представлениям и понятиям, которые закреплены у него в форме
языковых единиц, то это позволяет прийти к заключению, что языковые категории
имеют много общего с когнитивными категориями.
Взаимосвязь языкового и когнитивного позволяет, в свою очередь,
предположить существование некоторой параллели между внутренней формой
лексической единицы и прототипом категории. Во-первых, внутренняя форма
лексической единицы и прототип категории соотносятся на основании уже того, что
и в том, и в другом случае речь идет о выделении наиболее ярких признаков: с
одной стороны языковой номинации, а с другой - понятия. Эти признаки призваны
обеспечивать стабильность и устойчивость как языковой, так и когнитивной
категории. Во-вторых, понятие представляет собой структуру, содержащую
указание на то, какие из его элементов являются прототипичными, а какие нет.
Внутренняя форма, определяемая как «узел системных связей в языке» (Голев 2000),
как бы «аккумулирует» мотивационные отношения лексических единиц, формируя
вокруг себя мотивационные блоки, включающие разные категории слов:
мотивированные, полумотивированные, немотивированные. Постепенный переход
из мотивированного в полумотивированное, а затем и в немотивированное,
осуществляемый в языке, можно сопоставить на определенном уровне анализа с
переходом прототипического в непрототипическое в пределах когнитивной
категории. В-третьих, как прототип, так и внутренняя форма призваны
организовывать вокруг себя какое-либо пространство: прототип на ментальном
уровне, внутренняя форма - на языковом. Ментальные пространства
структурируются идеализированными когнитивными моделями (ИКМ), языковое
пространство - значениями. Понятие, таким образом, фиксируется в языке в виде
значения, маркируемого посредством внутренней формы. В-четвертых, еще одним
основанием для соотнесения внутренней формы языковой единицы и прототипа
когнитивной категории является их нахождение в центре так называемого образа. В
случае если речь идет о прототипе категории, то образом выступает гештальт,
который на языковом уровне коррелирует с понятийным образом лексемы. Под
последним подразумевается конгломерат значений лексической единицы,
направленных на создание общего, нерасчлененного представления о стоящем за
словом понятии. На определенном этапе анализа «понятийный образ» и «гештальт»
выступают как две ипостаси одного и того же явления.
В свете вышесказанного, мотивированность лексических единиц следует
рассматривать как когнитивный феномен, обусловленный категоризующими
способностями человеческого сознания, как такую языковую категорию, которая
представляет собой отражение различными средствами языка определенного набора
атрибутов выражаемого ею понятия. Существующая типология мотивированности
лексических единиц дает основания утверждать, что все ее виды соотносятся друг с
другом на основании принципа «семейного сходства». Образуя своего рода
радиальную категорию, различные виды мотивированности лексических единиц
могут приобретать статус центральных в рамках какого-либо конкретного
исследования.
Бесконечность выделяемых в процессе познания мира элементов опыта при
необходимости номинации последних предполагает ряд номинативных способов, к
числу которых относятся использование тропов, создание новых (как правило,
производных и сложных) слов, а также фразеологизация сочетаний слов. Указанные
способы номинации находят свое отражение в существовании переносных значений
лексемы, разного рода словообразовательных конструктов и идиоматических
выражений, включающих ее в качестве составного компонента. В этой связи можно
говорить о системообразующих свойствах отдельно взятой лексической единицы.
Если речь идет об исследовании мотивационных отношений, то слово,
объединяющее другие семантически связанные лексические единицы на основании
своей внешней формы и содержания, рассматривается как лексема-мотиватор.
Системные отношения лексических единиц можно вполне объективно проследить
на примере отдельно взятого мотивационного поля (МП).
Теория мотивационного поля, используемая при изучении мотивационных
взаимосвязей лексико-семантического пространства отдельно взятого языка, дает
возможность вполне эффективного описания основных принципов организации
языкового континуума. В свою очередь когнитивный подход к определению
характера мотивационных отношений лексических единиц позволяет объяснить те
механизмы,
которыми
оперирует
человеческое
сознание
в
процессе
концептуализации и категоризации окружающей его действительности. Поскольку
мотивированность и мотивация выступают важным способом соединения всех
языковых уровней, то в этой связи представляется возможным расширить сферу
применения данной теории за счет введения в его структуру наряду со сложными и
сложиопроизводнымй словами идиоматических выражений, объединенных одной
лексемой-мотиватором.
Включение в состав М П фразеологических единиц имеет под собой ряд
оснований. Во-первых, как следует из результатов многочисленных исследований,
направленных на изучение различных видов мотивированности и мотивационных
отношений, большая часть существующих идиом, также как и лексических единиц знаки мотивированные (Елисеева 2000; Кунин 1996; Телия 1996; Черданцева 1996;
Lakoff 1987 и др.). Во-вторых, между словами и фразеологическими единицами
существует неразрывная связь, которая проявляется в том, что лексемы и
фразеосочетания способны объединяться в структуры, имеющие полевую
конфигурацию (лексико-фразеологические объединения, гнезда, серии). В-третьих,
когнитивный подход к определению значения языковой единицы, а, следовательно,
и фразеологизма, отсылает исследователя к понятто фрейма. Языковая единица в
таком случае рассматривается как имеющая референцию не «прямо» к миру, а
всегда через фреймовое включение, которое является посредником между
значением языковой единицы и выполнением ею знаковой функции (Телия 1996). Вчетвертых, несмотря на определенное единство смыслового содержания как
сложных слов, так и фразеологических единиц, и те, и другие имеют компонентную
основу, в структуре которых возможно выделить составляющие их элементы. Впятых, фразеологизмы являются надежным показателем освоенности понятия в
когнитивной системе культурно-языковой общности, заполняя пустующие лакуны в
лексической системе языка, которая не может полностью обеспечить наименование
познанных человеком (новых) сторон действительности.
Исходя из того, что ббльшая часть нашего опыта организована в виде лучевых
структур с центральными (прототипичньп^и) и периферийными членами категории,
объединяющим началом рассматриваемой языковой категории в данном случае
выступает понятийный образ лексемы-мотиватора. Основу этого образа составляют
наиболее яркие атрибуты понятия, нашедшие отражение во внутренней форме
мотивирующего наименования. Лексема-мотиватор в этом случае может
рассматриваться как внешняя форма понятия, его лексикализованная оболочка.
Представленные выше размышления теоретического характера позволяют
сделать следующие выводы о том, что, во-первых, способность к категоризации
относится к числу основных способностей человека, непосредственным образом
связанных с его языковой деятельностью. Результаты процесса категоризации
находят свое отражение в полнозначной лексике. Описание структурных
особенностей отдельно взятой категории, примером которой в работе выступает
мотивационное поле «fire», дает возможность определения характерного набора ее
представителей. Во-вторых, способность языковых единиц активизировать «те
сущности, знаковыми заместителями которых они являются» (Кубрякова 2001),
обусловлена их генетической взаимосвязью. Обращение к категории знания как
базовой категории позволяет снять противопоставление лингвистического и
экстралингвистического
(когнитивного),
что
определяет
возможность
использования одного и того же метаязыка для описания различных типов знания.
В-третьих, взаимосвязь языкового и когнитивного находит свое отражение в
соотношении внутренней формы лексической единицы и категориальном
прототипе. На этом основании процесс мотивации можно представить как процесс
языковой категоризации, направление которому задает внутренняя форма
наименования. В-четвертых, поскольку само понятие мотивированности уже
подразумевает некоторую системность, а отдельно взятая лексическая единица в
свою очередь также обладает системообразующими свойствами, то представляется
возможным говорить об особом системном образовании - мотивационном поле. Его
структура, состоящая из лексемы-мотиватора (производящего слова) и элементов
поля (сложных и сложнопроизводных слов), может быть распшрена за счет
включения в ее состав фразеологических единиц.
Онтологический статус понятия «огонь», вербально представленного в
английском языке лексемой "fire", предопределяет наличие большого разнообразия
значений последней, мотивируя появление многочислеппых
вторичных
наименований. Совокупность приводимых в словарях данных в той или иной
степени отражает содержание коррелирующего понятия, очевидными доминантами
которого выступают представление об огне как феномене горения (phenomenon of
combustion) и оружейной стрельбе (shooting from guns). Это позволяет говорить о
двухуровневой
прототипической
структуре
рассматриваемой
категории.
Характерной особенностью первого уровня является наличие ряда моделей и
субмоделей, соотношение которых в рамках лингвистических исследований может
рассматриваться как определенная корреляция понятий варианта и инварианта
значения.
В результате анализа лексикофафической информации в отношении лексемы
"fire" как явления горения были выделены три основные базисные модели,
отражающие пропозициональную структуру понятия-прототипа. К ним относятся:
модель «феномен горения» ('the phenomenon of combustion as manifested in light,
flame, and heat and in heating, destroying, and altering effects: ignition'),
предполагающая в свою очередь наличие двух субмоделей: «элемент философии»
('one of the four elements of the alchemists') и «природное воплощение» (volcanic heat,
flame, or glowing lava); модель «горение топлива» ('fuel in a state of combustion (as on
a hearth or in a stove or fiirnace)'); модель «пожар» ('destructive burning (as of a house,
town, or forest)'), которая также включает две субмодели; «целенаправленное
разрушение» ('puфosive destruction by burning') и «испытание» ('death or torture by
10
fire; specif, burning at the stake'). Пересечение представленных моделей образует
экспериенциальный кластер, определяющий содержательное ядро категории.
В
пределах рассматриваемой категории был также выявлен ряд
метонимических и метафорических моделей. К числу первых относятся модель
«прижигание огнем» {'^"farriery, cautery'); модель «рудничный газ» ('firedamp');
модель «молния» ('lightning, а thunderbolt'); модель «фейерверк» ('an inflammable
composition or a device for producing a fiery display'); модель «отопительный прибор»,
включающая субмодели «печное устройство» ('аfireplacein which а fire is burning')
и «обофеватель» ('a small gas or electric space heater'). Из числа возможных
метонимических моделей, существующих в английской языковой культуре, в
рассматриваемых примерах участвуют: CAUSE for EFFECT («прижигание огнем»);
EFFECT for CAUSE («рудничный газ», «молния»); MATERIAL for OBJECT
(«фейерверк»); CONTAINER for CONTENT («отопительный прибор»). При этом
некоторые модели (к ним относятся «молния», «прижигание огнем») отражают
архаичный способ мышления, присущий ему синкретизм.
Метафорические модели, лежащие в основе метафорических значений
исследуемой лексемы, основаны в большинстве своем на онтологических
метафорах. Среди них наиболее яркую выраженность имеет метафора STRONG
FEELING
fS FIRE, определяющая существование модели «эмоциональное
состояние» ('burning intensity of feeling; ardor'; 'ardor of passion, whether love or hate;
excessive warmth; consuming violence of temper'), представленной в языковом
сознании индивида рядом субмоделей, каждая из которых соотносится с одной из
метафорических схем, представляющих собой разновидности данной метафоры:
EXPERIENCING PASSION IS BURNING IN A FIRE (субмодель «страсть»: 'a very
strong emotion that makes you want to think about nothing else; intense love or hate:
passion'); TEMPERAMENT IS FIRE (субмодель «темперамент»: 'ardor of spirit or
temperament: drive, courage, zeal, enthusiasm, fervor'); LIVELINESS OF IMAGINATION
IS FIRE (субмодель «живость воображения»: 'liveliness of imagination or fancy:
genius, inspiration, vivacity'). Модель <ваболевание» обусловлена существованием
конвенциональной метафоры DISEASE IS BURNING IN A FIRE. Указанная модель
включает субмодели «заболевание человека» ('fever or inflammation esp. from a
disease'), в основе которой лежит метафорическая пропозиция BODILY
INFLAMMATION IS FIRE и «заболевание растений» ('а plant disease producing а burnt
appearance; disease as a consuming agency'), определяемой набором метафорических
схем PLANT DESTRUCTION IS A DISEASE и DISEASE IS FIRE. В основе модели
«серьезное испытание» ('an experience that tests or tempers quality or character: a
severe trial or ordeal') лежит конвенциональная метафора OBTAINING EXPERIENCE
IS BURNING IN A FIRE Визуальное восприятие огня в виде сияющих переливчатым
светом языков пламени ведет к появлению метафоры PLAY OF PRISMATIC
COLOURS IS FLICKER OF THE FIRELIGHT, лежащей в основе модели «блеск,
свечение» ('rapidly changing flashes of colour seen in some gems, such as diamonds;
luminosity, fire-like glow'). Модель «согревающая способность» ('the heating powers
of a substance (as liquor)') определяется метафорой QUALITY OF BEING HOT IS
QUALITY OF FIRE).
11
Второй уровень прототипической структуры рассматриваемой категории
находит свое отражение в модели «оружейная стрельба» ('the discharge of firearms:
firing'; 'shots fired from a gun, esp. many guns at the same time'), включающей
субмодель «запуск реактивного снаряда» ('the launching of а missile, rocket, or similar
ballistic body'). Представленные дефиншщи отража!от определенный блок знаний,
относящийся к военной сфере, связанной с ведением боевых действий.
Метафорическая модель «критика» ('intense or continuous criticism: verbal
attack/a series of remarks usu. following closely one upon the other'), имеющая
объективированное воплощение в лексеме "fire", определяется понятийной
онтологической метафорой CRITICISM IS ATTACK.
Многообразие существующих в лексикографической практике толкований
лексемы "fire" позволяет увидеть многомерность объективируемого ею концепта.
Одновременное обращение к данным различных словарей способствует выявлению
П0НЯТИЙ1ГОГ0 образа в более полном объеме, а также дает возможность получения
довольно четкого набора когнитивных моделей, определяющих сосуществование
различных лексико-семантических вариантов многозначного слова.
Описываемый на основе анализа словарных дефиниций понятийный образ
лексемы "fire" указывает на базовость огфеделяющего ее понятия, являющегося
неотъемлемой частью культурного опыта носителей английского языка. Этот опыт
проявляется в языковом поведении лексемы, в ее сочетаемостных способносчях. В
этом случае она выступает в роли мотиватора, систематизируюгцего своей внешней
и внутренней формой большое количество номинативных единиц (как сложных
слов, так и фразеологизмов).
Прямой мотиватор, соответствуя пропозициональной модели выраженности
прототипического понятия, отражает самое обычное, обыденное знание. Сложные
слова, структурированные
в одно М П
посредством лексемы "fire",
систематизированы рядом прямых мотиваторов, первый из которых соответствует
ранее выделенной модели «пожар». Ситуация с пожаром находит свое отражение в
существовании большого количества сложных лексических образований с первым
компонентом "fire": fire flow,fireground,firealarm,firefmder,firetower, fire chaser,
fireguard2, fire lookout, fire boss, fire runner, fire prevention,fireproof,firecurtain, fire
cut, fire detention, fire lane, fire fighter, fire annihilator, fire blanket, fireboat, fire cock,
fire-engine, fire extinguisher, fire trap,firestorm,firewind и т.д.
Второй прямой мотиватор соотносится с моделью «горение топлива»,
реализуясь в сложных словах типаfirebrand],firelighter,firedog,firedrilli, fire maker,
fire saw, fireset, йгеЬаскз, fire bar,firebed,fireboard,firebridge, fire door,fireframe,
fireplace,firescreen,firehousci,fireroom,firesideи т.д.
Третий прямой мотиватор (модель «феномен горения») объединяет следующие
лексические композиты: fire assay, fire check, fire point, fire polishing, fire resistance,
fire-eateri,firehunt,firelight;fireturbine,firebrick,fireclay,firestone,firesand и т.д.
Четвертый прямой мотиватор имплицирует представление об огне как
оружейной стрельбе: firearms, firelock, fire direction, fire fight, fire mission, fire
superiority, fire support,fire-masterи т.д.
12
Подобное распределение
мотиваторов одного типа
по признаку
первичности/вторичности и т.д позволяет выявить наиболее популярные знания об
объекте.
Переносные мотиваторы, выделяемые в МП, отражают метафорические и
метонимические способы мышления. В структуре М П "fire" присутствует несколько
метафорических переносньк мотиваторов.
Первый переносный мотиватор соответствует метафорической субмодели
«темперамент», объединяя лексемы fireball, firebrand:,fireflaught2,fire-hot, fire sign,
fire-eyed и т.д. Онтологическая метафора TEMPERAMENT IS FIRE, изначально
лежащая в основе метафорической модели «эмоциональное состояние», осложнена
онтологической метафорой TEMPERAMENT IS AN ENTITY.
Второй переносный мотиватор соотносится с метонимической моделью
«фейерверк», основанной на метонимии MATERIAL for OBJECT, и систематизирует
ряд вторичных наименований: fire balloona, Яге(-)сгаскеГ|, fire wheel: и т.д.
К фуппе вторичных наименований, мотивироват^ых третьим переносным
мотиватором (метафорическая субмодель «заболевание растений»), относятся: fire
blast,fireblight.
Четвертый переносный мотиватор (метонимическая модель «молния»)
объединяет лексемы fire bolt и fireflaught].
Пятый переносный мотиватор (метафорическая модель «согревающая
способность») мотивирует появление лексемы firewater.
Шестой переносный мотиватор (метонимическая модель «рудничный газ»)
определяет существование лексемы firedamp.
Седьмой переносный мотиватор (метафорическая модель «критика») находит
свое отражение в fireworks:.
Из числа указанных переносных мотиваторов четыре имплицируют
метафорические и метонимические модели. В ходе анализа бьию выявлено, что в
тех случаях, когда в роли мотиватора выступает не сама модель, а ее субмодель,
начальная метафора осложняется либо метафорой другого плана, либо метонимией.
Объяснение этому факту видится в том, что человеческая психика, восприятие ею
мира очень мобильны: по мере того, как на любом признаке концентрируется
внимание, он превращается из признака в самостоятельный объект, обладающий
какими-то собственными признаками.
По сравнению с переносными мотиваторами мотиваторы-актуализаторы
обладают гораздо большим «запасом перспективности». Их отличительной
особенностью является то, что они основываются на потснциальньге семантических
возможностях слова. Мотиваторы-актуализаторы, как представляется из анализа,
есть, по сути, символические значения слова.
Первый
мотиватор-актуализатор.
указывающий
на
цвет
пламени,
систематизирует в общей сложности 26 сложных слов: fire ant',firebacki,firebean,
firebird,fireblende,firecherry,fire-fish'и т.д.
Второй мотиватор-актуализатор подразумевает блеск и яркость пламени и
объединяет лексемыfireball),firebeetle,fireflyi,fireopal и т.д.
Третий мотиватор-актуализатор имплицирует знание о том, что огонь жжет,
обжигает: fire ant^, fire coral, fire medusa и т.д. Все элементы поля, объединяемые
13
вышеукачаиньтм типом мотиваторов, представляют собой наименования
натурфактов.
Мотиватор-интенсификатор охватывает десемантизированные элементы
понятия, связанные с центром лишь на основании общей формы.
Интенсифицирующие мотивирующие связи лексемы-мотиватора "fire" можно
проследить на примере композита fire-new. При этом можно говорить о полной
потере мотива называния, обусловленной практически окончательной утратой
внутренней формы.
Среди представленных в работе сложных лексем с первым компонентом "fire"
25 имеют полисемантичную структуру, наследуя от двух до четырех различных
значений лексемы-мотиватора. Примером сложного полисемантичного слова может
служить лексема fireball, активизирующая следующие атрибуты понятия,
отраженные в значениях: 'energy, excitement' ('а highly energetic indefatigable
person); 'brilliancy, luminosity' ('the highly luminous cloud of vapor and dust'); цвет
пламени ('a European garden perennial with scarletflowers').Несмотря на реализацию
различных смыслов, ЛСВ данного слова соотносятся друг с другом через
манифестируемые ими пропозиции с одним и тем же концептом,
актуализированным мотивирующей лексемой "fire". Значения производящего и
производного слова составляют в этом случае сеть пересекающихся смыслов через
радиальную метонимию, детерминирующую «семейное сходство» членов
многозначного деривата.
Описание фразеологизмов, входящих в МП "fire", проводится с применением
методики, направленной на выявление концептуальных преобразований,
участвующих в процессе семантической деривации идиоматического значе1гия,
предложенной А.Н. Барановым и Д.О. Добровольским.
Изучение концептуальных преобразований в пределах одного ФЕ позволяет
наглядно представить процессы, происходящие в ходе метафорического и
метонимического проецирования концептуальной информации (в случае, если оно
имеет место). Каждое проецирование рассматривается как фиксированный образец
онтологических соответствий в тех областях, которые могут применяться к
структуре знания области источника или лексической единице области цели. Роль
когнитивных следов исходного смысла в плане содержания идиомы может быть
различной, что напрямую зависит от степени ее семантической прозрачности. В
число рассматриваемых идиом включались только те, в структуре которых
отсутствуют определения к субстантиву "fire". Иначе речь бы шла не об отражении
категоризующей способности лексемы-мотиватора, а о ее идентифицирующих
особенностях. Как и в сложных словах, идиомы с общим компонентом "fire"
систематизированы посредством ряда мотиваторов.
Первый переносный мотиватор, объединяюшрй идиомы work wdthfire,а ball of
fire, iron in the fire, fire in the belly, a fire in the blood, have fire in one's eye, be on fire,
breathe fire, flash fire, catch (take) fire, соответствует онтологической метафоре
STRONG FEELING IS FIRE. Кроме того, актуальное значение идиом (fire in the belly,
a fire in the blood, have fire in one's eye, be on fire, breathe fire и т.д.) также
определяется осложненной метафорой, объединяющей онтологическую метафору
STRONG FEELING IS FIRE и метафору «контейнер» HUMAN BODY IS A
14
CONTAINER FOR EMOTIONS. Вместе с тем, как следует из анализа, в качестве
вместилища для эмоций выступает не только наша физическая оболочка, но и
отдельные ее части: "belly" (fire in the belly), "blood" (a fire in the blood), "eye" (have
fire in one's eye). Речь в данном случае идет о метонимических схемах PART for
WHOLE (fire in the belly и have fire in one's eye) и CONTENTfor CONTAINER (a fire in
the blood). Метафора TEMPERAMENT IS FIRE обуславливает существование идиом
work withfire,a ball of fire.
Второй переносный мотиватор имеет в своем основании конвенциональную
метафорическую модель CRITICISM IS SHOOTING, являюп^уюся частью
онтологической мешфоры CRITICISM IS ATTACK и объединяет идиомы open fire,
standfire,be in the line offire,be underfire,direct fire against, miss fire и т.д.
Третий переносный мотиватор систематизирует идиомы strike fire, blow the
fire, build/slart/light/set a fire under smb., add fliel to thefire,fight/driveout fire with
fire, heap coals of fire on one's head на основе концептуальной метафоры
CONFLICT IS FIRE, ранее не зафиксированной в качестве модели, участвующей
в создании понятийного образа лексемы-мотиватора. Возможным объяснением
этого факта служит существующее в лингвистике мнение о существовании
понятийных лакун в лексической системе того или иного языка, которая не
може! полностью обеспечить наименования познанных человеком (новых) сторон
действительности. В большинстве своем именно фразеологические единицы
призваны заполнять подобные лакуны, являясь единственными обозначениями
предметов, свойств, процессов, состояний, ситуаций (Кунин 1996).
Понятийная метафора CONFLICT IS FIRE основана на чувственном опыте
индивида, его мировосприятии. По сути, конфликтная ситуация напоминает
процесс горения, в котором можно выделить начальную, промежуточную и
конечную стадии. Соответственно данная метафора включает следующие
метафорические пропозиции: STARTING А CONFLICT IS MAKING А FIRE (strike
fire, blow the fire, build a fire under smb.), DEVELOPING A CONFLICT IS KEEPING
UP THE FIRE (add fuel to thefire),ENDING UP A CONFLICT IS PUTTING OUT A
FIRE (fightfirewith fire, heap coals of fire on one's head).
Четвертый переносный мотиватор соответствует концептуальной метафоре
DANGER IS FIRE, осложненной метонимией CAUSE for EFFECT Сюда относятся
идиомы pull someone/something out of the fire, snatch someone/something out of
the fire, save someone/something out of the fire, iron in the fire, play with fire,
between two fires. Каждая из указанных Ф Е имплицитно выражает
представление об опасности, затруднительном положении. Фоновое знание о
том, что огонь заключает в себе определенную опасность, приводит к
метонимическому переносу CAUSE for EFFECT, то есть производимый эффект
(опасность) выражается посредством причины (огонь/пожар). Итоговый сценарий
идиом play with fire, between two fires определяется также онтологической
метафорой DANGER IS AN OBJECT.
Пятый переносный мотиватор основан на онтологической метафоре
OBTAINING EXPERIENCE IS BURNING IN A FIRE, мотивирующей появление
идиомы baptism of fire.
15
В основе шестого переносного мотиватора лежит осложненная концептуальная
метонимия PART for WHOLE и CAUSE for EFFECT. Сюда можно отнести одну
идиому - fire and brimstone, являющуюся примером полностью ассимилированных
заимствований из Библии.
Первый мотиватор-актуализатор. эксплицируемый в значении идиомы carry
fire in one hand and water in the other ('to be insincere, to pretend to be pleased,
sympathetic etc, esp. by saying nice things, but not really meaning what you say'),
отражает наше знание о гетерогенных свойствах огня и воды. В этой связи нельзя
не отметить сложность существующих взаимоотношений этих двух природных
первостихий. Одни полагают, что «огонь» и «вода» - по сути две сущности,
взаимоисключающие друг друга (Маковский 1996), другие рассматривают
подобные категории как семантически сопряженные пространства бинарной
природы (Малинович 2004).
Второй мотиватор-актуализатор определяет значение идиомы with fire and
sword. Данная Ф Е восходит к древнему способу излечивать раны, вырезая их мечом и
прижигая огнем. В дальнейшем это вьфажение получило значение «уничтожать
неприятеля мечом и пожарами» с последующей модификацией в «безжалостно
истреблять, уничтожать вообще что-л., применяя самые крайние меры насш1ия» (Ашукин
1986) Поскольку в основе многократного употребления имени в узусе лежат
постоянно повторяющиеся операции с призргаками, образующими категорию, го
каждый раз при употреблении слова в новом контексте признаки комбинируются
несколько по-новому, высвечивая тот или иной аспект ситуации. В
рассматриваемом примере речь идет о преобразованиях значения при вторичной
окказиональной номинации. Подобные преобразования всегда являются
безобразными, поскольку в результате образного переосмысления возникает
узуальная или окказиональная третичная номинация. При этом не происходи!
сдвига значения, а только его уточнение, усиление или изменение стилистической
окраски. Результатом такого преобразования является актуализация пейоративного
компонента в концептуальной структуре понятия "fire".
Третий мотиватор-актуализатор частично мотивирует значение идиомы go
through fire (and water) ('do something very difficult and dangerous for someone';
'face great hardship and danger for'), выявляя имплицитные знания индивида о
связанной с огнем опасности.
Мотива гор-интенсификатор очевидным образом проявляет себя в отношении
частично фразеологизированной идиомы ^ге and fury Переосмысленным выступает
только первый компонент ФЕ, второй полностью сохраняет свое семантическое
наполнение. В основе семантической спайки компонентов этой идиомы лежит
стилистический прием аллитерации, используемый, как правило, с целью
интенсификации значения выражения. В данном случае первый компонент ("fire")
выступает интенсификатором идиомы в целом, поскольку в результате
переосмысления происходит практически полная потеря семантического
наполнения лексемы, которая несет в себе лишь усилительное/интенсифицирующее
значение.
Исследуемый материал фразеологизмов с общим компонентом "fire" позволил
выявить мотивационпые возможности индуцируемой лексемы в пределах
16
рассматриваемой категории. Это дает основания для рассмотрения идиом в качестве
полноправных элементов мотивационного поля. Как и сложные лексемы,
фразеологические единицы занимают маргинальную позицию в структуре языковой
категории, отступая еще на один шаг от ее семантического центра. Следует также
отметить, что из возможного набора мотиваторов, систематизирующих элементы
МП, было выделено только три их разновидности: переносный мотиватор,
мотиватор-актуализатор, мотиватор-интенсификатор. Выявление различных типов
мотиваторов имело под собой те же основания, что и в случае со сложными
словами. Наиболее активными оказались переносные мотиваторы, что, в свою
очередь, обусловлено тем фактом, что идиомы - это в первую очередь образно
мотивированные единицы лексической системы языка.
Приводимые в работе показатели дают полное основание для включения
фразеологических единиц в структуру мотивационного поля, которое, как
представляется, более правомерно было бы называть языковой категорией
мотивационного типа.
Результаты, полученные в ходе настоящего исследования, позволяют
растпирить традиционно существующие представления о структуре языковой
категории и могут найти соответствующее применение при описании больших
массивов лексических единиц.
По теме диссертации опубликованы следующие работы:
1. Соколова [Тюнина], Н. С. Сравнительно-типологическая характеристика
структуры мотивационного поля в английском и немецком языках [Текст] /
Н.В. Феоктистова, Н.С. Тюнина // X X I I Дульзоновские чтения:
Сравнительно-историческое и типологическое изучение языков и культур.
Преподавание иностранных языков в средней и высшей школе: материалы
Международной конференции. В 2 ч. Ч. I; редкол.: Р.Г. Лозинская [и др.];
Томский государственный педаго! ический университет. - Томск: Изд-во
ТПГУ,2000.-С. 131-136 (0,38 п. л.).
2. Соколова [Тюнина], Н. С, Типология мотивации лингвистического знака
[Текст] / Н.С. Тюнина // Филологический сборник; отв. ред. Е.А. Пименов,
М.В. Пименова. - Кемерово: Кемеровский государственный университет,
2000.-С. 64-65 (0,13 п. л.)
3. Соколова [Тюнина], Н. С. Мотивационное поле "FIRE" как объект
когнитивного исследования [Текст] / Н.С, Тюнина // Материалы
Всероссийской научно-практической конференции «Актуальные вопросы
филологии и методики преподавания иностранных языков», посвященной
50-летию факультета иностранных языков Hi Н И ; отв. ред. М.М.
Горбушина. - Новокузнецк: НГПИ, 2002. - С. 122-125 (0,2 п. л.).
4. Соко^юва [Тюнина], Н. С. Категоризация цветообозначений на примере
мотивационного поля "FIRE" [Текст] / Н.С. Тюнина // Sprache. Kultur.
Mensch. Ethnie; Hrsg. von M.V. Pimenova. - Landau: Verlag Bmpirische
17
Padagogik, 2002. - S. 134-136 (0,13 n, д.). (Reihe "Ethnohermeneutik und
Ethnorhetorik". Bd. 8. Herausgeber der Reihe: H. Barthel, E.A. Pimenov).
Соколова [Тюнина], Н. С. К вопросу о рассмотрении многозначности
языкового знака в рамках когнитивной семантики [Текст] / Н.С. Тюнина //
Ethnohermeneutik und Antropologie; Hrsg. von E.A. Pimenov, M.V. Pimenova. Landau: Verlag Empirische Padagogik, 2004. - S. 305-307 (0,2 n. л.). (Reihe
"Ethnohermeneutik und Ethnorhetorik". Bd. 10. Herausgeber der Reihe; H.
Barthel, E.A. Pimenov).
Подписано к печати 10.11.200S. Бумага офсетная. Формат 60x84 1/16
Тираж 100 экз. Заказ Ht 76
Отпечатано с готового оригинал макета на RISO
в Мини-типографии "Листок" (ЧП Суворова О. А.)
Лицензия ПЛД №40-55 от 30 октября 1998г.
Иркутск, ул. Сухэ-Батора, 18 офис 333, тел.: (3952) 24-34-17
«?2195t
РНБ Русский фонд
2006-4
20795
Документ
Категория
Без категории
Просмотров
2
Размер файла
1 012 Кб
Теги
bd000101628
1/--страниц
Пожаловаться на содержимое документа