close

Вход

Забыли?

вход по аккаунту

?

467.Дутов, Николай Юрьевич.Процессуальные функции следователя в состязательном уголовном процессе и особенности их реализации монография Н. Ю. Дутов . , 2015 . 147 с. табл . Библиогр. с. 125-145 и в подстроч. примеч . ISBN 978-5-7267-0808-9

код для вставкиСкачать
Министерство сельского хозяйства РФ
ФГБОУ ВО «Воронежский государственный аграрный
университет имени императора Петра I»
Дутов Н.Ю.
ПРОЦЕССУАЛЬНЫЕ ФУНКЦИИ СЛЕДОВАТЕЛЯ В
СОСТЯЗАТЕЛЬНОМ УГОЛОВНОМ ПРОЦЕССЕ И
ОСОБЕННОСТИ ИХ РЕАЛИЗАЦИИ
Монография
Воронеж
2015
2
УДК 343.192
ББК 67.411
Д848
Автор:
Дутов Н.Ю. – кандидат юридических наук, доцент кафедры уголовного права и уголовного процесса ФГБОУ ВПО «Воронежский государственный аграрный университет имени императора Петра I»
Рецензенты:
Махина С.Н. – доктор юридический наук, профессор, заведующая кафедрой теории и истории государства и права ФГБОУ ВПО «Воронежский государственный аграрный университет имени императора
Петра I»
Хузина Н.А. – кандидат юридических наук, доцент кафедры уголовного права и уголовного процесса ФГБОУ ВПО «Воронежский государственный аграрный университет имени императора Петра I»
ISBN 978-5-7267-0808-9
Д848 Дутов Н.Ю. Процессуальные функции следователя в состязательном уголовном процессе и особенности их реализации: монография / Н.Ю. Дутов. – Воронеж: Воронежский государственный аграрный университет имени императора Петра I, 2015. – 148 с.
На основе анализа уголовно - процессуального законодательства в
монографии исследуются процессуальные функции следователя в состязательном уголовном процессе. В работе впервые на комплексном
уровне дана классификация задач и процессуальных функций следователя, исследованы проблемы реализации процессуальных функций
следователя в условиях состязательности, и определены направления
оптимизации процессуальной деятельности следователя в современных условиях. Монография предназначена для следственных работников, преподавателей, научных сотрудников, студентов юридических вузов, аспирантов и соискателей при углубленном изучении соответствующих вопросов уголовного процесса.
ISBN 978-5-7267-0808-9
©Дутов Н.Ю., 2015
© Воронежский государственный аграрный университет имени императора Петра I, 2015
3
ВВЕДЕНИЕ
Мероприятия, реализуемые в Российской Федерации и нацеленные на увеличение роли и функций суда в процессе защиты
прав и свобод граждан в уголовном судопроизводстве, не могли
не коснуться деятельности, процессуального статуса и функций
органов предварительного расследования. Регламентация принципа состязательности в рамках ч. 3 ст. 123 Конституции РФ1 определила целесообразность трансформаций во всей системе уголовного процесса, различных способах реализации деятельности
уголовно - процессуального характера, распределения соответствующих уголовно - процессуальных функций, изменения в соотношении между процессуальными возможностями различных
участников уголовного судопроизводства.
Определение правового положения следователя как участника уголовного судопроизводства, являющегося «должностным
лицом, уполномоченным в пределах компетенции, предусмотренной ... Кодексом, осуществлять предварительное следствие по
уголовному делу» (п. 1 ст. 38 УПК РФ2), выступающего со стороны обвинения (п. 47 ст. 5 УПК РФ), возложение на него обязанностей, заключающихся в реализации уголовного преследования
(ст. 21 УПК РФ), обусловили потребность с новых сторон рассмотреть его процессуальные функции и положение, структуру и
содержание деятельности в уголовном процессе в условиях состязательности сторон. При этом не все ученые считают, что следователь должен исполнять исключительно функцию обвинения,
которая ему предписана законодателем. По данному вопросу ведутся многочисленные дискуссии и споры3.
1
Конституция Российской Федерации : принята всенародным голосованием 12 декабря
1993 г., (с учетом поправок, внесенных Законами РФ о поправках к Конституции РФ
от 30.12.2008 N 6-ФКЗ, от 30.12.2008 N 7-ФКЗ, от 05.02.2014 N 2-ФКЗ, от 21.07.2014
N 11-ФКЗ) //Консультант Плюс.
2
Уголовно-процессуальный кодекс Российской Федерации : федер. закон от 18 декабря
2001 г. № 174-ФЗ (ред. от 30.03.2015)// Консультант Плюс.
3
Подробней об этом см.: Доля Е. А. К вопросу об истине в уголовном судопроизводстве
России // Рос. следователь. 2011. № 22. С. 15–16 ; Ефимичев С. П., Ефимичев П. С. Задачи предварительного расследования // Журнал российского права. 2006. № 9. С. 81–
87 ; Колоколов Н. А. Проблемы современного уголовного судопроизводства // Уголовное судопроизводство. 2011. № 4. С. 23–27 ; Романов С. В. Понятие, система и
взаимодействие процессуальных функций в российском уголовном судопроизводстве
4
Вопросы, касающиеся функций следователя, а также его
процессуального положения, во все времена находились в центре
исследовательского интереса ученых-процессуалистов. Однако
до сих пор в научных кругах не выработано единой точки зрения
на понимание самих процессуальных функций, а также функций,
присущих следователю.
В уголовно - процессуальной науке вопрос о процессуальном статусе и процессуальных функциях определенных участников уголовного судопроизводства относительно полно был исследован применительно только к гражданам, участвующим непосредственно в производстве по уголовным делам. Однако статус должностных лиц и государственных органов, реализующих
уголовное судопроизводство, вплоть до настоящего времени остается мало изученным. Вместе с тем при установлении процессуального положения конкретных участников уголовного процесса их общий правовой статус играет большую роль. На наш
взгляд, именно общеправовой статус государственных органов,
реализующих уголовное судопроизводство, дает возможность в
наиболее полной мере исследовать сущность полномочий и
функций следователя в уголовном процессе, изучить неразрывную взаимосвязь между его обязанностями, правами и компетенцией.
Совокупность указанных обстоятельств, проблем и негативных тенденций обусловили выбор и высокую актуальность
темы настоящей работы, требующую особо тщательного исследования и проработки, формирования авторских рекомендаций
по решению назревших проблем в исследуемом направлении.
: автореф. дис. ... канд. юрид. наук. М., 2007. С. 8; и др.
5
ГЛАВА 1. ТЕОРЕТИКО-МЕТОДОЛОГИЧЕСКИЕ ОСНОВЫ
ИССЛЕДОВАНИЯ ПРОЦЕССУАЛЬНЫХ ФУНКЦИЙ
СЛЕДОВАТЕЛЯ В СОСТЯЗАТЕЛЬНОМ УГОЛОВНОМ
ПРОЦЕССЕ
1. 1. Понятия "процессуальные функции" и "полномочия
следователя", их соотношение и отграничение от иных
терминологических единиц
Вопросы рассмотрения функционального назначения профессиональной деятельности следователя прямым образом связаны с целесообразностью изучения его полномочий, которые обусловливают возможность осуществления следователем своего
процессуального предназначения.
В современной науке существуют различные взгляды на соотношения терминов "полномочия" и "процессуальные функции"
участников уголовного процесса. Так, некоторые ученые полагают, что функции подчинены, прежде всего, правовому статусу,
при этом они выполняют служебную роль. К примеру, В. В. Шимановский, формулируя определение термина "процессуальная
функция", ведущую роль отдает основной обязанности ... которой
и устанавливается "процессуальная роль каждого из участников
процесса"1. Относительно этого В. М. Савицкий справедливо заметил, что сама функция характеризуется "направлением деятельности, а вовсе не тем, право или обязанность диктует субъекту этой деятельности поступить определенным образом"2. A. M.
Ларин подчеркивает, что утверждать о подчинении функции статусу (то есть служебной роли) либо наоборот не представляется
целесообразным, при этом замечает: "Функции и статус в уголовном судопроизводстве – понятия одного уровня... Статус участника процесса реализуется в тех или иных функциях. Степень
участия данного субъекта в осуществлении процессуальных отношений ограничена его статусом"3.
1
Шимановский В. В. К вопросу о процессуальной функции следователя в советском
уголовном процессе // Правоведение. 1965. № 2. С. 174–176.
2
Савицкий В. М. Государственное обвинение в суде. М, 1971. С. 41–43.
3
Ларин A. M. Расследование по уголовному делу : процессуальные функции. М., 1986.
С. 13–14.
6
Существует также мнение о производности полномочий определенного участника процесса от его процессуальной функции.
Данная точка зрения основывается на теоретико-правовой концепции Конституционного Суда РФ.
Многие ученые полагают, что процессуальная функция является первичной по отношению к соответствующим правовым
статусам участников процесса. А. П. Гуляев подчеркивает, что
функция дает возможность установить:
 "статус субъекта соответствующей процессуальной деятельности;
 круг прав, которые необходимы для реализации специального
назначения этого субъекта в процессе;
 перечень обязанностей, ложащихся на него в данных целях"1.
С точки зрения С. В. Романова, "под уголовнопроцессуальной функцией следует понимать место и роль участника уголовного процесса в достижении цели и решении задач
конкретного этапа уголовного процесса и, соответственно, уголовного процесса в целом"2.
Согласно позиции П. С. Элькинд, процессуальная функция
выражает ключевую задачу деятельности какого-либо субъекта, а
полномочия при этом выступают в виде средств ее достижения3.
При этом многие авторы убеждены, что каждый участник
процесса одновременно может быть "носителем" не одной процессуальной функции (выражающей лишь "ключевую задачу" –
по вышеприведенному выражению П. С. Элькинд), а сразу нескольких таких функций. При этом, по их мнению, прилагательное "процессуальная" не свидетельствует о том, что та или иная
функция представляет единственное ключевое направление той
или иной фигуры, а говорит о том, что функция является одной
из многих, прямым или косвенным образом предусмотренной
действующим процессуальным законодательством и приписанной какому-либо участнику уголовного судопроизводства.
1
Гуляев А. П. Следователь в советском уголовном процессе. М., 1981. С. 10–11.
Романов С. В. Понятие, система и взаимодействие процессуальных функций в российском уголовном судопроизводстве : автореф. дис. ... канд. юрид. наук. С. 8.
3
См.: Элькинд П. С. Цели и средства их достижения в советском уголовном процессе.
Л., 1976. С. 27–32.
2
7
Так, например, с точки зрения Г. П. Химичевой процессуальные функции целесообразно рассматривать просто как разнообразные направления процессуальной деятельности, реализуемой участниками уголовного судопроизводства путем осуществления их прав и обязанностей1.
При этом С. И. Гирько полагает, что уголовнопроцессуальные функции следует увязывать с предназначением
уголовного судопроизводства и ориентированных на решение его
задач, направлений деятельности участников процесса. При этом,
по его мнению, сущность и содержание таких направлений
должна определяться совокупностью специальных полномочий,
прав и обязанностей их субъектов2.
С.И. Гирько предложил также разграничить все уголовнопроцессуальные функции на:
 основные;
 обеспечивающие нормальный ход уголовного судопроизводства;
 вспомогательные3.
Продолжая исследование, необходимо заметить, что в самом
УПК РФ термин "функция" употребляется всего два раза:
 в рамках п. 45 ст. 5: "стороны – участники уголовного судопроизводства, выполняющие на основе состязательности функцию обвинения (уголовного преследования) или защиты от обвинения";
 в части 2 ст. 15: "Функции обвинения, защиты и разрешения
уголовного дела отделены друг от друга и не могут быть возложены на один и тот же орган или одно и то же должностное лицо".
При этом ни в одной части анализируемого Кодекса не дано
определения понятийной категории "функция". Более того, такое
словосочетание как "процессуальная функция" не встречается в
1
Химичева Г. П. Досудебное производство по уголовным делам : концепция совершенствования уголовно-процессуальной деятельности. С. 48–49.
2
Гирько С. И. Уголовно-процессуальные функции милиции (теоретические, правовые и
прикладные проблемы) : автореф. дис. … д-ра юрид. наук. М., 2004. С. 26–27.
3
См.: Гирько С. И. Уголовно-процессуальные функции милиции (теоретические, правовые и прикладные проблемы) : автореф. дис. … д-ра юрид. наук. С. 26–27.
8
УПК вообще, что приводит к разной интерпретации данной категории как в среде ученых, так и у практических работников правоохранительной системы.
Выявленные пробелы законодательства нуждаются в заполнении, в связи с чем в рамках дальнейшего исследования мы предполагаем разработать авторские формулировки соответствующих
терминов и закрепить их в соответствующей части УПК РФ.
Здесь же заметим: государство устанавливает ключевые направления деятельности и создает специальные органы, на которые и возлагается их реализация, в первую очередь исходя из реальных потребностей социума.
Например, в обществе совершаются какие - либо преступления. Данный факт обусловливает целесообразность формирования государственных органов, которые бы в каждой ситуации
обнаружения признаков преступления реализовывали меры по
определению его события, разоблачению лица либо группы лиц,
виновных в его осуществлении. Для производства своего функционального назначения они наделяются государством определенными полномочиями. Сложно предположить обратное.
Подчеркнем, что в уголовно - процессуальной науке аспекты, связанные с категорией "полномочия следователя", также
представляются дискуссионными. В обычном употреблении понятие "полномочия" чаще всего рассматривается в соотнесении с
правами какого-либо участника уголовного судопроизводства.
Относительно следователя уголовно-процессуальное законодательство во многих случаях речь ведет именно о его правах.
К примеру, в соответствии с ч. 3 ст. 88 УПК РФ следователь
"вправе признать доказательство недопустимым по ходатайству
подозреваемого, обвиняемого или по собственной инициативе".
Кроме того, следователь также имеет право "задержать лицо по подозрению в совершении преступления, за которое может быть назначено наказание в виде лишения свободы, при наличии одного из
следующих оснований:
1) когда это лицо застигнуто при совершении преступления
или непосредственно после его совершения;
2) когда потерпевшие или очевидцы укажут на данное лицо
как на совершившее преступление;
3) когда на этом лице или его одежде, при нем или в его жи-
9
лище будут обнаружены явные следы преступления" (ч. 1 ст. 91
УПК РФ).
В других статьях говорится об обязанностях следователя. К
примеру, в ч. 2 ст. 10 регламентируется, что он обязан "немедленно освободить всякого незаконно задержанного или лишенного свободы, или незаконно помещенного в медицинский или психиатрический стационар, или содержащегося под стражей свыше
срока, предусмотренного … Кодексом".
При этом в ч. 1 и 2 ст. 11 указано, что следователь обязан
также "разъяснять подозреваемому, обвиняемому, потерпевшему,
гражданскому истцу, гражданскому ответчику, а также другим
участникам уголовного судопроизводства их права, обязанности
и ответственность и обеспечивать возможность осуществления
этих прав", а в случае согласия лиц, обладающих свидетельским
иммунитетом, дать показания, следователь обязан предупредить
"о том, что их показания могут использоваться в качестве доказательств в ходе дальнейшего производства по уголовному делу".
Об обязанностях следователей говорится и в некоторых
других статьях УПК РФ. При этом в ряде норм указывается непосредственно на компетенцию и полномочия следователя. Например, согласно ч. 1 ст. 38 УПК РФ, "Следователь является должностным лицом, уполномоченным в пределах компетенции, предусмотренной Кодексом, осуществлять предварительное следствие
по уголовному делу".
При этом в ч. 2 УПК РФ регламентируется, что следователь
уполномочен:
"1) возбуждать уголовное дело в порядке, установленном
Кодексом;
2) принимать уголовное дело к своему производству или передавать его руководителю следственного органа для направления по
подследственности;
3) самостоятельно направлять ход расследования, принимать решение о производстве следственных и иных процессуальных действий, за исключением случаев, когда в соответствии с
Кодексом требуется получение судебного решения или согласия
руководителя следственного органа;
4) давать органу дознания в случаях и порядке, установленных Кодексом, обязательные для исполнения письменные пору-
10
чения о проведении оперативно-розыскных мероприятий, производстве отдельных следственных действий, об исполнении постановлений о задержании, приводе, об аресте, о производстве
иных процессуальных действий, а также получать содействие при
их осуществлении;
5) обжаловать с согласия руководителя следственного органа в порядке, установленном частью четвертой статьи 221 Кодекса, решение прокурора об отмене постановления о возбуждении
уголовного дела, о возвращении уголовного дела следователю
для производства дополнительного следствия, изменения объема
обвинения либо квалификации действий обвиняемых или пересоставления обвинительного заключения и устранения выявленных
недостатков;
6) осуществлять иные полномочия, предусмотренные Кодексом".
В определенных статьях УПК РФ законодательный орган,
возложив на следователя реализацию какой-либо процедуры,
полностью отказался от применения терминов "полномочие",
"обязанность", "право". Это относится, к примеру, к норме, изложенной в ч. 2 ст. 16 УПК РФ, где сказано, что следователь разъясняет "подозреваемому и обвиняемому их права" и обеспечивает
им "возможность защищаться всеми не запрещенными Кодексом
способами и средствами".
В случае наличия обоснованных данных о том, что потерпевшему, свидетелю или иным участникам уголовного судопроизводства, а также их близким родственникам, родственникам
или близким лицам угрожают убийством, применением насилия,
уничтожением или повреждением их имущества либо иными
опасными противоправными деяниями, следователь принимает в
пределах своей компетенции в отношении указанных лиц соответствующие меры безопасности (ч. 3 ст. 11 УПК РФ).
Произведенный автором настоящего исследования анализ
соответствующих норм УПК РФ, позволил установить, что в одних ситуациях встречается термин "права следователя", в других
упоминаются его компетенция, обязанности либо полномочия.
При этом границы употребления отмеченных категорий в УПК
несколько размыты, что, на наш взгляд, является существенным
упущением. Возникает логичный вопрос: если законодательные
11
органы разграничивают эти термины, справедливо ли вести речь
об обязанностях следователя в ситуациях, когда упоминаются его
права, компетенция, полномочия? Где начинаются рамки, определяющие различия терминологического аппарата, и в частности,
различия категории "полномочия следователя" от других приведенных понятий?
Для того чтобы дать ответы на приведенные выше вопросы, целесообразно точно определить содержание полномочий
следователя, установить их правовую сущность, соотношение с
такой категорией, как правовой статус.
Не углубляясь в подробности, заметим, что содержание
правового статуса по-разному раскрывается в трудах различных
авторов. Так, одни ученые понимают под ним только права и обязанности соответствующих процессуальных фигур, другие – добавляют гражданство, законные интересы, ответственность, третьи – правоспособность и дееспособность. Существуют и другие
точки зрения по данному вопросу1.
Обобщение концепций соответствующей юридической литературы позволяет сделать вывод: правовой статус органов, реализующих уголовное судопроизводство, включает в себя наиболее значимые отношения и взаимосвязи отмеченных субъектов
как между собой, так и с государством и непосредственно с участниками процесса.
По существу, статус следователя с правовой позиции тождествен его процессуальному положению. Он вбирает в себя
компетенцию следователя и комплекс присущих ему обязанностей и прав. В силу статуса права соответствующих государственных органов представляются одновременно их прямыми обязанностями перед государством. Если уголовно-процессуальным
законодательством следователю дается право поступить какимлибо образом (не согласиться с определенным указанием прокурора; в отмеченных законодательством ситуациях – признать соответствующее доказательство недопустимым и т.п.), то это нам
1
См. например: Витрук Н. В. Статус личности в политической системе общества. Политология. М., 1993. С. 151–154 ; Строгович М. С. Вопросы теории прав личности //
Философия и современность. М., 1976. С. 32–36 ; Его же. Основные вопросы советской социалистической законности. М., 1966. С. 174–177 ; и др.
12
представляется одновременно и его непосредственной обязанностью перед государством.
В связи с этим мы полагаем более верным вести речь о полномочиях следователя, под которыми следует рассматривать неразрывное единство и совокупность его компетенций, прав и обязанностей.
Однако, как показал проведенный анализ норм УПК РФ,
более узкие категории нередко выступают как тождественные
термину "полномочия" без четких разграничений понятийного
аппарата.
Таким образом, очевидно, что на сегодня, несмотря на постоянное изменение, обновление и совершенствование современного законодательства1, УПК РФ пока так и не содержит отдельной статьи, в которой были бы перечислены все полномочия следователя, кроме того, в законодательстве нет и единого четкого
определения данной понятийной категории.
Учитывая важность устранения имеющихся пробелов, мы полагаем целесообразным дополнить Кодекс отдельной статьей
"Полномочия следователя" по аналогии со ст. 29 УПК "Полномочия суда", ст. 227 УПК "Полномочия судьи по поступившему в суд
уголовному делу", ст. 319 УПК "Полномочия мирового судьи по
уголовному делу частного обвинения", ст. 320 УПК "Полномочия
мирового судьи по уголовному делу с обвинительным актом", ст.
334 УПК "Полномочия судьи и присяжных заседателей" и т.д.
На наш взгляд, выделение в рамках отдельной статьи УПК
полномочий следователя (на сегодня "разбросанных" в различных терминологических обозначениях по всему Кодексу) подчеркнет значимость точного регулирования данного аспекта. Рекомендуется, чтобы в предлагаемой статье были выделены не
только положения ст. 38 УПК, а также добавлены и конкретизи1
Подробнее об этом см.: Рыжаков А. П. Комментарий к Федеральному закону от 2 декабря 2008 г. № 226-ФЗ «О внесении изменений в Уголовно-процессуальный кодекс
Российской Федерации». Доступ из информ.-правовой системы «ГАРАНТ» ; Даньшина Л. И. О реформировании организационных структур по уголовным делам //
Официальные материалы для бухгалтера. Комментарии и консультации. 2008. № 9. С.
14–17 ; Калиновский К. Б. Коррекционное толкование отдельных положений законов
о внесении изменений в УПК РФ // Журнал российского права. 2008. № 8. С. 13–14 ;
и др.
13
рованы полномочия следователя как участника уголовного процесса, упоминающиеся без стройной систематизации в других
статьях и нормах уголовно-процессуального законодательства.
Кроме того, рекомендуем в ст. 5 УПК РФ "Основные понятия, используемые в … Кодексе" ввести четкие, не позволяющие
двоякой интерпретации, определения следующих специальных
терминов:
 "полномочия государственного органа или должностного
лица, ведущего процесс – неразрывное единство и совокупность
его компетенций, прав и обязанностей; средства реализации его
процессуальных функций";
 "процессуальные функции – направления процессуальной
деятельности, реализуемой участниками уголовного судопроизводства путем осуществления ими своих полномочий";
 "приоритетно-процессуальная функция – ключевое, но не
единственное направление процессуальной деятельности для
конкретной стороны состязательного уголовного судопроизводства"1.
Таким образом, мы уточнили некоторые понятийные категории, связанные с функциями участников уголовного судопроизводства. Мы признаем предварительность и небесспорность выдвинутых нами предложений, затронутые аспекты требуют уточнения и конкретизации относительно конкретной процессуальной
фигуры – следователя.
1.2. Классификация задач и процессуальных функций
следователя
Как следует из текста соответствующих норм уголовнопроцессуального законодательства, на сегодня процессуальной
функцией следователя является функция обвинения, сам же следователь отнесен к обвинительной стороне.
Вместе с тем данная процессуальная функция следователя
представляется малоизученной в теории современного уголовного процесса. По нашему мнению, основной причиной является то
1
Данную понятийную категорию, в связи с ее важностью для целей исследования, мы
еще продолжим комментировать и конкретизировать в рамках других глав настоящей
работы.
14
обстоятельство, что понятийная категория "обвинение" законодательными органами не исследовалась в буквальном ее смысле.
Содержание, сущность и характеристика данной функции рассматривались через категорию "уголовное преследование", отношение к которому законодательных органов многократно изменялось.
Так, в Уставе уголовного судопроизводства применялась
терминологическая категория "судебное преследование" (в ст. 1,
2, 16, 18 и др.)1. При этом в статьях 4, 9 УПК РСФСР 1923 г. речь
шла о термине "уголовное преследование"2. Уже в УПК РСФСР
1960 г. понятие "уголовное преследование" не употребляется, –
вместо этого упоминается об обвинении, о возбуждении уголовного дела, об осуществлении расследования, о прекращении дела,
в том числе и в ситуациях, в которых обвинение не подтвердилось3.
Что касается ныне действующего УПК РФ, то здесь мы снова находим указание на понятийную категорию "уголовное преследование". В частности, упоминается об обязанностях реализации уголовного преследования, его видах, правах конкретных
лиц на участие в таком преследовании либо непосредственно его
осуществлении. Также упоминание находим в характеристике
деятельности конкретных государственных органов и различных
должностных лиц, реализующих функцию такого преследования4.
Отметим, что в п. 55 ст. 5 УПК РФ уголовное преследование
регламентировано рассматривать в качестве процессуальной деятельности, осуществляемой стороной обвинения "в целях изобличения подозреваемого, обвиняемого в совершении преступления".
Согласно п. 22 ст. 5 УПК РФ, обвинение представляет собой
1
2
3
4
Уголовно-процессуальный кодекс РСФСР : утв. ВЦИК 15 февраля 1923 г. // Собр.
узаконений и распоряжений Рабочего и Крестьянского Правительства РСФСР. 1923.
№ 7. Ст. 106.
Устав Уголовного судопроизводства 1864 года // Российское законодательство
X–XX вв. : в 9 т. / общ. ред. О.И. Чистякова. М. : Юрид. лит., 1985. Т. 8 : Судебная
реформа. С. 118–385.
Уголовно-процессуальный кодекс РСФСР : официальный текст по состоянию на 17
октября 2000 г. М., 2000.
Уголовно-процессуальный кодекс РФ от 18 декабря 2001 г. № 174-ФЗ (с изм. от 7 декабря 2011 г.). Доступ из справ.-правовой системы "КонсультантПлюс".
15
"утверждение о совершении определенным лицом деяния, запрещенного уголовным законом, выдвинутое в порядке, установленном Кодексом". Самим же обвиняемым может быть признан гражданин, в отношении которого составлен обвинительный акт либо вынесено постановление о привлечении данного лица в качестве обвиняемого.
Несмотря на то, что в УПК приводятся определения понятий
"обвинение" и "уголовное преследование", тем не менее, в Кодексе
не совсем точно прописано соотношение этих терминов между собой, что обусловливает наличие дискуссий по данному вопросу в
научных кругах в течение многих лет1.
Причем, такого рода споры велись как по поводу терминологии, применяемой еще в дореволюционный и советский периоды, так и терминологии на современном этапе.
Так, И. Я. Фойницкий, характеризуя ключевые функции
уголовно - процессуального характера, применял понятие "уголовное преследование" в качестве синонима термина "обвинение"2.
М. С. Строгович обозначал рассматриваемую категорию как
"уголовное преследование" либо "обвинение"3. Ученый давал характеристику уголовному преследованию в качестве сложной
деятельности, включающей в себя как привлечение к ответственности уголовного содержания, так и поддержание перед судом
обвинения4, подчеркивая, что уголовное преследование нацелено,
прежде всего, на "изобличение, обвинение того или иного лица в
совершении преступления"5.
При этом позже М. С. Строгович указывал, что сама по себе
понятийная категория "уголовное преследование" раскрывает об1
См. например: Алексеев Н. С., Даев В. Г., Кокорев Л. Д. Очерк развития науки советского уголовного процесса. Воронеж, 1990. С. 122 –123 ; Соловьев А. Б. Следственные действия на первоначальном этапе расследования преступлений. Кемерово, 1994.
С. 79–80 ; Строгович М. С. Уголовное преследование в советском уголовном процессе.
М., 1951. С. 14–15 ; Якубович Н. А. Понятие обвинения и основания привлечения лица
в качестве обвиняемого // Необоснованное обвинение и реабилитация в уголовном
процессе. М., 1995. С. 3–4; и др.
2
Фойницкий И. Я. Курс уголовного судопроизводства. СПб., 1912. T. 2. С. 2–8.
3
Строгович М. С. Уголовное преследование в советском уголовном процессе. С. 14–15.
4
См.: Там же. С. 56–57.
5
Там же. С. 58–59.
16
винительную сущность такой деятельности. Вместе с тем уголовное преследование это и есть, с его точки зрения, обвинительная
деятельность1.
По мнению А. Б. Соловьева, уголовное преследование следует рассматривать в качестве функции "специально уполномоченных законом государственных органов и должностных лиц
(органа дознания, следователя, начальника следственного отдела,
прокурора)", заключающейся "в обязанности в пределах своей
компетенции возбудить уголовное дело в каждом случае обнаружения признаков преступления, принять все предусмотренные
меры к установлению события преступления, лиц, виновных в
совершении преступления, и к их наказанию"2.
Н. С. Алексеев, В. Г. Даев, Л. Д. Кокорев, рассуждая об обвинении и уголовном преследовании, считают, что нет никакой
необходимости в употреблении различных терминов в отношении одной и той же понятийной категории3.
Таким образом, в юридической литературе на протяжении
многих лет и до сих пор ведутся обсуждения вопросов, касающихся соотношения понятий "уголовное преследование" и "обвинение".
Если обобщить наиболее активные позиции в данных дискуссиях, то можно прийти к следующим выводам:
 все они сводятся к двум наиболее распространенным (устоявшимся) мнениям;
 согласно первой, уголовное преследование есть синоним
обвинения,
 в соответствии со второй, отмеченные понятийные категории имеют различия.
На наш взгляд, достаточно интересная формулировка соотношения двух исследуемых терминов приведена в исследовании
В. Ф. Крюкова: "Обвинение в уголовном судопроизводстве реализуется через уголовное преследование в форме возбуждения и
1
См.: Строгович М. С. Курс советского уголовного процесса. М., 1950. Т. 1. С. 194–
195.
2
Соловьев А. Б. Следственные действия на первоначальном этапе расследования преступлений. С. 79–80.
3
См.: Алексеев Н. С., Даев В. Г., Кокорев Л. Д. Указ. соч. С. 122–123.
17
ведения уголовного преследования на досудебных стадиях, а в
суде – в форме поддержания государственного или частного обвинения перед судом"1. Помимо В. Ф. Крюкова, данной точки
зрения придерживается и ряд других авторов2.
Однако и эта формулировка может быть еще более уточнена
и доведена до совершенства, что, не совсем входит в сферу нашего исследовательского интереса, так как мы не считаем функцию
обвинения приоритетно-процессуальной функцией3 следователя.
Обоснование нашей авторской позиции будет даваться на протяжении всей монографии. Здесь же отметим, что законодателю все
же следует учесть до сих пор ведущиеся споры по поводу соотношений терминов "обвинение" и "уголовное преследование". На
наш взгляд, целесообразно в рамках отдельной статьи, либо ее
части (пункта), ввести соответствующую формулировку "о соотношении понятий", при этом за изначальную основу при проработке такого текста может быть взято приведенное выше высказывание В. Ф. Крюкова.
Продолжая исследование, отметим, что в соответствии с ч. 1
ст. 38 УПК РФ следователь является должностным лицом, уполномоченным в пределах предусмотренной компетенции осуществлять предварительное следствие по уголовному делу. Более того, норма, содержащаяся в п. 3 ч. 2 указанной статьи УПК, свидетельствует, что следователь уполномочен самостоятельно направлять ход расследования, принимать решение о производстве
следственных и иных процессуальных действий, за исключением
1
Крюков В. Ф. Уголовное преследование и прокуратура // Рос. юстиция. 2007. № 3. С.
18–21.
2
См. например: Савицкий В. М. Государственное обвинение в суде ; Его же. Очерк
теории прокурорского надзора в уголовном судопроизводстве. М., 1975. С. 195–198 ;
Его же. Прокурорский надзор за дознанием и предварительным следствием. М.,
1959. С. 106–111 ; Соловьев А. Б. О функциях прокуратуры в досудебных стадиях
уголовного судопроизводства // Проблемы совершенствования прокурорского надзора. М., 1997. С. 124–128 ; Таджиев Х. С. Прокурорский надзор и ведомственный контроль за расследованием преступлений. Ташкент, 1985. С. 15–19 ; Уголовный процесс
: учеб. для студентов юрид. вузов и факультетов / под ред. К.Ф. Гуценко. М., 2005. С.
254–259.
3
Под приоритетно-процессуальной функцией здесь понимается предложенное нами
ранее (в рамках параграфа 1.1) определение: «приоритетно-процессуальная функция –
ключевое, но не единственное направление процессуальной деятельности для конкретной стороны состязательного уголовного судопроизводства».
18
случаев, когда требуется получение судебного решения или согласия руководителя следственного органа.
Данное положение, на наш взгляд, отчасти может быть охарактеризовано как юридическая фикция, поскольку предусмотренное действующим законодательством распределение составов
преступлений по подследственности и подведомственности существенно ограничивает полномочия следователя, обусловливая
тем самым противоречие его процессуальных функций и процессуального статуса. В связи с этим представляется необходимым
разграничить обозначенные категории, а также выделить наиболее значимые противоречия в уголовно-процессуальном законодательстве, ограничивающие эффективную реализацию функций
следователя.
Как уже отмечалась, процессуальная функция как обособленная категория не находит нормативно-правового закрепления
в уголовно - процессуальном законодательстве, в связи с чем в
рамках параграфа 1.1 мы уже предложили ввести в ст. 5 УПК соответствующее определение.
Однако наши рекомендации пока не коснулись законодательного регламентирования процессуальных функций конкретной процессуальной фигуры, а именно следователя. Имеющаяся
на сегодня ситуация в данной сфере обусловливает некоторый
плюрализм мнений по поводу сущности и содержания таких
функций, однако эти мнения преимущественно высказываются в
едином методическом и прикладном контексте. Наиболее распространенной является точка зрения, согласно которой единой
"процессуальной функцией следователя является функция расследования уголовного дела (разрешения уголовного дела на стадии предварительного расследования)"1.
Тем не менее, анализ и соотнесение практического и теоретического аспектов деятельности следователя указывают на множественный характер его процессуальных функций.
Ранее мы уже предложили под процессуальными функциями понимать направления процессуальной деятельности, реали1
Рытькова В. Ю. Правовое регулирование процессуального статуса следователя в уголовном судопроизводстве России : автореф. дис. … канд. юрид. наук. Калининград,
2007. С. 7.
19
зуемой участниками уголовного судопроизводства, путем осуществления ими своих полномочий, имея в виду, что приоритетнопроцессуальной функцией может быть ключевое, но не единственное направление процессуальной деятельности для конкретной стороны состязательного уголовного судопроизводства.
В этом рекомендуемом нами контексте функцию расследования уголовного дела (или, точнее, предварительного расследования) можно рассматривать в качестве приоритетнопроцессуальной функции следователя, при этом другие его функции, соответственно, просто в качестве процессуальных.
Расширительное толкование процессуальных функций следователя связано с решением задач, которые на него возложены.
На этой основе нами получен вывод, что задачи являются сферой
пересечения функций и статуса следователя в уголовнопроцессуальном судопроизводстве. В связи с этим представляется необходимым рассмотреть спектр решаемых следователем задач для составления авторской классификации задач и процессуальных функций следователя.
Для этого будут рассмотрены взгляды некоторых авторов на
исследуемую проблему. Так, в табл. 1.1 обобщены наиболее типичные для следователей задачи с точки зрения различных ученых.
Единогласие среди исследователей достигнуто лишь по
трем из восьми позиций, в остальных случаях имеют место разногласия, причем некоторые авторы склонны возлагать на следователя дополнительные задачи, решение которых традиционно
относится к компетенции оперативно - розыскных и других органов.
Так, А. П. Гуляев считает, что следователи должны решать
задачу исполнения приговора в части конфискации имущества,
что, на наш взгляд, неверно, поскольку входит в сферу полномочий судебных приставов.
Нельзя согласиться с мнением автора о том, что следователи
должны осуществлять розыск обвиняемых, поскольку в таком
случае имеет место пересечение полномочий с оперативнорозыскными органами.
20
Таблица 1.1
Перечень задач следователя в уголовно - процессуальном
производстве с позиций различных авторов
№
Авторы
1
п.п. Гуляев А. П. , Ефимичев
Ларин А. М.3
Рытькова В. Ю.4
С. П., Ефимичев П. С.2
1
Исследование обстоятельств дела
2
Ограждение граждан от неосновательного обвинения в совершении
преступления
3
Рассмотрение заявлений и сообщений о преступлении
4
Обвинение в совершении преступления
Обнаружение и про(уголовное преследование)
цессуальное закрепление доказательств
5
Обеспечение возмеще- Возмещение и устра- Обеспечение безопасния материального
нение вреда
ности участников угоущерба, исполнение
ловного судопроизводприговора в части конства
фискации имущества
6
Пресечение преступлеПредупреждение преступлений
ний и принятие мер к
устранению обстоятельств, способствовавших совершению
преступления
7
Разрешение уголовных Процессуальное ру- Подготовка материадел
ководство и разреше- лов уголовного дела к
ние дела
судебному разбирательству
8
Розыск обвиняемых
Обеспечение законности и обоснованности
вовлечения физических и юридических лиц в
сферу уголовного судопроизводства, а также
защита их прав и законных интересов
1
Цит. по: Гришин А. И., Громов Н. А. Процессуальные функции следователя // Правоведение. 2001. № 5. С. 149.
2
Ефимичев С. П., Ефимичев П. С. Задачи предварительного расследования // Журнал
российского права. 2006. № 9. С. 81–87.
3
Цит. по: Гришин А. И., Громов Н. А. Процессуальные функции следователя // Правоведение. 2001. № 5. С. 149.
4
См.: Рытькова В. Ю. Правовое регулирование процессуального статуса следователя в
уголовном судопроизводстве России : автореф. дис. … канд. юрид. наук. С. 8.
21
Не вызывает одобрения и позиция А. М. Ларина, который
приписывает следователям задачу устранения причиненного преступлением ущерба, так как устранение сопряжено с выполнением специфических работ, содержание которых обусловлено характером причиненного вреда и спецификой предмета преступного посягательства.
Обеспечение безопасности участников уголовного судопроизводства предписана органам правопорядка, в связи с этим нам
представляется ошибочной позиция В. Ю. Рытьковой в части отнесения указанной задачи к компетенции следователя.
В позитивном ключе мы склонны рассматривать включение
некоторыми авторами такой задачи, как разрешение уголовных
дел без передачи в суд в тех случаях, когда по итогам предварительного расследования дело подлежит прекращению.
Таким образом, как показал проведенный нами анализ литературы, ни один из рассмотренных перечней задач не может быть
взят за основу классификации функций в изначальном виде, поэтому представляется оправданным сформулировать эклектическую модель функционального наполнения процессуального статуса следователя в уголовном судопроизводстве. Такая модель
была реализована в разработанной нами классификации процессуальных функций следователя, представленной в табл. 1.2.
Анализируя данные табл. 1.2, можно прийти к выводу, что
процессуальные функции следователя представляют собой сложное с практической и теоретической точки зрения явление. Установлено, что их содержание не ограничивается только предварительным расследованием уголовного дела.
С точки зрения законодателя следователь представляет сторону обвинения, субъекты которой указаны в п. 47 ст. 5 УПК РФ
и в гл. 6 данного Кодекса. Тем не менее, раскрытые выше процессуальные функции следователя указывают на его принадлежность к нескольким сторонам, в том числе и к стороне защиты, а
также с определенной степенью условности – к разрешающей
стороне (квазисудебная функция).
22
Таблица 1.2
Авторская классификация процессуальных функций следователя
№
п.п.
1
Функции
Задачи
Исследовательская
2
Обвинительная
3
Защитная
4
Превентивнопрофилактическая
Рассмотрение заявлений и сообщений о преступлении
Обнаружение и процессуальное закрепление доказательств
Исследование обстоятельств дела
Обвинение в совершении преступления
Уголовное преследование
Обеспечение законности и обоснованности вовлечения физических и юридических лиц в сферу уголовного судопроизводства, а также защита их прав и законных интересов
Ограждение граждан от неосновательного обвинения
в совершении преступления
Предупреждение преступлений
Пресечение преступлений и принятие мер к устранению
обстоятельств, способствовавших совершению преступления
Процессуальное руководство
Подготовка материалов уголовного дела
к судебному разбирательству
Разрешение уголовных дел
Предварительное расследование по уголовному делу
5
Исполнительская
6
7.
Квазисудебная
Приоритетнопроцессуальная
Считаем необходимым заметить, что применение к следователю статуса разрешающей стороны в современных условиях
следует трактовать как цель происходящей судебной реформы,
нежели как достигнутый результат. С другой стороны, такая
трактовка процессуального статуса обусловливает возникновение
законодательной коллизии, так как в соответствии с ч. 2 ст. 15
УПК РФ функции обвинения, защиты и разрешения уголовного
дела отделены друг от друга и не могут быть возложены на один
и тот же орган или одно и то же должностное лицо.
Кроме того, в соответствии со ст. 73 УПК РФ по каждому
отдельному уголовному делу доказыванию подлежат следующие
обстоятельства: 1) событие преступления (время, место, способ и
другие обстоятельства его совершения); 2) виновность лица в совершении преступления, форма его вины и мотивы; 3) обстоятельства, характеризующие личность обвиняемого; 4) характер и размер вреда, причиненного преступлением; 5) обстоятельства, исключающие преступность и наказуемость деяния; 6) обстоятельства, смягчающие и отягчающие наказание; 7) обстоятельства, которые могут повлечь за собой освобождение от уголовной ответ-
23
ственности и наказания. Подлежат также выявлению обстоятельства, способствовавшие совершению преступления.
Таким образом, согласно УПК РФ, следователь является
субъектом доказывания, но очевидно, что, действуя согласно ч. 5,
6 и 7 ст. 73 УПК РФ, он уже выступает на стороне защиты, а не
обвинения.
Аналогичной позиции придерживаются и некоторые другие
авторы. В качестве дополнительного аргумента приведем мнение
Р. Г. Бубнова, который указывает на то, что "следователь, будучи
субъектом доказывания, несет обязанность устанавливать все обстоятельства дела, входящие в предмет доказывания, определенный в ст. 73 УПК РФ. Но предмет доказывания включает не
только обстоятельства обвинительного характера, но и реабилитирующие обвиняемого обстоятельства"1.
На наличие имеющихся в законодательстве противоречий
указывают и С. П. Ефимичев и П. С. Ефимичев. Они справедливо
замечают, что "в каждом из обстоятельств, подлежащих доказыванию, могут содержаться обстоятельства, которые могут быть
отнесены как к обвинительным, так и к оправдательным обстоятельствам. Это означает, что в стадии предварительного расследования следователь, дознаватель, прокурор, собирая доказательства обвинительные, выступают на стороне обвинения, а, собирая
доказательства оправдательные или смягчающие вину, выступают на стороне защиты. Действовать иначе они не имеют права.
Они должны действовать объективно, реализуя как обвинительную, так и защитную функцию, а в целом реализуя функцию расследования"2.
Схожей позиции придерживается и А. Р. Белкин, указывающий, что "говоря о разделении процессуальных функций,
нельзя не отметить, что оно не является абсолютным. Находясь в
неразрывной диалектической взаимосвязи, эти функции не могут
быть механически строго разделены, поскольку отдельные их
элементы присущи самым различным участникам уголовного
процесса. Действительно, исследуя имеющиеся доказательства,
1
2
Бубнов Р. Г. Процессуальное положение прокурора и следователя как субъектов уголовного преследования // Вестник Самарского государственного университета. 2006.
№ 5/2. С. 168.
Ефимичев С. П., Ефимичев П. С. Функции в уголовном судопроизводстве : понятие,
сущность, значение // Журнал российского права. 2005. № 7. С. 8–11.
24
суд вправе по собственной инициативе произвести определённые
действия (например, назначить экспертизу, провести повторный
допрос и т.п.), результаты которых объективно окажутся на руку
одной из сторон.
Следователь, собирая и исследуя доказательства, в силу
части 1 ст. 73 УПК РФ, обязан отыскивать и фиксировать в том
числе и доказательства, облегчающие участь обвиняемого (в частности: обстоятельства, исключающие преступность и наказуемость деяния; обстоятельства, смягчающие и отягчающие наказание; обстоятельства, которые могут повлечь за собой освобождение от уголовной ответственности и наказания), тем самым в
определенной степени реализуя функцию защиты"1.
Помимо отмеченной коллизии, также нам непонятна небрежность формулировки п. 47 ст. 5 УПК, в котором регламентировано: "сторона обвинения – прокурор, а также следователь, руководитель следственного органа, дознаватель, частный обвинитель, потерпевший, его законный представитель и представитель,
гражданский истец и его представитель";
Согласно гл. 6 УПК, участниками уголовного судопроизводства со стороны обвинения являются: прокурор (ст. 37), следователь (ст. 38), руководитель следственного органа (ст. 39), орган дознания (ст. 40), начальник подразделения дознания (ст.
40.1), потерпевший (ст. 42), частный обвинитель (ст. 43), гражданский истец (ст. 44), представители потерпевшего, гражданского истца и частного обвинителя (ст. 45).
Сопоставление п. 47 ст. 5 и норм гл. 6 УПК позволяет выявить наличие сразу нескольких неточностей. В частности, в п. 47
ст. 5 УПК не прописано участие органа дознания, начальника
подразделения дознания, представителя частного обвинителя в
качестве участников уголовного судопроизводства со стороны
обвинения, которое регламентировано гл. 6 УПК РФ.
Совсем непонятно включение в ст. 45 гл. 6 УПК фразы:
"представители …частного обвинителя", ведь согласно п. 59 ст. 5
УПК, частный обвинитель – это "потерпевший или его законный
представитель и представитель по уголовным делам частного обвинения".
1
Белкин А. Р. УПК РФ : конструктивная критика и возможные улучшения. Общие положения и принципы уголовного судопроизводства. М., 2011. Ч. I. С. 44–45.
25
То есть буквальный текст этого пункта свидетельствует о наличии тавтологии в ст. 45 УПК: "представитель частного обвинителя" – дословно может значить "представитель представителя…".
Еще более существенные неточности и несовпадения мы
находим, проанализировав аналогичные нормы УПК, касающиеся другой состязающейся стороны – стороны защиты.
Так, например, согласно п. 46 ст. 5 УПК РФ, сторона защиты – это "обвиняемый, а также его законный представитель, защитник, гражданский ответчик, его законный представитель и
представитель".
Несколько иное предусмотрено гл. 7 УПК РФ, где участниками уголовного судопроизводства со стороны защиты являются:
подозреваемый (ст. 46), обвиняемый (ст. 47), законные представители несовершеннолетнего подозреваемого и обвиняемого (ст.
48), защитник (ст. 49), гражданский ответчик (с. 54), представитель гражданского ответчика (ст. 55).
На наш взгляд, недопустимым пробелом является тот факт,
что в п. 46 ст. 5 УПК "упущена из виду" одна из ключевых фигур
(наравне с обвиняемым) стороны защиты – а именно, подозреваемый. Соответственно, не упомянут и законный представитель,
и защитник подозреваемого лица.
Данные пробелы и упущения необходимо исправить, введя
в тексты соответствующих пунктов ст. 5 УПК РФ участников
уголовного судопроизводства в их четком соответствии с перечнем для каждой стороны, указанным в рамках конкретных глав
анализируемого Кодекса (в частности, 6 – для стороны обвинения, 7 – для защиты).
Также в связи с выявлением и обоснованием главных задач
следователя в рамках настоящего параграфа, предлагаем конкретизировать и дополнить ранее предложенную формулировку
"приоритетно - процессуальной" функции, изложив ее в следующей редакции: приоритетно - процессуальная функция – функция
обвинения, защиты от обвинения, предварительного расследования, разрешения уголовного дела; каждая такая функция представляет собой ключевое, но не единственное направление процессуальной деятельности конкретного участника состязательного уголовного судопроизводства.
Таким образом, нами обосновано наличие противоречий и
неточностей в соответствующих статьях УПК, внесены некоторые предложения по решению отмеченных проблем. Посредст-
26
вом анализа возложенных на следователя задач нами дополнено
содержание процессуальной функции расследования уголовного
дела функциями защиты, профилактики, вынесения решений и
т.д. Это позволило пересмотреть позиции в отношении процессуального статуса следователя.
Аргументированная нами позиция согласуется с концепцией независимости и непредвзятости следователя и позволяет
обеспечить соблюдение прав лиц, в отношении которых осуществляется уголовно-процессуальное производство, а также реализацию принципа состязательности. Подробнее это будет рассматриваться в рамках следующей главы настоящего исследования.
27
ГЛАВА 2. ПРОБЛЕМЫ РЕАЛИЗАЦИИ
ПРОЦЕССУАЛЬНЫХ ФУНКЦИЙ СЛЕДОВАТЕЛЯ В
УСЛОВИЯХ СОСТЯЗАТЕЛЬНОСТИ
2. 1. Понятие состязательности сторон в отечественном
законодательстве
В целях настоящего исследования целесообразно дать характеристику и раскрыть специфику понятия состязательности
сторон в уголовном судопроизводстве. Как подчеркивает Е. В.
Кронов, "вследствие того, что стороны имеют прямо противоположные интересы, состояние их взаимоотношений нельзя охарактеризовать иначе, как борьба. Вполне уместно и применение термина "конкуренция", поскольку стороны конкурируют между собой перед лицом субъекта уголовного процесса, которому законом вверено право определить, кто из конкурентов прав, а кто
нет, т.е. суда"1. Далее автор замечает: "Между тем как любая
борьба, так и любая конкуренция, могут происходить при наличии правил, их регламентирующих, как в равных условиях, при
наличии равного количества и качества предоставленных сторонам "противоборства" правомочий, так и в условиях неравных,
когда одна из сторон имеет ряд тех или иных преимуществ"2.
На основе изложенного выше, правомерно ставить вопрос о
сущности данного "противоборства" между соответствующими
сторонами в современном уголовном процессе. Представляется необходимым рассмотреть содержание принципа состязательности.
Одно из первых исследований, раскрывающих указанный
принцип, было выполнено М. С. Строговичем, который под
принципом состязательности понимал такое построение судебного разбирательства, в котором обвинение отделено от суда, решающего дело, и в котором обвинение и защита осуществляются
сторонами, наделенными равными правами для отстаивания своих интересов и оспаривания утверждений противной стороны,
причем обвиняемый (подсудимый) является стороной, пользующейся правом на защиту; суду же принадлежит руководство про1
Кронов Е. В. О реализации принципов состязательности и равноправия сторон в уголовном процессе России // Журнал российского права. 2008. № 2. С. 22–24.
2
Там же. С. 25.
28
цессом, активное исследование обстоятельств дела и решение самого дела1.
По мнению С. В. Романова, ключевыми условиями эффективной реализации принципа состязательности сторонами уголовного судопроизводства являются следующие:
 участники процесса не вправе осуществлять функции друг
друга;
 участники, выполняющие функции обвинения и защиты,
занимают положение сторон, равноправных между собой в отношениях с судом при представлении и исследовании доказательств, решении иных вопросов, возникающих при судебном
рассмотрении дела;
 суд, выполняющий функцию разрешения дела, обязан в
процессуальных формах судебного разбирательства принимать
все меры для вынесения законного, обоснованного, справедливого и мотивированного решения, включая при необходимости и
собирание необходимых доказательств2.
Говоря о законодательном регулировании принципа состязательности, отметим следующее. Государство придает большую
значимость общепризнанным принципам и нормам международного права, положениям различных международных договоров
России. На данное обстоятельство указанно в ст. 15 (ч. 4) Конституции РФ, а также в Федеральном законе "О международных
договорах Российской Федерации" от 15 июля 1995 года № 101ФЗ3.
Также Россией признана юридическая сила такого документа, как Всеобщая декларация прав человека (1948 год)4, нормы
Европейской конвенции о защите прав и основных свобод чело-
1
См.: Строгович M. C. Курс Советского уголовного процесса. Основные положения
науки Советского уголовного процесса. M. : Наука, 1968. Т. I. С. 149.
2
См.: Романов С. В. Понятие, система и взаимодействие процессуальных функций в
российском уголовном судопроизводстве : автореф. дис. … канд. юрид. наук. М.,
2007. С. 14.
3
Собр. законодательства Рос. Федерации. 2007. № 49. Ст. 6079.
4
Всеобщая декларация прав и свобод человека : принята на третьей сессии Генеральной Ассамблеи ООН резолюцией 217 А (III) от 10 декабря 1948 г. // Рос. газета. 1998.
10 дек.; Библиотечка Российской газеты. 1999.
29
века, принятой в 1950 г. и ратифицированной в 1998 г.1
Признание государством важности и значимости международных норм, обеспечивающих защиту прав и свобод граждан,
предопределило потребность в более глубоком исследовании
сущности состязательности, построенном с учетом деятельности
конкретных органов и лиц – участников уголовного процесса.
Согласно ст. 123 (ч. 3) Конституции РФ "Судопроизводство
осуществляется на основе состязательности и равноправия сторон". При этом реализация функций защиты и обвинения производится сторонами, обладающими равными правами. Заметим,
что принятые на базе Конституции РФ процессуальные кодексы
и законы последовательно также регламентировали равноправие
и состязательность сторон в качестве своих принципов (речь идет
о ст. 12 ГПК РФ, ст. 8, 9 АПК РФ, ст. 15 УПК РФ, а также ст. 35
Закона о Конституционном Суде РФ).
Анализ различных решений Конституционного Суда, произведенный нами, позволил выделить и сформулировать ключевые действия, положения, регламентации, предписанные, а также
противоречащие принципу состязательности согласно отмеченным решениям (табл. 2.1).
В табл. 2.1 представлены характеристики соответствия и
противоречия принципу состязательности, отмеченные в решениях Конституционного Суда. Однако следует сделать некоторые
пояснения. Так, указывая в первой строке табл. 2.1 правило, "вытекающее из принципа состязательности" ("Четкое разграничение
судебной функции разрешения дела и функции обвинения …"),
напомним, мы имели в виду не нашу авторскую позицию.
1
Конвенция о защите прав человека и основных свобод (Рим, 4 ноября 1950 г.) (с изм.
от 21 сентября 1970 г., 20 декабря 1971 г., 1 января, 6 ноября 1990 г., 11 мая 1994 г.),
вступила в силу 3 сентября 1953 г., для Российской Федерации – 5 мая 1998 г. // Собр.
законодательства Рос. Федерации. 2001.
30
Таблица 2.1
Характеристики соответствия и противоречия принципу состязательности, отмеченные в решениях Конституционного
Суда1
Принцип состязательности
Предполагает:
Ему противоречит (недопустимо):
Четкое разграничение судебной функции Возможность выбора обвиняемым адвоката
разрешения дела и функции обвинения – лишь при наличии у последнего допуска к
они осуществляются разными субъекта- государственной тайне2.
ми.
Распространение на все стадии уголовно- Зависимость обвиняемого (подозреваемого)
го судопроизводства.
в реализации его права на помощь адвоката
от усмотрения органа предварительного
расследования и прокурора
В стадии предварительного расследова- Отказ следователя в ознакомлении защитниния обвиняемый вправе использовать все ка обвиняемого с текстом постановления о
не запрещенные законом средства защи- продлении срока предварительного расследоты от предъявленного обвинения.
вания и с данными, свидетельствующими о
надлежащей квалификации эксперта.
Равные процессуальные возможности Положения ч. 3 ст. 377 ранее действовавшесторон в судебном разбирательстве по го и утратившего силу УПК РСФСР, позвоотстаиванию своих прав и законных ин- ляющие суду надзорной инстанции растересов, включая реальную возможность сматривать дело без ознакомления осуждовести свою позицию до сведения суда, денного, оправданного, их защитников с
поскольку только при этом условии реа- доводами прокурора, оспаривающего вынелизуется право на судебную защиту, ко- сенный по делу судебный приговор, без изторая должна быть справедливой, полной вещения стороны защиты о времени и меси эффективной.
те судебного заседания в надзорной инстанции, без предоставления им реальной
возможности письменно или в заседании
суда изложить свою позицию относительно
доводов прокурора, который поставил вопрос об отмене судебного приговора по основаниям, ухудшающим положение осужденного или оправданного.
Предоставление потерпевшему по любо- Положение ч. 2 ст. 335 УПК РСФСР (ранее
му уголовному делу права участвовать в действовавшего и утратившего силу), сосудебных прениях, поскольку в этой за- гласно которому вопрос об участии осужвершающей части состязания (спора) денного в заседании суда, рассматриваюстороны получают возможность, анали- щего дело в кассационном порядке, разре1
2
Составлено по авторскому анализу многочисленных решений Конституционного суда, а также выводам, приведенным в Комментарии к Конституции Российской Федерации / под ред. В. Д. Зорькина, Л. В. Лазарева. М. : Эксмо, 2010.
В данном случае адвокат объективно оказывается в зависимости от органов, реализующим уголовное преследование по делам, связанным с государственной тайной,
которые одновременно оформляют и допуск к сведениям, составляющим государственную тайну, что ставит обвинение и защиту в неравное положение.
31
зируя все обстоятельства дела с разных шается этим судом и которое позволяет супозиций, способствовать объективной ду отклонить ходатайство осужденного о
оценке судом собранных доказательств.
его участии в судебном заседании, не предоставив ему возможности ознакомиться с
его материалами и изложить свою позицию.
В любом из видов судопроизводства стороны в стадиях пересмотра судебных
решений в вышестоящих инстанциях
должны обладать равными процессуальными правами, хотя объем предоставляемых им правомочий может быть
меньше, чем в суде первой инстанции.
Освобождение дознавателя, следователя,
прокурора при реализации ими функции
обвинения от применения предписанных
уголовно-процессуальным законом мер по
охране прав и свобод человека и гражданина в уголовном судопроизводстве, так как
органы уголовного судопроизводства в его
рамках обеспечивают выполнение государством обязанности по признанию, соблюдению и защите этих прав и свобод.
Извещение о месте и времени рассмотрения
гражданского дела в суде надзорной инстанции не всех участников процесса, тем
самым некоторые из них лишаются предоставляемых в надзорном производстве дополнительных возможностей по отстаиванию своей позиции.
Напомним, здесь идет речь о "соответствиях", которые когда - либо были отмечены в конкретных решениях Конституционного Суда. По нашему мнению, "функция разрешения дела" и
"функция обвинения" в том виде, в котором они прописаны в ныне действующем УПК РФ, в ряде случаев не могут быть четко
разграничены. Это может относиться, например, к ситуации, когда следователь (официально отнесенный к стороне обвинения)
"несет" одновременно квазисудебную функцию (разрешения дела) и обвинительную. О данных недочетах в законодательстве
нами уже говорилось в рамках первой главы. Более того, эта
мысль будет продолжена и развита в другой главе настоящего исследования.
Критика действующих норм законодательства, регламентирующих сегодня принцип состязательности, а также формулировок правил, вытекающих из данного принципа, встречается у
многих авторов. Так, Ю. А. Курохтин справедливо замечает: "…
уже более десяти лет в законодательстве России закреплен конституционный принцип состязательности, однако по сей день буквально во всех публикациях, посвященных проблематике доказывания по уголовному делу, с завидной настойчивостью многие
32
авторы продолжают рассматривать задачи и цели уголовного
процесса, тактику ведения, его структуру с прежних позиций"1.
Критически анализируя актуальные проблемы в уголовном
процессе, Ю. А. Курохтин подчеркивает: "Современная редакция
нового УПК РФ содержит нормы, закрепляющие процессуальные
условия реализации конституционного принципа состязательности. В то же время наличие множественных изменений в УПК РФ
свидетельствует о незавершенности становления состязательного
уголовного процесса, и как следствие, в Кодексе не всегда точно
изложены возможности сторон по реализации защиты и своих законных интересов". Имеющие место неточности "создают у правоприменителей уголовного процессуального закона и вопросы
относительно соответствия его норм принципу состязательности
(ст. 6 Конвенции о защите прав человека и основных свобод, ст.
123 Конституции РФ, ст. 15 УПК РФ)"2.
О равенстве прав сторон декларируется в ст. 244 УПК РФ:
"В судебном заседании стороны обвинения и защиты пользуются
равными правами на заявление отводов и ходатайств, представление доказательств, участие в их исследовании, выступление в
судебных прениях, представление суду письменных формулировок по вопросам, указанным в пунктах 1 – 6 части первой статьи
299 Кодекса, на рассмотрение иных вопросов, возникающих в
ходе судебного разбирательства". Заметим, что принцип состязательности и ранее был известен отечественному уголовному процессу, но он не обеспечивался в полной мере: на суд был возложен сбор доказательств; участие же во всех делах прокурора было необязательно3.
Как отмечал И. Я. Фойницкий: делаясь состязательным, тем
не менее, уголовный процесс не становится исковым, частным,
стороны в собирании доказательств пользовались государственной помощью, а уголовное обвинение определялось не личным
умыслом, а общей государственной волей4.
Согласно позиции А. А. Чебышева - Дмитриева, законодательство "под состязательными формами судопроизводства везде
1
Курохтин Ю. А. Актуальные проблемы реализации конституционного принципа состязательности в уголовном процессе // Рос. юстиция. 2006. № 3. С. 9–11.
2
Там же. С. 13.
3
См.: Комментарий к Конституции РФ. М., 1996. С. 533–536.
4
См.: Фойницкий И. Я. Курс уголовного судопроизводства. СПб., 1912. Т. 1. С. 63.
33
проводит публичное начало, которое и выступает всякий раз, когда им ограждается или интерес частный, или интерес публичный, требующий, чтобы суд изрекал в своем приговоре истину
материальную"1.
С позиции М. В. Духовского, сущность и состояние состязательного либо обвинительного процесса состоит в том, что каждой стороной реализуется сугубо своя роль, а это, в свою очередь,
и является верным средством к установлению истины2. Однако
мы не разделяем эту точку зрения. Не согласны мы и с Н. А. Лукичевым, который указывает на основополагающую по отношению к принципу состязательности природу разделения обвинения, защиты и разрешения дела: "Соединение данных функций в
одном лице несовместимо с законами логики и психологии. При
таком построении процесса стороны лишаются возможности
осуществлять свои права, а суд неизбежно превращается в покровителя одной из сторон, чаще всего обвинения"3.
Наша позиция по поводу несогласия с мнением М. В. Духовского, Н. А. Лукичева и других авторов, придерживающихся
аналогичных взглядов (то есть точки зрения, согласно которой
одно лицо выполняет только одну функцию), частично уже была
обоснована. Кроме того, отчасти она нашла подтверждение и в
высказываниях некоторых опрошенных нами работников правоохранительных структур Воронежской области.
Для конкретизации результатов настоящего исследования,
подтверждения или опровержения выдвинутых нами ранее предположений, мы провели опрос следователей, адвокатов и судей
Воронежской области.
Опрос был осуществлен с февраля по июнь 2011 г. Всего в
нем приняли участие 258 человек: 114 следователей, 87 адвокатов
и 57 судей.
Результаты реализованного опроса представлены в табл. 2.2
– 2.7.
1
Куцова Э. Ф. Хрестоматия по уголовному процессу России: учеб.пособие. М., 1999.С.118–119.
2
См.: Духовской M. B. Русский уголовный процесс. М., 1910. С. 114.
3
Лукичев Н. А. Состязательность и равноправие сторон в уголовном процессе: дис. … канд.
юрид. наук. Саратов, 2003. С. 35–36.
34
Таблица 2.2
Ответы практических работников правоохранительных структур Воронежской области на вопрос: «Какие признаки, по Вашему мнению, являются обязательными составляющими элементами принципа состязательности сторон? (Перечислите
наиболее правильные, на Ваш взгляд, критерии)»
№
п.п.
1
2
3
4
5
6
Вариант ответа
Разграничение
соответствующих
процессуальных
функций
Равноправие сторон уголовного
судопроизводства
Независимость
следователя
Право на защиту
обвиняемого (подозреваемого)
Активная роль
следователя на
досудебных стадиях расследования преступления
Другие варианты
ответов
Всего опрошено
Следователи
колдоля,
во,
%
чел.
Адвокаты
колдоля,
во,
%
чел.
Судьи
колдоля,
во,
%
чел.
82
71,9
62
71,3
51
89,5
112
98,2
87
100,0
49
86,0
83
72,2
42
48,3
21
36,8
74
64,9
63
72,4
41
71,9
69
60,5
42
48,3
29
50,9
24
114
21,1
100,0
13
87
14,9
100,0
9
57
15,8
100,0
Таким образом, мы видим, что большинство опрошенных
практических работников правоохранительных структур Воронежской области убеждены в том, что обязательными составляющими принципа состязательности сторон являются разграничение соответствующих процессуальных функций, а также равноправие сторон уголовного судопроизводства.
Как это видно уже из табл. 2.3, далеко не все респонденты
полагают, что принцип состязательности сторон реализуется на
практике в полной мере.
35
Таблица 2.3
Ответы работников правоохранительных органов Воронежской
области на вопрос: «Как Вы считаете, соблюдается ли в полной
мере принцип состязательности сторон в современной правоприменительной практике либо он является некой абстрагированной от реальности правовой категорией?»
№ Вариант ответа
п./п.
1
2
3
4
Принцип состязательности
практически
никак не соблюдается на
досудебных
стадиях уголовного процесса
Принцип состязательности
соблюдается в
полной мере на
всех стадиях
уголовного судопроизводства
Принцип состязательности
является скорее
идеальной категорией, соблюдаемой в
реальности
лишь частично
на любых стадиях уголовного процесса
Другие варианты ответов
Следователи
доля, кол-во,
%
чел.
Адвокаты
доля, кол-во,
%
чел.
Судьи
доля, кол-во,
%
чел.
21
19,4
39
44,8
9
15,8
39
34,2
13
11,4
10
17,5
42
36,8
24
27,6
21
36,8
12
10,5
11
12,6
17
29,8
Таким образом, распределение наиболее распространенных
ответов респондентов показало, что большая часть из них счита-
36
ет, что данный принцип на досудебных стадиях вообще не соблюдается либо реализуется частично.
Здесь же подчеркнем: представляясь емким и широким
принципом судопроизводства, состязательность также является и
способом изучения и оценки доказательств, способом отстаивания участниками уголовного процесса личных либо представляемых прав и интересов, способом осуществления самостоятельных
функций процессуального характера.
Как полагает А. Д. Бойков, многие авторы проектов УПК
РФ переоценивали роль и значимость принципа состязательности, называя его ключевым гарантом "реального правосудия", то
есть и справедливости, и истины. Автор подчеркивает, что на
практике это далеко не так, ведь спор различных сторон может
"обнажить истину, а может и похоронить ее в зависимости от того, совпадает ли истина с их интересами или им противоречит.
Объективность, стремление к установлению истины защитнику
противопоказаны, если в этом кроется угроза подзащитному.
Равным образом и государственный обвинитель, освобожденный
от функции надзора за законностью, вряд ли станет нарушать
свои позиции в погоне за истиной"1.
Исходя из изложенного, ученый приходит к выводу: состязательность представляет собой только "инструмент судебного
познания, обеспечивающий далеко не однозначный результат.
Все зависит от того, в чьих руках инструмент, – т.е. от судей, их
воли, инициативы, активности"2.
С данным мнением вполне можно согласиться, при этом активность суда не должна быть связана с обвинительным уклоном.
По справедливому замечанию Л. Д. Бойкова, реальная активность
суда может быть связана с поиском объективной истины, с осуществлением требования всесторонности и объективности изучения различных обстоятельств дела, установлением справедливости.
То же самое касается и предварительного следствия. Как
уже неоднократно подчеркивалось ранее, следователь должен
1
Бойков А. Д. Третья власть в России : очерки о правосудии, законности и судебной
реформе 1990–1996 гг. М., 1997. С. 65–67.
2
Там же. С. 68.
37
стараться провести как можно более полное и объективное расследование, собирая доказательства как обвинительного, так и
оправдательного характера. В дальнейшем мы будем еще неоднократно отстаивать данную позицию.
Здесь же отметим: мы убеждены, что принцип состязательности нельзя сводить только к соблюдению норм формальности:
например, если нет обвинителя либо не понятны определенные
обвинительные обстоятельства, из этого не должно следовать,
что уголовное дело целесообразно прекращать или выносить по
нему приговор оправдательного характера. Вопрос, касающийся
установления того, было ли осуществлено преступление на самом
деле либо нет, должен быть ключевым, но никак не второстепенным.
Следовательно, становится очевидным, что принцип состязательности сторон занимает серьезное место, а его роль и значимость очень высоко оцениваются законодателем. Однако не
все ученые-юристы согласны с данным положением, некоторые
авторы находят законодательные недоработки определенных аспектов в регламентации состязательности.
Во многом мы согласны с такой критикой. Проведенный
анализ соответствующих норм уголовно - процессуального законодательства позволил заключить: несмотря на высокую обсуждаемость принципа состязательности (особенно в последнее десятилетие), УПК РФ до сих не содержит исчерпывающего его
определения. Как справедливо отмечает в этой связи А. Р. Белкин, споры вокруг ключевой ст. 15 УПК РФ ("Состязательность
сторон") вызваны "как тем, что законодатель не совсем четко определил, относится ли базисный принцип состязательности только к судебным стадиям уголовного процесса или же ко всему
процессу в целом, так и тем, что не определено, насколько активен должен быть сам суд, создающий сторонам условия для исполнения их процессуальных обязанностей"1.
Также существует ряд недостаточно точных формулировок,
касающихся сторон уголовного судопроизводства. Поясним данную позицию более подробно.
1
Белкин А. Р. УПК РФ : конструктивная критика и возможные улучшения. Общие положения и
принципы уголовного судопроизводства. Ч. I. С. 40.
38
Как уже неоднократно подчеркивалось ранее, мы абсолютно
убеждены, что некорректно вести речь о том, что какие-либо участники уголовного судопроизводства представляют только сторону обвинения, при этом другие – только сторону защиты. Каждый участник уголовного судопроизводства в той или иной мере
одновременно выполняет комплекс определенных функций и выступает с той или иной стороны.
Данную точку зрения мы уже подробно обосновали в отношении следователя в рамках параграфа 1.2. В частности, речь
шла о том, что сам следователь одновременно выполняет обвинительную, защитную, квазисудебную, исследовательскую и другие
функции. Кроме того, как это следует из табл. 2.4, многие из опрошенных респондентов также убеждены в полной или частичной необоснованности решения законодателя в части отнесения
следователя только к одной стороне – обвинения.
Таблица 2.4
Ответы практических работников правоохранительной системы Воронежской области на вопрос: «Как Вы считаете, обосновано ли решение законодателя в части отнесения следователя к
одной стороне уголовного судопроизводства, а именно – к стороне обвинения?»
№
Вариант ответа
п./п.
1
Да
2
3
Не совсем
Однозначно
нет
Следователи
колдоля,
во,
%
чел.
71
62,3
34
9
29,8
7,9
Адвокаты
колдоля,
во,
%
чел.
32
36,8
51
4
58,6
4,6
Судьи
колдоля,
во,
%
чел.
19
33,3
35
3
61,4
5,3
Для уточнения и конкретизации сущности отрицательных ответов, полученных на предыдущий вопрос, респондентам был задан дополнительный вопрос, ответы на который представлены в
табл. 2.5.
39
Таблица 2.5
Ответы практических работников правоохранительной системы Воронежской области на уточняющий вопрос: «В случае, если
на предшествующий вопрос вы ответили «Не совсем» или «Однозначно нет», то объясните почему? (Можно указать несколько вариантов ответа)»
№
п./п
1
2
3
4
Вариант ответа
Обвинительная направленность деятельности следователя противоречит
принципу состязательности сторон
Обвинительная направленность деятельности следователя противоречит
принципу равноправия сторон, так существенно нарушаются
права защиты в процессе досудебного
расследования
Следователь должен
быть беспристрастен
в расследовании, в то
время как предписанная ему роль участника со стороны обвинения лишает его
этой возможности
В таком случае нарушается объективность
и качество досудебного расследования,
так как следователь
заинтересован исключительно в поиске доказательств обвинительной направленности, пренебрегая порой (полностью
или частично) доказательствами оправдательного характера,
чем, в свою очередь,
Следователи
кол-во,
доля,
чел.
%
Адвокаты
кол-во, доля, %
чел.
Судьи
кол-во, доля,
чел.
%
5
4,4
4
4,6
2
3,5
2
1,8
36
41,4
24
42,1
14
12,3
43
49,4
21
36,8
40
5
6
7
8
провоцируются латентные нарушения
со стороны следователей
Указанная норма
приводит на практике
к смешению функций
обвинения и предварительного расследования уголовного
дела
Регламентированная
в УПК РФ установка
на практике не соблюдается в полной
мере, в то время как
декларация недействующих установок
приводит к правовому нигилизму и другим негативным последствиям
В таком случае следователю недостает
полномочий для реализации полноценного и комплексного
расследования
Другие варианты ответов
17
14,9
41
47,1
25
43,9
32
28,1
17
19,5
11
19,3
26
22,8
31
35,6
14
24,6
29
25,4
4
4,6
2
3,5
21
18,4
14
16,1
11
19,3
Как видно из табл. 2.5, многие судьи и адвокаты Воронежской области убеждены, что следователь должен быть беспристрастен в расследовании, в то время как предписанная ему роль участника со стороны обвинения лишает его этой возможности. При
этом, по их мнению, в данном случае будут нарушены объективность и качество досудебного расследования, так как следователь
будет заинтересован исключительно в поиске доказательств обвинительной направленности, пренебрегая порой (полностью или частично) доказательствами оправдательного характера, чем, в свою
очередь, могут провоцироваться латентные нарушения со стороны
следователей.
Наиболее распространенным у данной группы респондентов
стало мнение о том, что обвинительная направленность деятельности следователя противоречит принципу равноправия сторон, так
как существенно нарушаются права защиты в процессе досудебного
41
расследования.
Интересен тот факт, что сами следователи менее критично
относятся к отнесению их только к одной стороне – стороне обвинения (табл. 2.4). В целом им видится в этом меньше негативных последствий, нежели другим участникам произведенного
опроса (табл. 2.5).
Возможно, полученные результаты могут быть обусловлены
и тем обстоятельством, что современным следователям в определенном смысле даже удобно находиться в соответствующем положении. Так, с одной стороны, законодательство дает им множество
полномочий на досудебных стадиях, наделяя их существенными
правами, с другой, – требует выступать на стороне обвинения, что
провоцирует пренебрежение некоторыми следователями имеющимися возможностями по поиску и закреплению в процессе расследования доказательств оправдательного характера.
Возвращаясь к утверждению о том, что каждый участник
уголовного судопроизводства в той или иной мере одновременно
выполняет комплекс определенных функций и выступает с той
или иной стороны, отметим следующее. Данное правило касается
и других участников уголовного судопроизводства (не только
следователей). Например, адвокат, защищающий права обвиняемого лица, тем или иным образом способствует установлению
истины, помогает найти новые сведения, уточнить обстоятельства расследуемого события. Логично, что при этом выполняется и
функция расследования (а иногда и обвинения, если для защиты
своего доверителя адвокат вынужден доказывать, что преступление совершено иным лицом1).
Также совершенно логично, что представитель, адвокат потерпевшего будет защищать его от необоснованной клеветы, которая возможна со стороны так называемой "официальной защиты", например, от обвиняемого лица, его адвоката, представителя
и т.д. Уместно ли в этом случае говорить, что сторона обвинения
одновременно не будет выполнять защитную функцию? Очевидно, что нет. Ведь в случае очернения потерпевшего со стороны
обвиняемого, на некоторое время он также может приобрести
статус "подозреваемого" у следствия, в частности, по ст. 307 УК
1
См.: Белкин А. Р. УПК РФ : конструктивная критика и возможные улучшения. Общие
положения и принципы уголовного судопроизводства. Ч. I. С. 44.
42
РФ за дачу заведомо ложных показаний, в том числе при производстве предварительного расследования.
Таким образом, мы еще раз подтверждаем ранее сделанный
вывод: в ряде статей ныне действующего УПК содержатся неточности в формулировках. В связи с чем вместо употребления
термина "сторона обвинения" мы рекомендуем употреблять словосочетание "обвинительно - ориентированная сторона", а вместо
"сторона защиты" – "защитно-ориентированная сторона" (или,
например: "приоритетно - обвинительная" и "приоритетно - защитная").
Данное предложение вносится нами по аналогии с ранее
выдвинутой рекомендацией относительно функций следователя.
Еще раз напомним, что в рамках параграфа 1.1 мы предложили
выделять "приоритетно-процессуальную" и просто "процессуальные" функции данного должностного лица.
Выявляя пробелы современного уголовно-процессуального
законодательства, еще раз вернемся к обсуждению законодательной коллизии, начатому в параграфе 1.2, относительно соответствия ст. 5, 15, 73 УПК между собой.
Ранее мы затрагивали вопрос о том, что следователь фактически не относится к стороне обвинения, обвинительная функция
не является для него приоритетно-процессуальной, а только одной из обычных функций, в то время как в УПК РФ регламентировано иное.
В настоящей же главе выявленную коллизию мы будем рассматривать с позиции нарушения данной нормой принципа состязательности.
Напомним, что в ст. 15 УПК РФ регламентировано: "уголовное судопроизводство осуществляется на основе состязательности сторон". При этом "функции обвинения, защиты и разрешения уголовного дела отделены друг от друга и не могут быть
возложены на один и тот же орган или одно и то же должностное
лицо" (ч. 2); в то время как согласно ст. 73 УПК на следователя
уже наложены дополнительные процессуальные функции, как
минимум, он одновременно может представлять сторону обвинения и защиты.
По нашему мнению, в таких условиях участникам процесса
сложно понять, что именно от них требует законодатель и какими
правами, обязанностями, правомочиями наделяет, официально
регламентировав принцип состязательности сторон. Не совсем
43
ясным становится положение и процессуальные функции не
только следователя, органа дознания, дознавателя, начальника
следственного отдела и некоторых других процессуальных фигур, но и самого суда.
В современном законодательстве большое внимание уделено регламентации особого положения именно суда в состязательном процессе, где он не имеет права реализовывать функции ни
стороны защиты, ни обвинения, ставить какими-либо своими
действиями любую из сторон в худшее либо преимущественное
положение (ч. 3, 4 ст. 15 УПК, гл. 5 УПК, ст. 35 Федерального
конституционного закона от 21 июля 1994 г. № 1-ФКЗ "О Конституционном Суде Российской Федерации"1 и др.).
При этом суд официально не признан в качестве "стороны"
уголовного судопроизводства (п. 46–47 ст. 5 УПК РФ).
В уголовно-процессуальном законодательстве отмечено, что
стороны защиты и обвинения имеют равноправное положение
перед судом. Признавая справедливость данной нормы, заметим,
что в уголовном процессе выделяют досудебные и судебную стадии расследования. В обоих случаях речь идет именно о расследовании – известно, что и на стадии судебного разбирательства
применяются многие следственные действия предварительного
следствия: допрос потерпевших, обвиняемых, перекрестный допрос, приглашение специалистов, нередко – проведение определенных видов экспертиз в зале суда и т.д.
В этих условиях, на наш взгляд, не совсем понятно: почему
в процессе судебного расследования стороны равны перед судом,
а на досудебной стадии – они не считаются равноправными перед
органами предварительного следствия. Более того, следователь
выступает на стороне обвинения.
Об отсутствие реального равноправия сторон на досудебных стадиях отмечают большинство опрошенных нами респондентов. При этом многие судьи и адвокаты, видящие проблему в
более критическом свете, полагают, что принцип равноправия
сторон на досудебных стадиях смещен в сторону расширения
прав и полномочий обвинения (табл. 2.6).
Продолжая исследование, еще раз подчеркнем: по нашему
1
О Конституционном Суде Российской Федерации : федер. конституционный закон от
21 июля 1994 г. № 1-ФКЗ //Консультант Плюс
44
мнению, следователь, как и судья, должен быть беспристрастен в
реализации своих профессиональных функций и не придерживаться изначально чьей-то позиции. Его ключевой функцией
должно стать полноценное, комплексное, оптимально качественное расследование всех обстоятельств по уголовному делу (о чем
уже неоднократно говорилось, и будет говориться в рамках настоящей работы), но никак не стремление установить вину определенного лица, которой на самом деле, возможно, и не имеется.
Таблица 2.6
Ответы практических работников правоохранительных структур Воронежской области на вопрос: «Имеет ли место на досудебных стадияхрасследования действительное равноправие
сторон обвинения и защиты?»
№ Вариант ответа
п./п.
1
2
3
Да, убежден(а), что
принцип равноправия сторон на стадиях
досудебного
расследования
соблюдается
Нет, принцип
равноправия
на досудебных
стадиях смещен в сторону
расширения
прав и полномочий обвинения
Нет, принцип
равноправия
на досудебных
стадиях расследования
смещен в сторону расширения прав и
полномочий
защиты
Следователи
кол-во,
доля, %
чел.
Адвокаты
кол-во,
доля, %
чел.
Судьи
кол-во, доля, %
чел.
61
53,5
28
32,2
11
19,3
42
36,8
51
58,6
39
68,4
11
9,6
8
9,2
7
12,3
45
То есть мы убеждены, что следователь вообще не должен ни
с кем состязаться, а должен качественно вести расследование.
Так, например, если следователь будет активно соревноваться со
стороной защиты, то может уйти на второстепенный план главная цель судопроизводства: установление истины (или в оптимальном приближении к определению таковой). В этом случае
реализация и достижение этой цели для него могут стать просто
безразличными. Рассчитывать же обвиняемому в таких случаях
придется только на совесть и моральные принципы самого следователя, что, по нашему мнению, абсолютно несправедливо и неправильно. Допустим, он узнает, что обвиняемый (подозреваемый) вероятнее всего не виновен, в нем эта гипотеза начнет превалировать по мере расследования. В то же время он должен будет с кем-то «состязаться» со стороны защиты и достигать при
этом показателей доведения определенного количества уголовных дел до судебного разбирательства. К чему это может привести на практике?
Ни для кого не секрет: искусственная «фабрикация» некоторых дел, произведенная некоторыми недобросовестными следователями, либо осознанное «упущение» из поля рассмотрения
доказательств оправдательного характера, к сожалению, не так
уж редко встречается в современной правоприменительной практике.
На данное обстоятельство указывают соответствующие
данные опроса (табл. 2.7).
Как видно из табл. 2.7, с данной негативной тенденцией
сталкивалось хотя бы раз в процессе своей деятельности большинство опрошенных. При этом интересно, что сами следователи, судя по результатам опроса, встречались с ней несколько реже, нежели представители других категорий респондентов (в частности, адвокатов и судей). На наш взгляд, данный факт свидетельствует, скорее всего, о желании следователей видеть назревшие проблемы в своей работе и работе своих коллег в более позитивном свете, нежели это имеет место в реальной действительности.
46
Таблица 2.7
Ответы практических работников правоохранительной системы Воронежской области на вопрос: «Сталкивались ли Вы в своей практике со случаями, когда имело место необоснованное
пренебрежение следователями доказательствами оправдательного характера, найденными в процессе досудебного расследования?1 (Напоминаем, что данный опрос является анонимным, поэтому просим ответитьна вопрос предельно честно и откровенно)»
№
п./п.
1
2
Вариант ответа
Да, сталкивался
(лась)
Нет, никогда не
сталкивался
(лась)
Следователи
кол-во, доля, %
чел.
Адвокаты
кол-во, доля, %
чел.
Судьи
кол-во, доля, %
чел.
64
56,1
67
77,0
48
84,2
50
43,9
20
23,0
9
15,8
Развивая рассуждения в заданном направлении, заметим,
что следователь является официальным лицом, а не представителем коммерческой фирмы, нанятым адвокатом и т.п. Логично
предположить, что официальное лицо не должно быть заинтересовано в исходе дела и его результатах.
Таким образом, еще раз повторимся: на наш взгляд, следователь, как и судья – должен быть просто нейтральным и беспристрастным – то есть не придерживаться изначально чьей-то
стороны и позиции, а объективно и качественно проводить
полноценное расследование. Эмоции же, обвинение в чей-то
адрес, мотивация прийти к определенному (обвинительному) результату при расследовании, состязание (а синоним состязания –
«соревнование с кем-то»), по нашему убеждению, просто не уместны и не допустимы в таких случаях.
Таким образом, беспристрастность расследования, произведенного как следователем, так и судьей, в оптимальной степени будет способствовать установлению (или наиболее приближенному
1
В частности, речь идет о случаях, когда следователи не оформляли найденные доказательства оправдательного характера надлежащим процессуальным образом, либо вообще игнорировали таковые, либо, имея достаточные основания полагать, что таковые имеются, намеренно пренебрегали их поиском.
47
определению) истины. В этом случае в оптимальной мере будет
соблюден и принцип состязательности сторон.
Исходя из изложенного, а также в целях исключения неточностей в соответствующих формулировках уголовно - процессуального законодательства и подчеркивания особой роли суда и
лиц, реализующих предварительное следствие, мы полагаем следующее.
Говоря о сторонах уголовного судопроизводства, уместнее
регламентировать статус суда и следователя в качестве нейтральных (беспристрастных), а также сторон, не являющихся состязающимися, но призванных обеспечивать этот принцип на соответствующих стадиях процесса (путем дополнительного консультирования состязающихся сторон, подробного разъяснения их
прав и обязанностей, иной допустимой процессуальным законодательством помощи в справедливом и честном отстаивании ими
своих законных прав и интересов).
В целом для решения соответствующих проблем, устранения выявленных коллизий и пробелов в проанализированных
нормах законодательства, нами предложено ввести и закрепить в
рамках отдельных пунктов ст. 5 УПК РФ следующие понятийные
категории:
1. Ввести дополнительный пункт следующего содержания:
 "состязательность – демократическое и процессуальное начало,
создающее оптимально благоприятные условия для поиска и исследования как обвинительных, так и оправдательных доказательств, установления истины, принятия справедливого решения
суда по уголовному делу; заключающееся в конкурентной борьбе
обвинительно-ориентированной и защитно-ориентированной
сторон в отстаивании своих интересов на всех стадиях уголовного судопроизводства";
2. Изложить п. 45 анализируемой статьи в следующей редакции:
 "стороны – участники уголовного судопроизводства, состязающиеся или беспристрастно обеспечивающие реализацию принципа состязательности, выполняющие какую-либо из приоритетнопроцессуальных функций".
3. Дополнить рассматриваемую статью пунктами, в которых
48
бы конкретизировались и расшифровывались соответствующие
термины:
 "состязающиеся стороны – обвинительно-ориентированная и
защитно-ориентированная сторона";
 "обеспечивающие состязание стороны – сторона предварительного расследования и разрешения уголовного дела".
4. На основе аргументации, приведенной в рамках этой части монографии, а также в параграфе 1.2, мы предлагаем сформулировать отдельные пункты ст. 5 УПК РФ и изложить их в следующей редакции:
 "защитно-ориентированная сторона – подозреваемый, обвиняемый, их защитники и законные представители, гражданский ответчик, его представитель; приоритетная функция участников
стороны – защита";
 "обвинительно-ориентированная сторона – прокурор, частный
обвинитель, потерпевший, гражданский истец, их представители
и законные представители; приоритетно-процессуальная функция
участников стороны – обвинение";
 "следственно-ориентированная сторона – следователь, руководитель следственного органа, орган дознания, начальник подразделения дознания, дознаватель; приоритетно-процессуальная
функция участников стороны – предварительное расследование";
 "разрешительно-ориентированная сторона – суд; приоритетнопроцессуальная функция участника стороны – разрешения уголовного дела".
5. В случае введения данных поправок и формулировок, целесообразно удалить п. 45, 46, 47 УПК РФ в их нынешней редакции.
Также мы предлагаем внести соответствующие уточнения и
в ст. 15 УПК, изложив ее следующим образом:
"1. Уголовное судопроизводство осуществляется на основе
состязательности обвинительно-ориентированной и защитноориентированной сторон.
2. Следователь, руководитель следственного органа, орган
дознания, начальник подразделения дознания, дознаватель не выступают на обвинительно - ориентированной или защитно - ориентированной стороне. Указанные должностные лица организуют
49
и реализуют всестороннее, комплексное и объективное предварительное расследование при сборе обвинительных и оправдательных доказательств, создают условия для состязательности и равноправия состязающихся сторон на досудебной стадии производства по уголовному делу.
3. Суд не является органом уголовного преследования, не выступает на обвинительно - ориентированной или защитно - ориентированной стороне. Суд создает необходимые условия для исполнения сторонами их процессуальных обязанностей и осуществления предоставленных им прав, тщательно исследует доказательства
как обвинительного, так и оправдательного характера.
4. Обвинительно - ориентированная и защитно - ориентированная стороны равноправны перед предварительным следствием
и судом".
Внесение данных уточнений, по нашему мнению, позволит
на законодательном уровне решить до сих пор ведущиеся дискуссии о правомерности того, что какой-либо участник уголовного судопроизводства может занимать только одну сторону, выполнять лишь одну процессуальную функцию. Кроме того, предложенные формулировки укажут на то, что та или иная сторона в
процессе состязательности будет более всего ориентирована на
реализацию своей приоритетно-процессуальной (то есть – ключевой), но не единственной функции.
Таким образом, если ранее мы обстоятельно доказали, что на
практике любая сторона процесса одновременно может быть задействована в реализации не одной, а сразу нескольких процессуальных функций, выделили при этом приоритетное (ключевое)
направление ее деятельности (обозначив данное направление в
качестве «приоритетно-процессуальной функции»), то предложением ввести в оборот такие терминологические выражения, как
«обвинительно-ориентированная» и «защитно-ориентированная»
сторона мы плавно приводим весь комплекс рекомендованных
обозначений и понятийных категорий к логическому соответствию, то есть тем самым мы доводим разработанный терминологический аппарат до разумного единообразия и синхронизации.
Возможно предложенные обозначения, рекомендации по использованию дополнительных терминов на первый взгляд покажутся кому-то несколько усложняющими восприятие норм со-
50
временного УПК РФ.
Мы абсолютно убеждены, что вернее использовать более
сложный, но одновременно – и более точный понятийный аппарат, нежели откровенно декларировать совершенно не действующие на практике постулаты и установки, приводящие к общему уменьшению доверяя ко всей существующей системе права
как таковой.
2. 2. Проблемы реализации процессуальных функций
следователя в рамках досудебного производства
Процессуальные функции следователя представляют собой
достаточно сложное явление, на что уже обращалось внимание
ранее. Нами было установлено и обосновано, что их содержание
раскрывается не только собственно в расследовании уголовного
дела (которое было обозначено в качестве приоритетнопроцессуальной функции следователя), но и, например, в защите,
принятии решения, профилактике преступлений и др.
Также было определенно, что состязательность и равноправие сторон в уголовном процессе, декларированные Конституцией РФ, накладывают особый отпечаток на наполнение процессуальных функций рассматриваемого должностного лица, заставляя
более детально изучать специфику их реализации на отдельных
стадиях производства. Кроме того, подчеркивалось, что согласно
нормам ныне действующего законодательства, ни одна сторона
не обладает преимущественным положением.
Следует заметить, что до вступления в силу УПК РФ отечественный уголовный процесс рассматривался в качестве смешанного, предполагающего розыскное предварительное расследование, а также состязательное судебное разбирательство. При этом
принцип состязательности первоначально был регламентирован в
ст. 429 УПК РСФСР и касался лишь суда присяжных1.
В частности, в отмеченной статье было регламентировано:
"Предварительное слушание и производство в суде присяжных
1
О внесении изменений и дополнений в Закон РСФСР о судоустройстве РСФСР, Уголовно-процессуальный кодекс РСФСР, Уголовный кодекс РСФСР и Кодекс РСФСР
об административных правонарушениях : закон РФ от 16 июля 1993 г. // Ведомости
ВС РСФСР. 1993. № 33. Ст. 1313.
51
основываются на принципе состязательности. При этом обеспечивается равенство прав сторон, которым суд, сохраняя объективность и беспристрастие, создает необходимые условия для
всестороннего и полного исследования обстоятельств дела…".
На современном этапе действие принципа состязательности
распространено не только на стадию судебного разбирательства,
но и на стадию досудебного производства по уголовным делам.
Данный вывод можно сделать на базе исследования соответствующих норм уголовно-процессуального законодательства.
Так, в ч. 1 ст. 15 УПК РФ регламентировано: "Уголовное судопроизводство осуществляется на основе состязательности сторон". При этом в п. 56 ст. 5 четко указано, что под уголовным судопроизводством следует понимать: "досудебное и судебное
производство по уголовному делу".
Однако, несмотря на официальную законодательную регламентацию, далеко не все ученые-юристы согласны с тем, что реализация данного правила возможна в рамках досудебных стадий.
И. А. Пикалов считает, что "состязательность сторон, предполагающая обязательное равноправие сторон, не может быть осуществлена без наличия необходимого для этого объема прав, возможностей и самого характера деятельности стороны защиты. …
В настоящее время, не реализованный на досудебных стадиях
уголовного судопроизводства принцип состязательности остается
быть правовой идеей, хотя и закрепленной нормативно, но не
обеспеченной функционально"1.
Продолжая анализ, автор подчеркивает: "отсутствие состязательности на досудебных стадиях предоставляет стороне обвинения достаточно большие возможности для проведения предварительного расследования с обвинительным уклоном, выраженность которого зависит полностью от субъекта, производящего
расследование по конкретному уголовному делу, т.е. дознавателя,
следователя или прокурора. Единственным противовесом этому
всегда была и остается сторона защиты. … В настоящее время,
реально противостоять обвинительному уклону, защитник имеет
1
Пикалов И. А. Состязательность в системе принципов уголовного процесса и ее реализация стороной защиты на досудебных стадиях : автореф. дис. … канд. юрид. наук.
Екатеринбург, 2006. С. 4–5.
52
возможность лишь в стадии судебного разбирательства"1.
Логично, что и следователь, и прокурор выступают в качестве должностных лиц от имени государства, в связи с чем они
обладают существенно большими полномочиями и возможностями по сбору доказательственной базы, нежели представители
стороны защиты.
Следует заметить, что помимо однозначной критики ныне
действующих формулировок УПК, связанных с регламентацией
принципа состязательности в досудебном производстве, существуют и другие мнения: позитивные (их значительно меньше), а
также мнения авторов о том, что на сегодня имеет место неверная
интерпретация юридического смысла ч. 3 ст. 123 Конституции
РФ касательно уголовного судопроизводства.
Как отмечают В. П. Божьев, А. Давлетов, Э. Ф. Куцова, С.
А. Шейфер и многие другие ученые, законотворческим органам
целесообразно было бы учитывать нахождение соответствующей
статьи в главе VII, названной "Судебная власть", где не имеется
указаний на тот факт, что принцип состязательности распространен на предварительное расследование2.
И. Л. Петрухин полагает, что необходимо существенно преобразовать саму концепцию отечественного уголовного судопроизводства, пересмотреть и процессуальные формы. В частности,
следует уравнять в процессуальных возможностях стороны защиты и обвинения, внеся тем самым "параллельное адвокатское расследование с обязательным приобщением к уголовному делу добытых таким образом доказательств, разрешить обжаловать в суд
любые решения и действия (бездействия) следственных органов с
установлением правила: ходатайства защиты о проведении тех
или иных действий подлежат обязательному удовлетворению"3.
Вместе с тем, по мнению И. Л. Петрухина, маловероятно, чтобы
1
Пикалов И. А. Состязательность в системе принципов уголовного процесса и ее реализация
стороной защиты на досудебных стадиях: автореф. дис. … канд. юрид. наук. С. 4–5.
2
См.: Божьев В. П. "Тихая революция" Конституционного Суда в уголовном процессе Российской Федерации // Рос. юстиция. 2000. № 10. С. 9 ; Куцова Э. Ф. Уголовный процесс
России: истина и состязательность // Законодательство. 2002. № 9. С. 77–78 ; Давлетов А.
Проблема состязательности решена в УПК неудачно// Рос. юстиция. 2003. № 8. С. 13 ;
Шейфер С. А. Роль защиты в формировании доказательственной базы по уголовному делу
// Государство и право. 2006. № 7. С. 64–65.
3
Петрухин И. Л. От инквизиции–к состязательности// Государство и право. 2003. № 7. С. 31.
53
столь серьезные трансформации были бы реализованы на практике1.
По суждению Е. Галоганова, "распространение принципа
состязательности на досудебное производство изменяет исторический тип уголовного процесса России, относя его к модели
"чистой" состязательности, распространенной в государствах с
англосаксонскими правовыми системами"2. Автор подчеркивает:
"… одно дело провозгласить, декларировать состязательное досудебное производство, и другое – сделать его по-настоящему состязательным"3.
С позиции О. П. Сауляк, "возражение вызывает не сама по
себе фиксация состязательности как одного из основополагающих начал уголовного процесса , а то, каким способом и с помощью каких средств осуществлена детализация этого принципа в
уголовно-процессуальном законе"4.
По замечанию Е. В. Кронова, большинство авторов на сегодня сходятся в том, что принцип состязательности нехарактерен
для современного досудебного уголовного процесса – он, как и
раньше, остается розыскным. Это обусловлено тем, что "защитник подозреваемого, обвиняемого даже в свете тех новшеств, которые привнес законодатель во вступивший в силу с 1 июля 2002
г. УПК РФ, не может на равных процессуально соперничать со
следователем (дознавателем), который держит все нити ведения
расследования и обычно не проявляет особого желания взаимодействовать с противной стороной". Е. В. Кронов полагает: "говорить о состязательности, а точнее, об ее отсутствии в таком ракурсе не совсем верно в свете вышеизложенных доводов. Безусловно, вопрос доказывания и участия в нем обеих сторон является важнейшим, а возможно, и единственным при обсуждении
принципов состязательности и равноправия"5.
Рассуждая о том, можно ли на досудебных этапах производства по уголовным делам обеспечить состязательность и равно1
См.: Там же. С. 32.
Галоганов Е. Понятие и место процессуального принципа состязательности в системе
принципов судопроизводства // Право и жизнь. 2009. № 5. С. 14–16.
3
Там же. С. 18.
4
Сауляк О. П. Проблемы обеспечения состязательности уголовного процесса в современной России // Адвокат. 2009. № 10. С. 19–22.
5
Кронов Е. В. О реализации принципов состязательности и равноправия сторон в уголовном процессе России // Журнал российского права. 2008. № 2. С. 22–24.
2
54
правие сторон, нередко авторы приходят и к утвердительному
выводу, однако при этом подчеркивают: данная возможность
имеется, но только в теоретическом плане.
Так, например, А.А. Давлетов полагает, что для того, чтобы
существенным образом преобразовать ныне действующую модель предварительного следствия, необходима реализация следующих мероприятий:
– наделение сторон равными правами в процессе доказывания;
– предоставление защите права на так называемое "параллельное" расследование по уголовному делу;
– введение судебного следователя и др.1
Однако до сих пор отмеченное не внедрено.
Как замечает в этой связи О. П. Сауляк, "сегодня органам
расследования, наделенным широкими правомочиями (определять ход движения дела, отклонять или удовлетворять ходатайства защиты, прекращать, приостанавливать, продлевать сроки, направлять дело в суд и т.д.) и арсеналом разнообразных мер принуждения, противостоят защитник и обвиняемый, вооруженные
лишь правами не свидетельствовать против себя и своих близких,
а также заявлять ходатайства"2.
Нам представляется, нет оснований не согласиться с вышеприведенной аргументацией. Действительно, производство по
уголовным делам на стадии предварительного расследования
осуществляется с нарушением обсуждаемого принципа: в терминах ст. 86 УПК РФ "собирание доказательств осуществляется в
ходе уголовного судопроизводства дознавателем, следователем,
прокурором и судом путем производства следственных и иных
процессуальных действий, предусмотренных Кодексом", тогда
как сторона защиты и обвиняемый обладают меньшими возможностями по сбору и предоставлению доказательств в связи с установленными Кодексом ограничениями доступных инструментов и способов. Напротив, в состязательном уголовном процессе
предполагается равенство ресурсов и возможностей сторон, под
которыми Н. П. Кириллова понимает не только содержание полномочий, вытекающих из процессуального статуса участника
1
Давлетов А. А. Проблема состязательности решена в УПК РФ неудачно // Рос. юстиция. 2003. № 8. С. 18–19.
2
Сауляк О. П. Указ. соч.
55
процесса, но и совокупность знаний и навыков профессионального участника уголовного судопроизводства, а также материальные ресурсы, позволяющие качественно выполнять процессуальные функции. Нельзя не согласиться в этой связи с высказыванием, что "уравнивание ресурсов сторон на законодательном уровне
и в практических возможностях позволяет не нарушать баланс их
интересов и соответствует целям уголовного процесса"1.
В дополнение к сказанному необходимо отметить, что суд
на рассматриваемой стадии де-факто становится на сторону обвинения, поскольку у иных сторон доступа к нему нет.
В описанном случае уголовное производство обретает черты не состязательного, а розыскного процесса, известного также
как следственный процесс, о чем уже упоминалось ранее. Характерной его чертой является инкорпорирование рассматриваемых
функций в одном государственном органе. По высказыванию М.
А. Чельцова-Бебутова "... стороны утрачивают активность: обвинитель превращается в просто доносителя, а обвиняемый в объект судебного исследования. Суд же делается основным субъектом процесса, возбуждающим его и направляющим весь его
ход"2.
На основании изложенного выше, можно прийти к обоснованному заключению: в современной действительности состязательность и равноправие сторон на досудебных стадиях производства пока представляется только лишь юридической фикцией.
Как справедливо замечает И. А. Пикалов: "Недостаточно
одного лишь нормативного закрепления правовой идеи, необходимо, чтобы ее практическое воплощение было обеспечено соответствующим построением всей системы конкретной отрасли
права, в первую очередь, на досудебных стадиях уголовного процесса"3.
Таким образом, многочисленные исследования свидетельствуют, что российская практика реализации рассматриваемого
1
2
3
Кириллова Н. П. Конфликтология и состязательность судебного разбирательства //
Мысль. Аргументация : сб. статей / под ред. А.И. Мигунова, Е.Н. Лиcанюк. СПб.,
2006. Вып. 6. Ежегодник Санкт-Петербургского философского общества. С. 194.
Цит. по: Калиновский К. Б. Основные виды уголовного судопроизводства. СПб., 2002.
С. 8.
Пикалов И. А. Состязательность в системе принципов уголовного процесса и ее реализация стороной защиты на досудебных стадиях : автореф. дис. … канд. юрид. наук. С. 4.
56
принципа дихотомична: судебное производство по уголовным
делам по единогласному мнению авторов считается состязательным, тогда как в отношении досудебного производства большинство сходится во мнении об отсутствии и невозможности в современных условиях какой-либо состязательности.
На основании приведенной аргументации, можно заключить: нарушение принципа состязательности является имманентной чертой структуры российского уголовного судопроизводства,
особенно характерной на стадии досудебного производства.
Кроме выявления общих черт и тенденций в сфере регламентации и обеспечения состязательности сторон в отечественном судопроизводстве, нами определены и более узкие проблемы
в данной сфере.
В частности, установлено: еще одним пробелом законодательного регулирования исследуемых аспектов является то, что,
выделив отдельную статью (15), посвященную состязательности
сторон, УПК РФ не дает четких разъяснений по поводу того, в
каких именно нормах и в чем конкретно эта состязательность
проявляется.
Что касается научных исследований в данной сфере, то разными авторами выделяются различные совокупности таких норм.
Например, по мнению И. А. Пикалова, принцип состязательности
проявляется в:
 осуществлении правосудия только судом (ст. 8 УПК);
 презумпции невиновности (ст. 14 УПК);
 обеспечении подозреваемому/обвиняемому права на защиту (ст.
16 УПК);
 свободе оценки доказательств (ст. 17 УПК);
 языке уголовного судопроизводства (ст. 18 УПК);
 праве на обжалование процессуальных действий/решений (ст.
19 УПК)1.
Н. А. Лукичевым отмечено, что состязательность на стадии
предварительного расследования в рамках современного уголовно - процессуального законодательства выражается:
 в рассмотрении судом жалобы на незаконность действий и ре1
Пикалов И. А. Состязательность в системе принципов уголовного процесса и ее реализация стороной защиты на досудебных стадиях : автореф. дис. … канд. юрид. наук. С.
4–5.
57
шений дознавателя, следователя, прокурора и принятии решения
о заключении под стражу подозреваемого или обвиняемого в совершении преступлений (ст. 29, 108, 125 УПК);
 в обжаловании в суд или прокурору незаконных, по мнению
обжалуемого, действий и решений органа, осуществляющего
расследование;
 в возможности заявления ходатайств о получении дополнительных доказательств, которые являются обязательными для
рассмотрения органом расследования;
 в правах обвиняемого в связи с назначением и производством
экспертиз;
 в юридической ответственности, вплоть до уголовной, органа
расследования за незаконные действия в связи с производством
по уголовному делу;
 в других процессуальных гарантиях, направленных на обеспечение прав и законных интересов подозреваемого и обвиняемого"1.
В общем виде мы согласны с мнениями предыдущих авторов о том, что именно понимать под правилами, вытекающими из
принципа состязательности2. Между тем в условиях неточной и
недостаточной регламентации данных аспектов в законодательстве, необходимо сделать подробный анализ ныне действующих
норм УПК и очень четко, конкретно определить, какие именно из
отмеченных правил следует включать в положения, вытекающие
из исследуемого принципа состязательности. Также целесообразно указать на них в рамках соответствующей статьи УПК.
Помимо отмеченных, еще одной актуальной проблемой,
мешающей эффективной реализации принципа состязательности
сторон в досудебном производстве, является юридическая неграмотность некоторых его участников, сопровождающаяся недостаточно эффективной разъяснительной работой следователей и
других лиц и органов, реализующих приоритетно - процессуальную функцию предварительного расследования.
1
Лукичев Н. А. Состязательность и равноправие сторон в уголовном процессе : дис. …
канд. юрид. наук. С. 103.
2
В частности, речь идет о мнении следующих авторов: Лукичев Н. А. Состязательность
и равноправие сторон в уголовном процессе : дис. … канд. юрид. наук. С. 105–107 ;
Пикалов И. А. Состязательность в системе принципов уголовного процесса и ее реализация стороной защиты на досудебных стадиях : автореф. дис. … канд. юрид. наук.
С. 4–7.
58
В связи с этим для оптимизации обеспечения принципа состязательности мы рекомендуем, чтобы следователи (и другие
уполномоченные должностные лица) уделяли больше внимания
разъяснению подозреваемым, обвиняемым, потерпевшим, представителям их прав в рамках состязательности процесса.
С этой целью предлагаем внести соответствующие дополнения в должностные инструкции следователей, либо разработать
специальные методические рекомендации для их служебного
пользования, в которых были бы изложены принципы и основы
разъяснительной работы с обеими сторонами досудебного производства по уголовным делам.
Кроме того, рекомендуем внести в протоколы допросов
специальные фразы, помимо уже утвержденных, свидетельствующие о реальном ознакомлении соответствующего участника
уголовного судопроизводства с правами, вытекающими из принципа состязательности сторон. Поясним данное предложение более подробно. Всем известно, что на сегодняшний день в протоколах допроса предусмотрены фразы, регламентирующие права
участников судопроизводства. В качестве примера мы приводим
соответствующие выдержки из протокола допроса обвиняемого:
"Перед
началом
первого
допроса
обвиняемому
_____________________________ разъяснены права, предусмот
(фамилия, инициалы)
ренные ст. 47 УПК РФ. Кроме того, ему (ей) разъяснено, что в
соответствии со ст. 51 Конституции РФ он_ не обязан_ свидетельствовать против самого себя, своего супруга (своей супруги)
и других близких родственников, круг которых определен п. 4 ст.
5 УПК РФ.
Обвиняем__ Подпись ______________"
"Согласно ст. 18 УПК РФ мне разъяснено право давать показания
на родном языке или на том языке, которым я владею, а также
пользоваться помощью переводчика бесплатно.
Обвиняем__ Подпись _____________"1.
1
Протокол допроса обвиняемого по книге Данилова Е. П. Образцы судебных документов с комментариями. 3-е изд., перераб. и доп. М., 2007. С. 89.
59
Таким образом, мы видим, что ряд правил, вытекающих из
принципа состязательности, отмечены в протоколе допроса обвиняемого в виде указания на нормы ст. 18 и 47 УПК, с которыми
он должен быть ознакомлен.
Однако на практике чаще всего иная ситуация. Отметим,
что текст ст. 47 УПК достаточно объемен, поэтому ниже мы целенаправленно его приводим для особой наглядности. Более того,
он содержит много профессиональных терминов, которые вряд
ли в полной мере будут понятными лицу без юридического образования. В частности, в отмеченной статье регламентировано:
"1. Обвиняемым признается лицо, в отношении которого:
1) вынесено постановление о привлечении его в качестве
обвиняемого;
2) вынесен обвинительный акт.
2. Обвиняемый, по уголовному делу которого назначено судебное разбирательство, именуется подсудимым. Обвиняемый, в отношении которого вынесен обвинительный приговор, именуется
осужденным. Обвиняемый, в отношении которого вынесен оправдательный приговор, является оправданным.
3. Обвиняемый вправе защищать свои права и законные интересы
и иметь достаточное время и возможность для подготовки к защите.
4. Обвиняемый вправе:
1) знать, в чем он обвиняется;
2) получить копию постановления о привлечении его в качестве обвиняемого, копию постановления о применении к нему
меры пресечения, копию обвинительного заключения или обвинительного акта;
3) возражать против обвинения, давать показания по предъявленному ему обвинению либо отказаться от дачи показаний.
При согласии обвиняемого дать показания он должен быть предупрежден о том, что его показания могут быть использованы в
качестве доказательств по уголовному делу, в том числе и при
его последующем отказе от этих показаний, за исключением случая, предусмотренного п. 1 части второй ст. 75 настоящего Кодекса;
4) представлять доказательства;
5) заявлять ходатайства и отводы;
60
6) давать показания и объясняться на родном языке или
языке, которым он владеет;
7) пользоваться помощью переводчика бесплатно;
8) пользоваться помощью защитника, в том числе бесплатно
в случаях, предусмотренных настоящим Кодексом;
9) иметь свидания с защитником наедине и конфиденциально, в том числе до первого допроса обвиняемого, без ограничения
их числа и продолжительности;
10) участвовать с разрешения следователя в следственных
действиях, производимых по его ходатайству или ходатайству
его защитника либо законного представителя, знакомиться с протоколами этих действий и подавать на них замечания;
11) знакомиться с постановлением о назначении судебной
экспертизы, ставить вопросы эксперту и знакомиться с заключением эксперта;
12) знакомиться по окончании предварительного расследования со всеми материалами уголовного дела и выписывать из
уголовного дела любые сведения и в любом объеме;
13) снимать за свой счет копии с материалов уголовного дела, в том числе с помощью технических средств;
14) приносить жалобы на действия (бездействие) и решения
дознавателя, следователя, прокурора и суда и принимать участие
в их рассмотрении судом;
15) возражать против прекращения уголовного дела по основаниям, предусмотренным частью второй статьи 27 Кодекса;
16) участвовать в судебном разбирательстве уголовного дела в судах первой, второй и надзорной инстанций, а также в рассмотрении судом вопроса об избрании в отношении его меры
пресечения и в иных случаях, предусмотренных пунктами 1-3 и
10 части второй статьи 29 Кодекса;
17) знакомиться с протоколом судебного заседания и подавать на него замечания;
18) обжаловать приговор, определение, постановление суда
и получать копии обжалуемых решений;
19) получать копии принесенных по уголовному делу жалоб
и представлений и подавать возражения на эти жалобы и представления;
20) участвовать в рассмотрении вопросов, связанных с ис-
61
полнением приговора;
21) защищаться иными средствами и способами, не запрещенными настоящим Кодексом.
5. Участие в уголовном деле защитника или законного представителя обвиняемого не служит основанием для ограничения какого - либо права обвиняемого.
6. При первом допросе обвиняемого следователь, дознаватель
разъясняет ему права, предусмотренные настоящей статьей. При
последующих допросах обвиняемому повторно разъясняются его
права, предусмотренные пунктами 3, 4, 7 и 8 части четвертой настоящей статьи, если допрос проводится без участия защитника".
Как уже отмечалось, мы специально привели полный текст
статьи, чтобы показать, насколько она объемна. В реальности такая объемность приводит к тому, что следователи нередко не
только не разъясняют всех положений ст. 47 обвиняемому, но и
про некоторые из них даже не упоминают. Бывают ситуации, когда следователь умышленно торопит подписать обвиняемого
протокол допроса, ссылаясь на формальность и несущественность пункта о том, что "обвиняемый уже ознакомлен и ему разъяснено положение той или иной статьи".
Подобная ситуация имеет место и по отношению к подозреваемому. Аналогичной статьей, регулирующей его права и положение, является ст. 46 УПК, также отличающаяся объемностью и
изобилием профессиональной юридической терминологии.
По нашему мнению, при такой тенденции существенно нарушаются права обвиняемых и подозреваемых лиц, а также некоторых других участников уголовного процесса, в отношении которых производится допрос.
В связи с этим мы считаем целесообразным разработать
специальные приложения к протоколам допросов для конкретных
категорий допрашиваемых. В такие приложения целесообразно
включать тексты статей, регламентирующих правовой статус и
права конкретных участников уголовного судопроизводства, а
также краткие, сделанные на доступном языке комментарии к
данным статьям.
Кроме текста статей, на которые делаются соответствующие
указания в ныне применяемых формах протоколов допроса,
предлагаем включить в приложения содержания иных статей, вы-
62
текающих из принципа состязательности. В частности, сюда
можно отнести (помимо разъяснения прав, регламентированных
ст. 47 УПК РФ, ст. 51 Конституции РФ, ст. 18 УПК РФ), нормы,
следующие из cт. 8 УПК (Осуществление правосудия только судом), ст. 14 УПК (Презумпция невиновности), ст. 16 УПК (Обеспечение подозреваемому и обвиняемому права на защиту), ст. 17
УПК (Свобода оценки доказательств), ст. 19 УПК (Право на обжалование процессуальных действий и решений), ст. 29, 108, 125
УПК (касающихся рассмотрения судом жалобы на незаконность
действий и решений дознавателя, следователя, прокурора и принятия решения о заключении под стражу подозреваемого или обвиняемого в совершении преступлений); другие процессуальные
гарантии, направленные на обеспечение прав и законных интересов конкретных участников уголовного судопроизводства. Как и
в предыдущем случае, текст данных статей УПК должен сопровождаться комментариями и разъяснениями, сделанными на доступном языке.
Аналогичное приложение целесообразно разработать и к
протоколу допроса потерпевших, в котором бы учитывались и
разъяснялись их права в рамках состязательности уголовного судопроизводства.
Целесообразно, чтобы на каждой странице предлагаемой
формы приложения были бы сделаны записи "с текстом ознакомлен", "подпись".
При внедрении данной рекомендации особенно важно выделять гражданину, которого предполагается допросить, специальное время на ознакомление с соответствующим приложением
(например, 30 минут перед началом допроса). В качестве альтернативы можно выдавать эти приложения "на руки" участникам
процесса. Например, потерпевшие в спокойной обстановке, у себя дома могут внимательно ознакомиться и подписать текст приложения, взяв его в дальнейшем уже на саму процедуру допроса.
В случае внедрения внесенных нами предложений, дополнится и основная форма протоколов. При этом протокол допроса
обвиняемого будет выглядеть примерно так:
"Перед началом первого допроса обвиняем___________________
(фамилия, инициалы)
ознакомлен с правами, вытекающими из принципа состязатель-
63
ности уголовного судопроизводства: ст. 8; ст. 14, ст. 16, ст. 17, ст.
19, ст. 29, ст. 47, ст. 108, ст. 125 УПК РФ, о чем имеется соответствующая запись и его подпись в приложении к настоящему протоколу "Разъяснения прав и законных интересов обвиняемого".
Дополнительно устно ему (ей) разъяснены права, предусмотренные ст. 47 УПК РФ. Кроме того, ему (ей) разъяснено, что
в соответствии со ст. 51 Конституции РФ он_ не обязан_ свидетельствовать против самого себя, своего супруга (своей супруги)
и других близких родственников, круг которых определен п. 4 ст.
5 УПК РФ.
Обвиняем__ Подпись ______________
"Согласно ст. 18 УПК РФ мне разъяснено право давать показания на родном языке или на том языке, которым я владею, а
также пользоваться помощью переводчика бесплатно.
Обвиняем__
Подпись ____________".
Внедрение данных изменений на практике, на наш взгляд,
позволит повысить состязательность сторон уголовного судопроизводства, а органам предварительного следствия, в свою очередь, более эффективно обеспечивать исполнение данного принципа на практике.
Однако, помимо сделанных рекомендаций, мы бы хотели
отдельно остановиться на разработке предложений, связанных с
совершенствованием правоприменительной практики в сфере избрания меры пресечения в отношении подозреваемых и обвиняемых лиц. Подробное рассмотрение данного аспекта выбрано нами не случайно, так как именно сейчас в научных кругах, а также
в законотворческих органах особенно активно обсуждаются актуальные проблемы, имеющие место в данной сфере.
Следующий параграф монографии посвящен общему обзору
этических проблем, связанных с деятельностью следователя.
2. 3. Нравственные основы осуществления следователем
процессуальных функций
Многогранная деятельность следователя регулируется не
только правовыми нормами, описанными нами ранее, но и включает нормы, принципы и требования нравственности, сформировавшиеся в обществе на основе представлений о справедливости
64
и порядочности, о добре и зле, о правом и неправом, о должном и
сущном. При этом для уголовного судопроизводства проблема
построения законодательства и правоприменительной практики
на основе норм нравственности и морали всегда имела и имеет
особое значение в силу того, что данный вид государственной
деятельности связан с вторжением в личную жизнь граждан,
применением мер принуждения вплоть до лишения свободы,
возможностью ограничения прав и свобод граждан.
Аспекты нравственности и ее значения в ходе уголовного
судопроизводстве впервые исследовал выдающийся русский
юрист конца XIX – начала XX в. А. Ф. Кони. В издании "Нравственные основы уголовного процесса" (1878 г.) он отмечал:
"...нравственным началам, как мне кажется, принадлежит в будущем первенствующая роль в исследовании условий и обстановки уголовного процесса"1.
Юридическая профессия имеет своим "объектом" именно
человека. Деятельность юриста касается важнейших благ, интересов людей, нередко связана с вторжением в их личную жизнь, а
иногда и с ограничением прав, принятием решений, влияющих на
судьбу человека.
Проблема нравственности остается одной из самых сложных проблем в современной науке и практике. Несмотря на всеобщий характер моральных требований и наличие единых выработанных обществом нравственных представлений и этических
норм поведения, существуют и специальные нормы поведения
для некоторых видов профессий, причем особого внимания к
нравственной стороне выполняемых функций и личности профессионала требуют юридические профессии, поскольку от нравственного уровня представителей данной профессии зависит не
только психическое и физическое здоровье личности, жизнь и
судьба человека, но и психологическая безопасность, социальноэкономическое и политическое благополучие общества2.
1
Кони А. Ф. Нравственные начала в уголовном процессе : электрон. путеводитель /
юрид.
виртуальный
клуб
"Ex-jure",
2008–2009.
URL:
http://www.exjure.ru/law/news.php?newsid=153 (дата обращения: 20.12.2009)
2
См.: Бражникова А. Н., Бражников В. С. Нравственно-психологические проблемы
осуществления правосудия // Юридическая психология. 2008. № 2. С. 76–86.
65
Нормы нравственности и уголовно - процессуального права
тесно взаимосвязаны и взаимообусловлены. Сферы их действия
во многом совпадают, и поэтому в большинстве случаев общественным сознанием дается одинаковая правовая и нравственная
оценка уголовно-процессуальной деятельности, так как она направлена на достижение позитивной цели – на защиту прав и законных интересов потерпевших от преступлений, а также на защиту личности от незаконного и необоснованного обвинения,
осуждения, ограничения ее прав и свобод (ст. 6 УПК РФ), поддержание справедливости в обществе в целом.
Общность целевых установок уголовно-процессуального
права и нравственных норм приводит к тому, что многие требования морали включаются в содержание процессуальных норм,
регулирующих предварительное расследование и судебное производство, создавая и укрепляя таким образом нравственные основы уголовного процесса.
Особое значение нравственности в уголовном судопроизводстве отмечает В. П. Божьев, указывая, что нравственные основы уголовного процесса предполагают такое построение уголовно-процессуального законодательства и практики его применения, которые базируются на уважении чести и достоинства личности, других принципах, нормах и требованиях нравственности
и направлены на достижение справедливости в обществе1.
Уголовно-процессуальные нормы, противоречащие нормам
нравственности, воспринимаются общественным сознанием как
несправедливые и в силу этого являются неэффективными в
следственной и судебной практике.
Уголовно - процессуальные отношения, регулируемые законом, не персонифицированы. Права и обязанности их субъектов
обозначены абстрактным судьям, прокурорам, следователям, обвиняемым, потерпевшим и т. д. Но нравственные отношения в
рамках производства по уголовному делу – это отношения между
конкретными людьми с присущими им лично индивидуальными
нравственными качествами. Данные отношения по уголовному
делу, складывающиеся между конкретными субъектами, отража1
См.: Уголовный процесс : учеб. для студентов вузов, обучающихся по специальности
«Юриспруденция» / под ред. В. П. Божьева. М., 2002. С. 21–22.
66
ют нравственные отношения в обществе в целом, систему принятых в нем нравственных ценностей. Так, средние века с их жестокостью, попранием личности, абсолютистской властью имели
атрибутом инквизиционный процесс с бесправием обвиняемого,
презумпцией виновности, пыткой как способом добывания "совершенного доказательства". Современный процесс цивилизованного общества требует гуманных форм, уважения достоинства
личности, беспристрастного, независимого и компетентного суда.
О влиянии состояния нравственности общества в целом, характера существующих нравственных отношений и признаваемых нравственных ценностей на уголовно-процессуальную деятельность и нравственные отношения в процессе можно судить, в
частности, по тем явлениям, которые возникли в условиях кризиса, охватившего общество в последние несколько лет. Широкое
распространение получило уклонение граждан от свидетельствования на следствии и в суде. Угрозы, подкуп, просто нежелание
сотрудничать с органами государства, лжесвидетельство (обычно
в пользу преступников) стало едва ли не привычным явлением.
Средства массовой информации сообщают о взяточничестве среди работников правоохранительных органов, экспертов, о невозможности организовать работу судов вследствие неявки присяжных заседателей в суды для исполнения своих обязанностей и
других негативных процессах и фактах. Нравственный кризис в
обществе сказывается на состоянии законности в государстве, на
решении нравственных проблем, возникающих при осуществлении правосудия и правоохранительной деятельности в целом1.
Более того, некоторые нормы, противоречащие нравственности, сами подталкивают даже добросовестных сотрудников на
нарушение закона. Так, например, рассмотрим ранее существовавший двухступенчатый порядок возбуждения уголовного дела,
при котором требовалось согласие прокурора. Норма, регулирующая данную процедуру, практически препятствовала своевременному раскрытию преступлений. Непродуманная новелла
толкала и прокурора, и следователя, и дознавателя на нарушение
закона. В 2004 г. 60 % опрошенных следователей и дознавателей
1
См.: Кобликов А. С. Юридическая этика : учеб. для вузов. М.: НОРМА, 2000. С. 55–56.
67
признались, что фактически получают согласие прокурора задним числом, уже после проведения всех неотложных следственных действий, чтобы не утратить важные для дела доказательства. Таким образом, существовавший порядок возбуждения уголовного дела вырабатывал у должностных лиц компетентных государственных органов привычку к постоянным мелким процедурным нарушениям, а от них возможен переход и к более серьезным. Как тут не повторить, что в России строгость законов
смягчается повсеместным их неисполнением. Таким образом, одной из причин профессионально - нравственной деградации следственных кадров может служить несовершенство закона, не ориентированного на достижение подлинных целей уголовного судопроизводства1.
Нравственное
значение
конкретных
уголовнопроцессуальных норм может быть полнее усвоено на основе ознакомления с более общими, принципиальными положениями
уголовно - процессуального права. Это важно потому, что нравственный аспект того или иного процессуального института или
же отдельной нормы далеко не всегда очевиден, если рассматривать их изолированно, вне всей процессуальной системы. Уместно вспомнить справедливую мысль М. С. Строговича о том, что
"... было бы упрощением и вульгаризацией искать нравственное
содержание в каждой отдельной процессуальной норме, например, в норме, определяющей структуру обвинительного заключения, или в норме о судебных издержках и т.п."2
Но если рассматривать законодательство об уголовном судопроизводстве и уголовно-процессуальную деятельность как
единую функционирующую систему, то нравственные начала
уголовного судопроизводства выявляются достаточно отчетливо.
Уголовно-процессуальное законодательство и основанная на нем
процессуальная деятельность проникнуты нравственным содержанием.
Особенностью уголовно - процессуального права, характе1
См.: Зархин Ю. Н. Реформа уголовного процесса и нравственные начала предварительного следствия : учеб. пособие. Ижев. филиал Нижегор. академии МВД России,
2007. С. 74–75.
2
Строгович М. С. Курс советского уголовного процесса : в 2 т. М., 1968. Т. 1. С. 178.
68
ризующей его в целом, является гуманизм, ориентированность на
создание системы гарантий личности.
Итальянский юрист Ферри (1856–1929), подчеркивая специфику уголовно - процессуального права, утверждал, что уголовный кодекс пишется для преступников, а уголовнопроцессуальный – для честных людей. Этот афоризм не лишен
рационального зерна. В уголовном законодательстве доминирует
карательное начало, в законодательстве о судопроизводстве ведущая роль принадлежит гарантиям личности и правосудия1.
Уголовно-процессуальное право призвано обеспечить справедливость при расследовании и разрешении уголовных дел.
Требование справедливости в уголовном процессе означает исключение случаев осуждения невиновных, привлечения их к уголовной ответственности. Обвинительный приговор в отношении
невиновного – проявление несправедливости, попрание прав,
свобод, достоинства человека той самой государственной властью, которая обязана их защищать2.
Основополагающие правовые принципы правосудия проникнуты нравственным содержанием и базируются на нравственных требованиях справедливости, гуманности, охраны чести и
достоинства человека.
Статья 15 Конституции России устанавливает принцип законности. Нравственная сторона принципа законности в уголовном процессе состоит в соблюдении нравственных требований,
воплощенных в законе, запрете поступать по произволу, субъективному усмотрению в отношении человека, что неминуемо следует за послаблениями в отношении режима законности в уголовном процессе. Соблюдение закона – не только юридический,
но и нравственный долг судьи, следователя, прокурора, адвоката.
Общим положением уголовно - процессуального права признается уважение чести и достоинства личности (ст. 9 УПК РФ).
Этой нормой утверждается основное требование нравственности
в ходе уголовного судопроизводства, запрещающее осуществление действий и принятие решений, унижающих честь участника
уголовного процесса, а также обращение, унижающее человече1
2
См.: Уголовная социология Ферри Э. / сост. и предисл. В. С. Овчинский. М., 2005. С. 82.
См.: Кобликов А. С. Юридическая этика : учеб. для вузов. М., 2000. С. 45–46.
69
ское достоинство. Требование об уважении чести и достоинства,
охране тайн частной жизни и иных моральных ценностей личности является обязательным при производстве любого процессуального действия и принятии любого процессуального решения1.
На основе представлений о нравственности получили законодательное закрепление предписания о запрещении создавать
опасность для здоровья лиц, участвующих в следственном эксперименте (ст. 181 УПК РФ), а при получении образцов для сравнительного исследования – применять методы, опасные для жизни
и здоровья человека или унижающие его честь и достоинство (ч.
2 ст. 202 УПК РФ); принимать меры к тому, чтобы не были оглашены выявленные в ходе обыска обстоятельства частной жизни
лица, в помещении которого был произведен обыск, его личная и
(или) семейная тайна, а также обстоятельства частной жизни других лиц (ч. 7 ст. 182 УПК РФ), и производить освидетельствование лица, сопровождающееся его обнажением, в отдельном помещении врачом или иным специалистом (ч. 2 ст. 290 УПК РФ).
Дополнительной гарантией моральных интересов личности
в сфере уголовного процесса являются положения ч. 2 ст. 241
УПК РФ, допускающие проведение закрытого судебного разбирательства уголовных дел о преступлениях против половой неприкосновенности и половой свободы личности, а также в целях
неразглашения сведений об интимных сторонах жизни участников уголовного судопроизводства либо сведений, унижающих их
честь и достоинство, о попечении детей и иждивенцев подозреваемого или обвиняемого, задержанного или заключенного под
стражу, а также о мерах по обеспечению сохранности его имущества (ст. 160 УПК РФ)2.
Как известно, любой отказ от дачи свидетельских показаний
вне зависимости от родственных и близких отношений различных
лиц ранее трактовался уголовным законодательством как уголовное преступление, пренебрежение государственными интересами,
несмотря на явную несогласованность этого положения с общепри1
См.: Уголовный процесс : учеб. для вузов / под общ. ред. В. И. Радченко. М., 2006. С.
25.
2
См.: Уголовный процесс : учеб. для студентов вузов, обучающихся по специальности
«Юриспруденция» / под ред. В. П. Божьева. С. 23.
70
знанными нормами нравственности. Ныне уголовно - процессуальный закон, устраняя это противоречие, вслед за Конституцией РФ
предоставляет свидетелю право отказаться свидетельствовать против самого себя, своего супруга и других близких родственников,
круг которых определен УПК РФ (п. 1 ч. 4 ст. 56).
Особое место среди принципов уголовного процесса принадлежит презумпции невиновности и связанному с ней праву
обвиняемого на защиту (ст. 49, 48 Конституции). Эти принципы
выражают гуманную сущность правопорядка в целом. Человек,
обвиненный в преступлении, – не бесправный объект преследования, а субъект уголовного процесса. Ему гарантируется возможность активно защищаться от обвинения как лично, так и с
помощью защитника. Тот, кого представитель власти или потерпевший обвиняет в преступлении, не считается преступником,
пока его виновность не доказана и не признана приговором суда,
вступившим в законную силу. До этого момента обвиняемый
считается невиновным. Презумпция невиновности опирается на
более широкую презумпцию добропорядочности любого человека, пока не доказано обратное. Она исходит из признания ценности человеческой личности, уважения к человеку, его достоинству. Человек, даже официально обвиненный в преступлении, юридически и морально еще не преступник, он лишь обвиняемый. Он
может быть оправдан, и кроме того, обвинительный приговор
может быть отменен, а осужденный – реабилитирован на основании решения вышестоящего суда1.
Самый нравственный закон не может достичь своей цели,
если он реализуется безнравственными методами. А. Ф. Кони писал: "В каждом судебном действии наряду с вопросом "что" следует произвести, возникает вопрос о том, "как" это произвести".
Нужно настойчиво желать, подчеркивал А. Ф. Кони, чтобы "в
выполнение форм и обрядов, которыми сопровождается правосудие, вносился вкус, чувство меры и такт, ибо суд есть не только
судилище, но и школа. Здесь этические требования сливаются с
эстетическими..."2.
1
См.: Уголовный процесс : учеб. для вузов / под общ. ред. В. И. Радченко. С. 24.
См.: Кони А. Ф. Нравственные начала в уголовном процессе : электрон. путеводитель /
юрид.
виртуальный
клуб
"Ex-jure",
2008–2009.
URL:
http://www.exjure.ru/law/news.php?newsid=153 (дата обращения: 20.12.2010).
2
71
Таким образом, усвоение нравственных основ профессионального поведения в ходе уголовного судопроизводства – одно
из основных требований, предъявляемых сотрудникам правоохранительных органов и судьям. Следует обратить внимание на то,
что в отличие от ранее действовавшего процессуального закона в
УПК РФ отсутствует указание на нравственную цель уголовного
судопроизводства – установление объективной истины по делу,
традиционно признаваемую российским уголовным судопроизводством1.
К сожалению, законодатель, неоднократно используя термин "следственные действия", не раскрывает в тексте Уголовнопроцессуального кодекса РФ его содержания. Существует множество точек зрения на определения данного понятия, так, например, С. Б. Россинский считает, что под следственными действиями следует понимать "производимые следователем или дознавателем (органом дознания) уголовно-процессуальные мероприятия познавательного характера, направленные на собирание новых и проверку имеющихся доказательств"2.
Значение следственных действий при расследовании уголовного дела велико. Закрепленный в законе порядок производства следственных и иных процессуальных действий имеет нравственную основу уже в силу того, что подчинен цели всестороннего, полного и объективного расследования. Данная же цель, как
известно, служит справедливому разрешению дела по существу,
которое выражается в изобличении и наказании виновных, или,
наоборот, в реабилитации необоснованно привлеченных к уголовной ответственности3. Однако именно при производстве следственных действий наблюдается наиболее частое вторжение в
сферу конституционных прав и свобод человека и гражданина. В
связи с этим вопросы профессиональной этики работников,
включенных в уголовно - процессуальную деятельность, на стадии предварительного расследования приобретают особую актуальность.
Поэтому важно определить ряд общих требований как правового, так и нравственного характера, которые относятся ко всем без
1
См.: Уголовный процесс : учеб. для вузов / под общ. ред. В. И. Радченко. С. 25.
Россинский С. Б. Уголовный процесс : учебник. М. : ЭКСМО, 2009. С. 375.
3
См.: Москалькова Т. Н. Этика уголовно-процессуального доказывания (стадия предварительного расследования). М. : Спарк, 1996. С. 40.
2
72
исключения следственным действиям и соблюдение которых обеспечивает законность и нравственность следствия в целом. Так, в
российском Уголовно-процессуальном кодексе содержится ряд
конкретных норм, направленных на защиту таких важнейших
нравственных ценностей личности, как честь и достоинство, личная и семейная тайна, частная жизнь граждан. Закон обязывает
следователя принимать меры к тому, чтобы не были оглашены выявленные при производстве обыска обстоятельства частной жизни
лица, в помещении которого был произведен обыск, его личная и
семейная тайна, а также обстоятельства частной жизни других лиц
(ч. 7 ст. 182 УПК РФ). Производство следственного эксперимента
допускается, если он не создает опасность для здоровья участвующих в нем лиц (ст. 181 УПК РФ) и т.п.1
Рассматривая приведенные нормы, носящие отчетливо выраженный нравственный характер, нужно отметить, что по четкому смыслу закона они подлежат применению лишь при выполнении тех следственных действий, производство которых они регулируют. Однако следственная практика свидетельствует о необходимости руководствоваться изложенными правилами при
производстве всех следственных действий. Например, обстоятельства частной жизни, включая обстоятельства интимного характера, могут быть разглашены не только при производстве
обыска, но и при выемке и при допросе, осмотре места происшествия, проверке показаний на месте и т.д.
Ранее И. Е. Быховский и Н. А. Захарченко предлагали повысить регулятивное свойство нравственных запретов и распространить их на все следственные действия: "При производстве
следственных действий не допускается унижения достоинства и
чести участвующих в нем лиц, не должно создаваться опасности
для их здоровья. Нельзя производить действия, нарушающие общественную безопасность и нормы нравственности, а также действия, которые могут нанести ущерб государственному, общественному имуществу и личному имуществу граждан. Следователь
обязан принимать меры к тому, чтобы при производстве следственных действий не оглашались обстоятельства интимной жизни.
Если производство следственного действия сопровождается об-
1
Антонов И. А. Нравственно-правовые критерии уголовно-процессуальной деятельности следователей. СПб. : Юрид. центр Пресс, 2003. С. 139.
73
нажением лица, то при этом должны присутствовать понятые того же пола. Следователь не может присутствовать при следственных действиях, связанных с обнажением лица другого пола. Не
допускается производство следственных действий в ночное время, кроме случаев, не терпящих отлагательств. Запрещается домогаться показаний обвиняемого или иных лиц путем угроз, издевательства над личностью допрашиваемого или иных незаконных мер"1.
Весьма положительным моментом УПК РФ является выделение отдельной статьи (164) – "Общие правила производства
следственных действий". В ее содержание входят нормы, не допускающие производство следственного действия в ночное время
(ч. 3 ст. 164), запрещающие при производстве следственных действий применение насилия, угроз и иных незаконных мер, а равно создание опасности для жизни и здоровья участвующих в них
лиц (ч. 4 ст. 164) и др.
Вместе с тем существует еще множество норм, требующих
преобразований. Так, например, спорным является вопрос реформирование института понятых. В соответствии со ст. 170
УПК РФ при производстве осмотра, следственного эксперимента,
обыска, а также других следственных действий в случаях, предусмотренных законом, вызываются не менее двух понятых. Согласно той же норме, понятые обязаны удостоверить факт производства следственного действия, его ход и результаты.
По мнению В. Т. Томина, "институт понятых в современном
уголовном процессе – это очевидное проявление презумпции виновности следователя". Автор предлагает взглянуть на институт
понятых со стороны защиты частной жизни гражданина, сбережения его личной и семейной тайны. Он считает, что этот уголовно-процессуальный институт совершенно не учитывает указанных интересов личности2.
По тексту закона понятыми могут быть любые незаинтересованные в деле граждане. Между тем зачастую в роли понятых
выступают знакомые, соседи, что существенно затрагивает за1
2
Быховский И. Е., Захарченко Н. А. Этика проведения следственных действий // Соц.
законность. 1973. № 11. С. 11–12.
Томин В. Т. О противоречиях между правом граждан и общества на информацию об
уголовном судопроизводстве и правом на защиту неприкосновенности личной жизни.
С. 116.
74
конные интересы лиц, в жилище которых производится следственное действие и которые не имеют реальной возможности оградиться от постороннего любопытного вмешательства. К слову
сказать, в следственной практике чаще всего именно так и происходит – в качестве понятых приглашаются ближайшие соседи
лица, у которого производят обыск. В этом случае практически
маловероятно, а скорее всего просто невероятно, чтобы сам факт
обыска не стал достоянием большого числа граждан1.
"Функционирование института понятых в процессе перестройки уголовного судопроизводства нуждается в деловом анализе и преобразовании", – пишет В. Т. Томин2 и определяет направление преобразований, когда в Уголовно - процессуальный
кодекс могут быть внесены нормы, которые предусматривали бы
возможность проведения следственного действия без участия понятых в случаях, когда в следственном действии участвует адвокат; когда приискание таковых затруднительно или невозможно,
а промедление с производством следственного действия может
привести к утрате следов преступления или породить опасность
для людей; аналогично в случаях участия в следственном действии прокурора, двух или более сотрудников правоохранительных
органов; если осуществляется сплошная видеозапись следственного действия; если об этом ходатайствует лицо, в отношении
которого производится следственное действие, в частности, освидетельствуемый потерпевший, лицо, у которого производится
обыск, и т.п.
По нашему мнению, с данной позицией нельзя полностью
согласиться. Было бы ошибкой предполагать, что институт участия понятых это рудимент прошлого, который необходимо ликвидировать и заменить видеосъемкой. Участие понятых в производстве следственного действия имеет как положительные, так и
отрицательные стороны. К положительным моментам участия
понятых, безусловно, можно отнести возможность последующего
допроса понятого, присутствие понятого с самого начала следственного действия (в то время как видеокамера может запечатлеть
1
Смирнова И. Г. Этические начала производства следственных действий, ограничивающих неприкосновенность жилища // Адвокатская практика. 2004. № 4. С. 20–24.
2
Томин В. Т. Острые углы уголовного судопроизводства. М., 1991. С. 194.
75
не все важные моменты, к тому же можно переснять процессуальное действие два, три, десять раз и преподнести это как единственный раз). Показательным в данном случае является следующий пример, приведенный адвокатом А. Жаровым.
Задержали несовершеннолетнего – якобы приобрел наркотики для перепродажи. На видеозаписи видно, что из кармана
парня достают пакетик, кладут на стол. Показания понятых (понятой А.): "Когда я вошел в помещение павильона, на столе уже
лежали какие-то вещи из карманов, но перед тем, как начать запись, кто-то из оперативников засунул все это обратно в карманы
подсудимого". – "А вы видели, как это доставали из карманов до
этого?" – "Нет, я видел потом то, что есть на видеозаписи ...". Понятой Б.: "Человек в штатском объяснил, что это торговец наркотиками и что вот это все вынули из его карманов. Но теперь надо
все оформить, как следует, и поэтому они все засунут обратно
ему в карманы и вынут уже "под протокол". Надо ли говорить,
что ничего этого на видеопленке нет и что только честность простых посторонних людей позволила спасти этого несчастного от
тюрьмы"1.
Как видно из данного примера, нельзя так категорично утверждать о целесообразности отмены института понятых как такового. Однако, на наш взгляд, возможно проведение некоторых
следственных действий без присутствия понятых, не нарушая при
этом основополагающих принципов уголовного процесса. Так,
например, по нашему мнению, возможно проведение следственного действия предъявления лица для опознания без понятых, поскольку в данном действии участвуют статисты, которые впоследствии также могут дать показания об увиденном. С точки
зрения нравственности, присутствие иного лица, не заинтересованного в исходе дела, будет стимулировать следователя на соблюдение этики производства следственного действия, так как
понятой по сути является зрителем, которого можно всегда допросить о ходе и результатах проведенного действия.
Не менее важным, чем сам процесс производства следственного действия, является фиксирование его хода и результатов.
1
Жаров А. Электронный журнал «Сноб». URL: http://www.snob.ru/profile/10358/ blog/
42986 (дата обращения: 20.11.2011).
76
Протоколирование следственных действий регулируется законом. Ход и результаты каждого следственного действия должны
быть отражены в соответствующем протоколе. Закон достаточно
определенно формулирует правовые требования, обеспечивающие объективность и полноту каждого протокола. Если следственное действие было произведено, то следователь обязан составить протокол, независимо от того, дало ли это результаты, на
которые он рассчитывал. Уклонение от составления протокола
допроса, очной ставки, обыска или иного следственного действия
противоречит закону. К примеру, если следователь в результате
допроса получил данные, опровергающие версию, которую он
считает истинной, и не составил протокола допроса, утаив таким
образом существенные для дела данные, то он совершает незаконный и аморальный поступок.
Каждый протокол следственного действия должен быть
полным, точным и объективным. Все содержащиеся в нем сведения должны соответствовать тому, как проходило следственное
действие и какие фактические данные были получены в процессе
его проведения.
Так, в протоколе допроса свидетеля его показания в соответствии с законом должны быть записаны "в первом лице и по
возможности дословно". Это не значит, что следователь обязан
заносить в протокол и те показания, которые заведомо не относятся к делу. Но недопустимо опускать часть показаний, в которых свидетель рассказывает о других преступлениях обвиняемого или прочих лицах, по которым у следователя отсутствовали
данные.
Следователь не заносит в протокол вульгарные, жаргонные
выражения, если их дословное цитирование не является необходимым.
Показания должны фиксироваться в протоколе максимально
точно, с сохранением стиля и манеры речи, присущей допрашиваемому. Между тем своего рода "редактирование" показаний
при занесении в протокол – закоренелый и распространенный недостаток.
Всякого рода отступления от требований закона о точной и
объективной фиксации в протоколах следственных действий полученных данных, искажения или умолчание о существенных об-
77
стоятельствах – безнравственны. По сути они означают фальсификацию следственных материалов.
Общие нравственные требования едины для всех следственных действий: безупречное следование закону, объективность,
уважение достоинства участвующих в деле лиц, добросовестность, причинение минимального вреда имуществу или другим
благам, если этого невозможно избежать.
2. 4. Роль следователя и суда в вопросах избрания меры
пресечения в отношении подозреваемых и обвиняемых
на досудебных стадиях уголовного процесса
Одним из ключевых положений, вытекающих из принципа
состязательности сторон в досудебном производстве, является
регламентация того, что только суд имеет право принять решение
об избрании меры пресечения в виде заключения под стражу, домашнего ареста или залога (ст. 29, 108 УПК), на что уже указывалось ранее.
Однако, как показывает правоприменительная практика,
решая вопросы о выборе меры пресечения по отношению к обвиняемому (подозреваемому), суды достаточно часто "прислушиваются" к мнению следователя, нередко без веских оснований заключая граждан под стражу. Таким образом, имеет место нарушение принципа состязательности, а роль суда, предписанная
данному органу, не оправдывает себя как стороны, призванной не
состязаться, но обеспечивать состязательность сторон уголовного
судопроизводства.
При этом сам следователь нередко дает «выгодные» именно
ему как представителю стороны обвинения пояснения суду. То
есть во многих случаях фактически принимает решение о применении тех или иных мер пресечения по отношению к подозреваемым и обвиняемым именно следователь, суд же в таких ситуациях лишь официально утверждает уже принятое за него
предварительно решение следователя. Очевидно, что таким образом законодательно нарушается декларируемое равноправие и
состязательность сторон уголовного судопроизводства.
В связи с важностью и активной обсуждаемостью данных
вопросов на современном этапе, ролью следователя в имеющих
78
место тенденциях, соответствующим аспектам в рамках настоящей монографии будет уделено отдельное внимание.
Заметим, что в исследовании Ю. И. Калинина мы видим
статистическое подтверждение глобальности негативных последствий от указанных явлений. В частности, по данным автора,
только в 2007 г. из зала судебного заседания по решению судей
были освобождены около 82 тыс. граждан, которые провели значительное время в следственных изоляторах, из них примерно 2
тыс. – с оправдательными приговорами. Другим лицам были назначены иные наказания, не связанные непосредственно с лишением свободы1.
Как замечает Ю. И. Калинин, из-за такой правоприменительной практики нарушаются не только права самих обвиняемых и подозреваемых. Помимо этого, государство несет существенные необоснованные расходы. В частности, годовое содержание граждан, вышедших из зала суда на свободу, обошлось государственной казне примерно в 2,4 млрд руб.2
Возникает вполне справедливый вопрос: "Нужно ли было
вообще арестовывать этих людей? Неужели следствие не могло
довести дело до конца без ареста человека?"3.
Комментируя данную ситуацию, А. А. Давлетов справедливо замечает: "Хотя суд как орган контроля за законностью процессуальных действий органа уголовного преследования значительно расширил сферу своего участия в предварительном расследовании, однако то место и роль, которые отводятся суду в
действительно состязательном досудебном производстве, он по
УПК РФ не получил"4.
Тем не менее, некоторые направления восполнения отмеченного пробела наблюдаются в последнее время. В частности, в 2009 г. Пленумом Верховного Суда было принято два
важных нормативно-правовых акта:
 Постановление "О практике применения судами мер пресечения в виде заключения под стражу, залога и домашнего ареста", в
1
См.: Калинин Ю. И. Расплатиться за неволю // Рос. газета. 2008. 17 сент.
См.: Там же.
3
Там же.
4
Давлетов А. А. Проблема состязательности решена в УПК РФ неудачно // Российская
юстиция. 2003. № 8. С. 18.
2
79
котором были обозначены ключевые критерии ареста1;
 Постановление "О некоторых вопросах судебной практики назначения и исполнения уголовного наказания", разъяснившее
спорные вопросы назначения и исполнения уголовного наказания2.
Выход этих нормативно-правовых документов обусловлен
тем, что сегодня Россия занимает второе место среди других стран
мира по количеству заключенных – лиц, лишенных свободы3. Причем эта статистика затрагивает не только граждан, в отношении которых был вынесен обвинительный приговор в виде лишения свободы. Как уже было отмечено ранее, эта статистика включает в себя многочисленных подозреваемых и обвиняемых, заключенных
под стражу, в отношении которых еще ведется предварительное
расследование.
В отношении подозреваемых и обвиняемых при необходимости, помимо залога, домашнего ареста, заключения под стражу, могут быть избраны и такие меры пресечения (ст. 98 УПК
РФ), как:
– подписка о невыезде;
– личное поручительство;
– наблюдение командования воинской части;
– присмотр за несовершеннолетним обвиняемым.
Данные меры, в отличие от ранее указанных, не требуют
решения суда для их применения. Такое решение может принять
сам следователь. Однако, за исключением подписки о невыезде,
далеко не все из относительно "мягких" мер пресечения в достаточной степени применяются на практике в качестве альтернативы "строгим".
Как справедливо замечает председатель ВС России В. Лебедев: "Тесно связанным с назначением меры наказания является
избрание меры пресечения в отношении лиц, подозреваемых или
обвиняемых в совершении преступления, продление меры пресечения в виде заключения под стражу. Здесь наиболее часто работают такие виды меры пресечения, как подписка о невыезде и за1
См.: Постановление Пленума Верховного Суда Рос. Федерации от 29 октября 2009 г.
№ 22 // Рос. газета. 2009. 11 нояб.
2
См.: Постановление Пленума Верховного Суда Рос. Федерации от 29 октября 2009 г.
№ 20 // Рос. газета. 2009. 11 нояб.
3
См.: Калинин Ю. И. Расплатиться за неволю // Рос. газета. 2008. 17 сент.
80
ключение под стражу. Наверное, это связано с тем, что эти виды
меры пресечения очень хорошо и четко прописаны в Уголовнопроцессуальном кодексе". Продолжая комментировать ситуацию,
В. Лебедев подчеркивает, что наряду с устоявшимися и наиболее
распространенными мерами пресечения, также должны применяться и иные меры1.
На основе анализа действующего законодательства, практики предварительного расследования по уголовным делам, соответствующей литературы, нами выделены и систематизированы
основные проблемы в сфере избрания меры пресечения:
1) довольно редко на практике используется такая мера, как
залог;
2) недостаточно распространена мера в виде домашнего ареста;
3) не в полной мере, а зачастую отрывочно проверяется
обоснованность подозрения при избрании меры пресечения в виде заключения под стражу;
4) не в полной мере исследуются семейные обстоятельства, уровень здоровья, другие социальные факторы, касающиеся подозреваемых и обвиняемых, перед вынесением решения об их заключении под стражу;
5) несмотря на имеющиеся нормы соответствующего характера,
недостаточно защищены права таких категорий подозреваемых и
обвиняемых, как женщины и несовершеннолетние.
Безусловно, в рассматриваемой сфере имеются и иные проблемы, но отмеченные мы считаем наиболее назревшими и острыми в настоящий момент. Данные проблемы, а также авторские
предложения по их разрешению, представлены в разработанной
нами схеме (рис. 2.1).
1
См.: Оправдательный уклон. Верховный суд постановил : арест возможен лишь при
веских основаниях // Рос. газета. Федеральный выпуск № 5035 (211). 2009. 11 нояб.
81
Правоприменительные
пробелы (проблемы)
Причины
Разработать комплексный механизм,
направленный на регулирование всех
аспектов, связанных с реализацией
этой меры
А. Проблемы пренебрежения отдельными мерами
пресечения
Недостаточно распространена мера пресечения в виде
домашнего ареста
Редкое применение на практике меры пресечения в виде залога
Нет механизма, который бы подробно регулировал все вопросы,
связанные с этой мерой пресечения
Имеются другие, устоявшиеся на
практике, «привычные» меры
пресечения, которым в большинстве случаев и отдается
предпочтение
Не в полной мере исследуются обстоятельства и различные социальные факторы в отношении подозреваемых и обвиняемых при
вынесении решения о мере
пресечения
В. Проблемы
недостаточной защищенности некоторых категорий обвиняемых
(подозреваемых)
Закрепить его на законодательном
уровне
Вести разъяснительные работы среди
следователей, судей, адвокатов по вопросам применения механизма на практике в различных ситуациях (например,
в виде курсов повышения квалификации, семинаров на местах, онлайн конференций и т.д.)
Распространить в юридической литературе, информационно-правовых системах соответствующие сведения ориентирующего и разъясняющего характера
Б. Пробелы исследовательского характера
Недостаточно проверяется
обоснованность подозрения
при поиске и утверждении
меры пресечения
Предложения по устранению
пробела (решению проблемы)
Отсутствие точных алгоритмов,
должностных регламентаций и
четких критериев проверки соответствующих факторов
Разработать и ввести должностные инструкции для следователей и судей,
подробно, поэтапно описывающие алгоритм действий исследовательского
характера указанных лиц, реализуемых
в процессе выбора меры пресечения,
направленный на оценку:
а) обоснованности подозрения;
б) социальных условий подозреваемых
и обвиняемых
Разработать и внедрить специальные
формы документов: справки, анкеты
для следователей и судей, методические
рекомендации, содержащие четкие критерии (показатели):
а) обоснованности подозрения;
б) рекомендуемой меры пресечения при
конкретных обстоятельствах и социальных условиях подозреваемых и обвиняемых
Недостаточная проработка на
законодательном уровне вопросов, связанных с принятием мер
пресечения в отношении женщин и несовершеннолетних
Конкретизировать имеющиеся и расширить УПК дополнительными мерами
по защите прав подозреваемых (обвиняемых) женщин и несовершеннолетних при выборе и применении к ним
конкретных мер пресечения
Рис. 2.1. Проблемы избрания/применения мер пресечения и предложения по их разрешению
82
Прокомментируем подробней разработанную нами схему.
Как видно из рис. 2.1, ключевые проблемы в сфере избрания и
применения мер пресечения, мы предложили классифицировать
по трем видам: А) пренебрежение отдельными мерами пресечения в рамках правоприменительной практики; Б) пробелы исследовательского характера; В) недостаточная защищенность некоторых категорий обвиняемых (подозреваемых).
При этом для каждой группы проблем мы выделили основные причины их происхождения, а также разработали авторские
рекомендации по устранению обозначенных недостатков.
Отметим, что расширение сферы применения меры пресечения в виде залога особенно актуально не в отношении преступлений, направленных против личности, а по уголовным делам,
касающимся, например, преступлений против собственности,
экономических преступлений и др. Справедливости ради заметим, что сегодня Верховный Суд России активно ориентирует суды на то, чтобы данная мера пресечения использовалась более
широко.
При этом сумма залога, на наш взгляд, должна быть сопоставима с ущербом, нанесенным государству, организации либо
конкретной личности (группе лиц), и затратами на поиски субъекта преступления. Однако вопросы размера залога являются
спорными и требуют дополнительного изучения, что не входит в
сферу нашего исследовательского интереса.
Здесь же отметим: в виде альтернативы заключения под
стражу нами рекомендовано расширить применение домашнего
ареста. Основной причиной редкого применения данной меры в
отечественной практике является, несомненно, отсутствие точного и комплексного механизма регулирования сопутствующих ей
аспектов.
Мы убеждены, что при применении домашнего ареста акцент должен быть сделан прежде всего в отношении несовершеннолетних подозреваемых или обвиняемых. Следователям и
судам это необходимо иметь в виду, в связи с чем мы полагаем
целесообразным широкое проведение соответствующих курсов,
семинаров, ориентированных на разъяснение указанных вопросов
сотрудникам правоохранительных структур.
Помимо отмеченного, нами предложено разработать специ-
83
альные алгоритмы действий как для следователей, так и для судей, которые бы были закреплены в их должностных инструкциях. В этих алгоритмах рекомендуется подробно и поэтапно описать действия соответствующих сотрудников правоохранительной системы, направленные на выяснение обоснованности подозрения, а также установление социальных и иных условий жизни
подозреваемых или обвиняемых, в отношении которых выбирается та или иная мера пресечения.
Несмотря на то, что в ст. 99 УПК РФ прописаны обстоятельства, учитываемые при избрании меры пресечения (наличие оснований, предусмотренных ст. 97 Кодекса, тяжесть преступления, сведения о личности подозреваемого или обвиняемого, его
возраст, состояние здоровья, семейное положение, род занятий и
другие обстоятельства), на практике зачастую все ограничивается
поверхностным их рассмотрением.
Как правило, "глубокому изучению" и основательному документальному подтверждению подвергается лишь одно обстоятельство, которое и прописывается следователем в ходатайстве к
суду о вынесении в отношении соответствующего лица той или
иной меры пресечения.
Как справедливо отмечают судьи Верховного Суда РФ, состязательность уголовного процесса необходимо обеспечить "не
только при рассмотрении дела, но и при избрании меры пресечения. Следствие обязано доказать необходимость заключения под
стражу, представить оперативные материалы, документы, подтверждающие его подозрения"1.
Для решения обозначенной проблемы в качестве дополнения к ранее предложенным инструкциям, мы рекомендуем использовать также специальные анкеты. Считаем правильным, если их заполнение будет одной из частных функций следователя
(или дознавателя).
В рамках разработанной нами ранее соответствующей классификации (табл. 1.2), отмеченную выше деятельность можно
также обозначить в качестве подвида исполнительской функции
следователя (подготовка материалов уголовного дела, и в частно1
Оправдательный уклон. Верховный суд постановил : арест возможен лишь при веских
основаниях // Рос. газета. Федеральный выпуск № 5035 (211). 2009. 11 нояб.
84
сти, касающихся обстоятельств подозреваемого (обвиняемого), к
суду для принятия решения о мере пресечения). Примерное содержание предложенной анкеты представлено ниже.
В частности, первый блок предлагается назвать "Общие социально-демографические характеристики подозреваемого
(обвиняемого)". В него мы предлагаем включить общие вопросы
о подозреваемом (обвиняемом), касающиеся его возраста, пола,
образования, места работы (при ее наличии).
Во второй тематический раздел "Состояние здоровья подозреваемого (обвиняемого)" рекомендуется включить следующий (примерный) перечень вопросов:
 Каково общее состояние здоровья подозреваемого (обвиняемого)? (Возможные варианты ответов: хорошее, удовлетворительное, неудовлетворительное, неизвестно, жалоб не поступало).
 Подтверждено ли общее состояние здоровья подозреваемого
какими-либо документами?
Если да, то какими именно? (Справки, выписки из медицинских карт, медосмотров и т.д.).
 Имеются ли у подозреваемого (обвиняемого) тяжелые заболевания?
Если да, то какие и чем это подтверждено?
 Имеются ли у подозреваемого (обвиняемого) инфекционные заболевания?
Если да, то какие и чем это подтверждено?
 Имеются ли какие-либо психические заболевания либо отклонения?
Если да, то чем это подтверждено?
 Есть ли у подозреваемого (обвиняемого) наркотическая или алкогольная зависимость?
Если да, то чем это подтверждено?
 И т.п.
В третий тематический блок "Семейные обстоятельства
подозреваемого (обвиняемого)" следует включить следующий
перечень вопросов:
 Состоит ли подозреваемый (обвиняемый) в официальном браке?
 Состоит ли подозреваемый (обвиняемый) в гражданском браке?
85
 Имеет ли подозреваемый (обвиняемый) постоянный источник
дохода?
Чем это подтверждено?
 Если данное лицо состоит в браке, то имеет ли его супруга
(супруг) постоянный источник дохода или состоит на обеспечении подозреваемого (обвиняемого) лица?
Чем это подтверждено?
 Имеются ли в семье подозреваемого (обвиняемого) иные кормильцы?
Кто они и чем это подтверждено?
 Имеются ли у подозреваемого (обвиняемого) свои дети?
Если да, то сколько и каков возраст каждого ребенка?
 Имеются ли у подозреваемого (обвиняемого) усыновленные
(удочеренные) дети?
Если да, то сколько и каков возраст каждого усыновленного (удочеренного) ребенка?
 Имеет ли подозреваемый (обвиняемый) престарелых родителей?
Если да, то каков их возраст?
Проживают ли они вместе с ним?
Находятся ли они на его обеспечении? Чем это подтверждено?
 Имеются ли на попечении и обеспечении подозреваемого (обвиняемого) инвалиды или тяжелобольные родственники?
Если да, то кто именно?
Какого рода уход осуществляет за ними подозреваемый
(обвиняемый)?
Сколько времени (примерно) ежедневно он тратит на этот
уход?
Чем это подтверждено?
 И т.п.
В четвертый блок "Другие обстоятельства и факты, которые могут иметь значение при принятии решения о мере пресечения в отношении подозреваемого (обвиняемого)" мы
предложили включить вопросы следующего характера:
 Известны ли такие обстоятельства и факты?
Если да, то какие именно? Чем они подтверждены?
В рамках пятого блока "Основания для определения меры
пресечения в виде заключения под стражу" мы предлагаем использовать вопросы, большинство из которых базируется на ком-
86
плексе рекомендаций и положений, предусмотренных нормами
действующего законодательства в сфере определения меры пресечения в отношении подозреваемого (обвиняемого):
 Какова тяжесть преступления, в котором подозревается (обвиняется) соответствующее лицо?
 Имеет ли подозреваемый (обвиняемый) постоянное место жительства на территории Российской Федерации?
 Установлена ли точно его личность?
 Установлен ли факт нарушения им ранее избранной меры пресечения?
 Скрывается ли подозреваемый (обвиняемый) от органов предварительного расследования или от суда?
 Имеет ли подозреваемый (обвиняемый) полученные ранее судимости?
Если да, то каково их количество?
 Имеется ли у подозреваемого (обвиняемого) судимость с приговором в виде условного лишения свободы?
 Каковы основания полагать, что подозреваемый (обвиняемый)
продолжит заниматься противозаконной деятельностью, оставаясь на свободе во время досудебной стадии расследования по
уголовному делу?
 При наличии информации о предыдущих нарушениях закона, в
чем именно они выражались?
 Какова периодичность совершенных подозреваемым (обвиняемым) противозаконных действий ранее? (Возможные варианты
ответов: разовое противозаконное действие, систематические нарушения закона и т.д.).
Чем это подтверждено?
 Имеется ли у подозреваемого обвиняемого реальный мотив к
совершению противозаконных действий в будущем?
Если да, то какова его сущность и характер? (Возможные варианты ответов: материально - финансовая заинтересованность1,
мотивы мести и прочее).
На основании каких фактов, обстоятельств, доказательств,
показаний, предполагается наличие такого мотива? (Необходимо
1
Например, наличие больших долгов у подозреваемого (обвиняемого) в совершении
экономического преступления может явиться мотивом для него и в дальнейшем осуществлять преступления такого же рода.
87
перечислить всю имеющуюся совокупность данных сведений).
Какими документами это подтверждено (имеются ли протоколы допроса свидетелей, обвиняемого, подозреваемого, потерпевшего, протоколы очных ставок, заключения экспертов, специалистов, выписки о кредитах подозреваемого (обвиняемого),
расписки о сделанных им займах, справки о доходах, о месте работы и занимаемой должности1 и т.д.)?
 Имеются ли основания полагать, что, оставаясь во время
предварительного расследования на свободе, подозреваемый (обвиняемый) будет угрожать свидетелям и (или) иным участников
уголовного судопроизводства?
Если да, то каковы основания для таких предположений?
(Имеются заявления, непосредственно, от свидетелей и (или)
иных участников уголовного судопроизводства, аудио и (или)
видеозаписи, подтверждающие отмеченные намерения, протоколы записей телефонных переговоров (в случае, если проводилось
такое следственное действие, как "контроль и запись переговоров"), и др.).
 Имеются ли сведения о том, что подозреваемый (обвиняемый) намеревается уничтожить доказательства?
Если да, то чем именно они подтверждены?
 Имеются ли сведения о том, что подозреваемый (обвиняемый) планирует иным путем воспрепятствовать производству по
уголовному делу?
Если да, то каким именно образом?
Чем это подтверждено?
 И т.д.
В рамках шестого блока "Обоснованность подозрения" предложен следующий примерный перечень вопросов:
 Имеется ли информация обвинительного характера относительно подозреваемого, обладающая доказательственным значением?
Если да, то, что это за сведения?
Подтверждены ли они?
1
Справки и выписки о кредитах подозреваемого (обвиняемого), расписки о сделанных
им больших займах и т.п. могут выступать подтверждением (в совокупности с прочими подтверждающими сведениями) о наличии у него ранее отмеченного мотива.
88
Если да, то чем именно?
 Имеется ли у следствия в отношении подозреваемого информация оправдательного характера?
Если да, то, что это за информация?
 Какие из имеющихся сведений подтверждены полностью, какие
– частично, а какие не имеют подтверждения?
Если информация полностью или частично подтверждена, то чем именно?
 Давал ли подозреваемый в процессе допроса какие-либо показания?
Если да, то какова его основная позиция относительно
возникшего у следствия подозрения?
 Если он утверждает о своей невиновности, то какие факты и обстоятельства он приводит в качестве оправдательных аргументов?
Какие именно из них были подтверждены?
Какие из них противоречат уже собранным доказательствам?
 Проводилось ли опознание возможных субъектов преступления?
Был ли подозреваемый указан потерпевшим в процессе
такого опознания?
Чем это подтверждено?
 И т.п.
Итак, нами представлено примерное содержание анкеты,
предназначенной для фиксации и систематизации как можно более полных и комплексных сведений о подозреваемом (обвиняемом), в отношении которого предполагается применение мер
пресечения, предусмотренных законом.
Блоки и наименования вопросов могут варьироваться. Здесь
нами сформулирован лишь приближенный (ориентировочный)
перечень вопросов и тематических разделов, которые могут быть
адаптированы другими авторами исходя из конкретных поставленных задач.
Мы считаем, что при избрании и утверждении меры пресечения в отношении подозреваемых (обвиняемых) применение таких анкет может оказаться весьма полезным.
89
Как уже было отмечено, составлять данные анкеты рекомендуется следователю (или дознавателю). В этом случае в анкете будут обобщены и конкретизированы уже собранные им сведения о конкретном лице.
Следователь в рамках досудебного производства, выполнив
подготовку такой анкеты, тем самым существенным образом увеличит качество и объективность последующего решения судьи по
поводу применения к конкретному обвиняемому или подозреваемому определенной меры пресечения.
На наш взгляд, в этом случае у судьи "на руках" будет не
просто зафиксированное в соответствующем ходатайстве мнение
дознавателя, следователя или прокурора о том, какое решение
"желательно" принять.
Прочитав ходатайство и анкету, судья сразу получит комплексное видение ситуации, всех ее аспектов, деталей и обстоятельств. При необходимости прочтение анкеты может сопровождаться тщательным изучением прилагаемых к ней сопроводительных документов или их копий.
Таким образом, в рамках настоящей главы были подробно
рассмотрены вопросы, связанные с реализацией принципа состязательности на досудебных стадиях уголовного производства.
Отметим, что перечень разработанных нами предложений
не исчерпывается изложенным. В следующей части монографии
мы постараемся разработать и обосновать рекомендации макроуровня. В частности, будут предложены пути оптимизации всей
процессуальной деятельности следователей, что особенно актуально в условиях активно обсуждаемого сейчас реформирования
системы МВД.
90
ГЛАВА 3. НАПРАВЛЕНИЯ ОПТИМИЗАЦИИ
ПРОЦЕССУАЛЬНОЙ ДЕЯТЕЛЬНОСТИ СЛЕДОВАТЕЛЯ В
СОВРЕМЕННЫХ УСЛОВИЯХ
3. 1. Проблемы правоприменительной практики в сфере
реализации функций следователя
В настоящее время на практике накоплен значительный негативный опыт, связанный с неверными ориентирами следователей при осуществлении своих функций.
Одной из негативных тенденций в практической деятельности, имеющей существенное распространение, представляется
такое явление, как "манипулирование" следователями и другими
сотрудниками правоохранительной системы количественными
показателями своей деятельности, вместо ориентации на качество
работы.
Поясним данную ситуацию более подробно. Нередко лица,
заключенные под стражу во временные изоляторы, еще до вынесения оправдательного или обвинительного приговора, подают
жалобы в соответствующие инстанции, прокуратуру о том, что в
отношении них производилось давление со стороны следователей, нередко сопровождающееся физическим насилием. Граждане, заключенные в изоляторы, часто указывают в своих заявлениях, что из них в буквальном смысле "выбивали нужные для следствия показания".
К сожалению, такие факты злоупотребления и преступного
поведения встречаются на практике среди некоторых следователей и других работников правоохранительной системы. Подобное
поведение может быть мотивированно как раз их заинтересованностью в получении "нужных показаний", а также тем обстоятельством, что в действительности, следователь на досудебной
стадии расследования находится в привилегированном положении (обладает большими возможностями), нежели сторона защиты, на что уже неоднократно указывалось в предыдущих частях
настоящего исследования.
Проиллюстрируем совершенные некоторыми морально неустойчивыми сотрудниками правоохранительной системы пре-
91
ступления1 конкретными примерами, которые нам удалось найти
в Интернете.
Поясним, что сайт2, с которого взяты материалы для анализа, не является официальным ресурсом правоохранительных органов. По этой причине при рассмотрении конкретных примеров
мы не указываем имена и фамилии конкретных подозреваемых,
обвиняемых, задержанных, а также номера конкретных уголовных дел, так как мы не можем быть в полной мере уверены в точности и полном соответствии действительности соответствующего материала. Тем не менее, материалы данного сайта интересны
нам исключительно для наглядной иллюстрации аналогичных
нарушений, которые, к сожалению, иногда имеют место в работе
некоторых недостаточно добросовестных работников современной правоохранительной системы.
Так, например, участковый Ю. Б. в Тюменской области
пытал электрошокером 15-летнего подростка, добиваясь явки с
повинной – признания в краже икон и денег в размере 1500 рублей, которой тот не совершал. Как сообщила пресс - служба Тюменского областного подразделения СКП, следствие также установило, что милиционер, желая повысить показатели своей работы, незаконно привлек 14 жителей двух деревень к административной ответственности. Ю. Б. составлял протоколы за нарушения пешеходом правил дорожного движения, нарушение требований пожарной безопасности и появление в общественном месте
в состоянии алкогольного опьянения. Всего он подозревается в
29 эпизодах превышения должностных полномочий и злоупотребления ими3.
Еще одно жестокое преступление, совершенное в подмосковном городе.
Три года лишения свободы в колонии общего режима получил сотрудник УВД по городу Королёв (Московская область) А.
Ш., а его коллега М. К. – пять лет лишения свободы условно. Они
1
Речь в данном случае идет не только о следователях, но и других работниках правоохранительных органов, заинтересованных в конкретных «количественных» показателях их деятельности.
2
URL : http://slon.ru
3
Хроники преступлений сотрудников правоохранительных органов. URL: //
http://slon.ru.
92
признаны виновными в истязании задержанного. 1 июня 2009 года милиционеры задержали по подозрению в хулиганстве местного жителя, который в дальнейшем был помещен в камеру для
задержанных, где повел себя шумно, возмущался по поводу происшедшего, после чего А. Ш. вывел его из камеры, заковав в наручники, и силой перетащил в туалет, в котором задержанного
избили резиновой дубинкой и ногами. Всего было нанесено около десятка ударов головой об унитаз, а затем М. К. в другом помещении УВД несколько раз облил кипятком лицо и половые органы задержанного, получившего в итоге ожоги 17 % тела.
Следствием также было установлено, что спустя месяц после первого инцидента М. К. совершил аналогичные действия в
отношении другого задержанного. О преступлении никто не заявлял, так как мужчина находился в больнице. В этом случае пострадавший получил термические ожоги 2 степени1.
Похожее преступление было совершено в Самарской области:
Три года лишения свободы условно получил сотрудник
УВД по городу Тольятти Г.О. и его коллега Р. Я. Следствием и
судом установлено, что 12 ноября 2009 г. эти работники правоохранительных органов избили в служебном кабинете обвиняемого
по уголовному делу, вынуждая дать признательные показания в
хищении имущества2.
В г. Пензе суд признал виновными пятерых милиционеров в
превышении должностных полномочий. Как установил суд, в
сентябре 2008 г. они для получения оперативной информации о
подозреваемом задержали его знакомого и для придания противоправному действию видимости законных оснований составили
фиктивный материал о совершении потерпевшим мелкого хулиганства и оказании неповиновения. После задержания потерпевшего избивали и душили. Женщина-милиционер в туфлях на
каблуках в буквальном смысле прыгала на спине скованного наручниками мужчины. Бывшая сотрудница органов внутренних
дел получила засовершенное преступление 3 года лишения свободы с отсрочкой на 2 года до совершеннолетия ее сына, а муж-
1
Хроники преступлений сотрудников правоохранительных
http://slon.ru/articles/ 282237/?month =5&day=19#ff
2
См.: Там же.
органов.
URL:
93
чины – сроки от 3 лет 10 месяцев до 4,5 лет лишения свободы в
колонии общего режима1.
Другое уголовное дело было возбуждено по ст. 303 УК РФ
"фальсификация доказательств" в отношении следователя следственного отдела ОВД по г. Волжску (Республика Марий Эл)
С.М. В ходе предварительного следствия удалось установить, что
С.М. в сентябре – октябре 2009 года сфальсифицировал протокол
допроса свидетеля, после чего направил уголовное дело в суд.
Однако подлог удалось выявить органам прокуратуры. Расследование продолжается2.
Как видно, все приведенные противозаконные действия, совершенные сотрудниками правоохранительными органов, объединены следующими признаками:
1) наличием правового нигилизма соответствующих должностных лиц, их низким уровнем морально –н равственной устойчивости;
2) наличием у субъектов преступлений реальной мотивации
(заинтересованности) к выполнению "нормативов", планов по
"раскрытию преступлений", "вынесению обвинительных заключений" с передачей дел в суд.
То есть в "погоне за статистикой" работниками правоохранительных органов были совершенны серьезные преступления.
Интересные сведения мы находим и в исследовании А. Варыгина3. По данным автора, количество противоправных действий, осуществляемых сотрудниками правоохранительных органов, неизменно растет. При этом наибольшая их численность (98
%) приходится на категорию, представленную сотрудниками органов внутренних дел.
А. Варыгиным был проведен опрос среди сотрудников органов внутренних дел, которые отбывали наказание в виде лишения свободы, в ходе которого было установлено:
 19,5 % – преступления, условно отнесенные им к группе
"профессиональных";
 80,5 % – преступления, отнесенные к "общеуголовным".
1
Хроники преступлений сотрудников правоохранительных органов. URL:
http://slon.ru/articles/ 282237/?month=3&day=22#ff
2
См.: Там же.
3
См.: Варыгин А. Характеристика преступности среди сотрудников органов внутренних дел // Рос. юстиция. 2002. № 12. С. 22–23.
94
При этом примерно каждое четвертое "общеуголовное" преступление (28,2 %) было совершено сотрудником органов внутренних дел во время исполнения служебных обязанностей либо
каким-либо иным образом было связано с его правовым статусом
и положением.
Таким образом, приведенная статистика показывает, что
практически каждое второе преступление (47,7 %), совершенное
опрошенными осужденными, было тем или иным образом связано с их правовым статусом, то есть статусом сотрудника органов
внутренних дел.
По результатам анкетирования осужденных, полученным А.
Варыгиным, самыми распространенными преступлениями являлись:
 преступления против собственности – 39,5 % от общего количества преступлений, совершенных респондентами (в том числе
14,6 % – кражи, 10 % –грабежи, еще 10 % – разбойные нападения,
2,8 % – мошенничество, 2,1 % – вымогательство);
 преступлений против личности всего 31,1% (из них 13,6 % –
убийство (ст. 105, 108 УК РФ, а также причинение смерти по неосторожности – ст.109 УК РФ), 10,6 % – причинение тяжкого
вреда здоровью различных степеней тяжести, 6,9 % – изнасилование1.
Наиболее распространенные преступления "профессиональной" категории следующие:
 превышение должностных полномочий – 12,4 % от всего объема преступлений (напомним, что группа "профессиональных"
преступлений в общей совокупности составила 19,5 %, следовательно, превышение должностных полномочий явилось наиболее
часто встречаемым преступлением в группе "профессиональных");
 получение взятки – 2,7 %;
 злоупотребление должностными полномочиями – 2,1 %;
 принуждение к даче показаний – 1,9 %;
 должностной подлог – 0,4 %2.
1
См.: Варыгин А. Характеристика преступности среди сотрудников органов внутренних дел // Российская юстиция. 2002. № 12. С. 22–23.
2
См.: Там же. С. 24.
95
Таким образом, перечисленные противозаконные деяния
являются наиболее распространенными среди преступлений, совершаемых сотрудникам органов внутренних дел.
Кроме того, очевидно, что многие преступления, приведенные ранее в качестве примеров, и статистика прямым образом
связаны с заинтересованностью морально неустойчивых работников правоохранительной системы "выполнить" плановые показатели, "довести дело до суда", "выполнить" свою "обвинительную функцию". Причинение тяжкого вреда здоровью может быть
связано с "выбиванием" у подозреваемого "нужных показаний";
то же самое может происходить (в более "мягкой" форме) при
превышении должностным лицом своих полномочий; фальсификация доказательств, их "подгонка" под "хорошую" статистику
может осуществляться в ситуациях, когда имел место должностной подлог; принуждение к даче показаний само собой свидетельствует о наличие мотивации у соответствующих должностных лиц в определенных результатах расследования.
При этом ситуация на самом деле еще хуже, чем приводится
в официальных источниках и официальных статистических сводках по преступности среди работников правоохранительной системы. Проблема заключается в очень высоком уровне латентной
преступности среди отмеченных сотрудников.
В том же исследовании А. Варыгина отмечено: "Если в целом по всей преступности, по некоторым оценкам, количество
латентных преступлений в 3–5 раз больше официально зарегистрированных деяний, то по рассматриваемым преступлениям этот
показатель значительно выше". Большинство опрошенных отметили: около 80 % преступлений, совершаемых сотрудниками органов МВД, не попадают в официальную уголовную статистику1.
Таким образом, мы видим, что погоня за количественными
показателями объясняет высокий уровень преступности (и, прежде всего, латентной) среди работников правоохранительной системы.
Однако в действительности существенное распространение
имеют и более "мягкие" формы "погони за цифрами". Как спра1
См.: Варыгин А. Характеристика преступности среди сотрудников органов внутренних дел // Рос. юстиция. 2002. № 12. С. 22–23.
96
ведливо замечают Ю. В. Аврутин, Р. В. Скоморохов, В. Н. Шиханов и многие другие авторы, современная правоохранительная
система теряет заинтересованность в показе реальных изменений
преступности. В этой ситуации она начинает работать на "нужные" критерии и показатели, что и "является основным детерминирующим фактором таких нарушений законности, как укрытие
преступлений от учета, искажения статистической отчетности"1.
Об имеющей место замене целей сотрудников правоохранительных органов, в том числе и следователей, заключающейся в
приоритете достижения количественных показателей над качеством произведенной работы, помимо прочих факторов, свидетельствует мнение бывшего начальника ОВД "Крылатское" г. Москвы В. Климчука, высказанное в интервью в 2004 г.: "Ежедневно
проводятся селекторные совещания, на которых начальнику округа докладывают о раскрытых преступлениях. Слышишь, что в
основном раскрываются преступления по 327-й статье УК – это
подделка документов. Речь идет о фальшивых миграционных документах и временных регистрациях. Так вот, если где-то раскрыто серьезное преступление, скажем, разбойное нападение, и
больше ничего, то руководство недовольно и считает это плохой
работой; если в сводку даешь три-четыре раскрытия по 327 – то
всё хорошо. Главное – не качество раскрытых преступлений, а их
количество. Поэтому раз в неделю милиционеры отправляются
на какую-нибудь стройку и ловят там человек 15–20 с фальшивыми регистрациями, а затем ежедневно выдают это небольшими
порциями в сводки. Причем в борьбе за показатели таким способом пользуются все службы – участковые, патрульные, уголовный розыск, отделы по борьбе с экономическими и налоговыми
преступлениями, борцы с организованной преступностью... Теперь наша работа оценивается по раскрытым преступлениям в
сравнении с предыдущим годом, вот все и стараются давать
больше раскрытий"2.
1
Аврутин Ю. Е. Полиция и милиция в механизме обеспечения государственной власти
в России. СПб., 2003 ; Скоморохов Р. В., Шиханов В. Н. Уголовная статистика : обеспечение достоверности. М., 2006. С. 51.
2
Правда о работе столичной милиции : скандальные откровения главы ОВД. URL:
http:// www.vokruginfo.ru/ news/news6403.html
97
Итак, чтобы выполнить "норму", "план", следователю выгодней раскрывать "легкие", небольшой тяжести преступления,
субъектами которых нередко выступают малообразованные люди, не умеющие защищать свои законные права. При этом многие
сложные преступления, субъектами которых являются особо
опасные лица, в силу менталитета, денежных средств и других
причин, имеющие возможность оказывать "давление" на следствие, так и остаются нераскрытыми.
Как показал анонимный опрос некоторых сотрудников правоохранительных органов Воронежской области, к сожалению,
на практике нередко встречаются случаи, когда уголовному преследованию подвергаются жители деревень, поселков, граждане,
злоупотребляющие алкоголем, пенсионеры, за такие "серьезные"
преступления, как кража "банки огурцов", "драка с соседом" и
т.д. В таких случаях план по количеству расследованных и доведенных до суда уголовных дел, количеству обвинительных заключений конкретных следователей официально считается выполненным или даже перевыполненным. Очевидно, что в данных
ситуациях деятельность следователя подчинена не "духу закона",
а лишь "его букве". Следовательно, нормы обычного права, принятые моральные установки в обществе, должны, на наш взгляд,
выходить на передний план и учитываться законотворческими
органами при разработке соответствующих положений уголовного права.
По нашему мнению, вообще недопустимо вести речь о привлечении к уголовной ответственности с лишением свободы лица, "в состоянии алкогольного опьянения укравшего банку огурцов у соседа по даче, с которым "преступник" предварительно
участвовал в застолье". В этих случаях речь может идти только о
штрафах. Однако данные дискуссионные вопросы выходят за
рамки настоящей монографии, так как они являются значительно
более глобальными и требуют дополнительных научных исследований.
Сегодня положение таково: вместо того, чтобы направить
свои силы на изобличение реально опасных для общества преступников, следователь, руководствуясь ныне возложенной на
него обвинительной функцией, а также нормами "плана" по раскрытию преступлений и доведению уголовных дел до суда, не-
98
редко становится "преследователем" наименее защищенных и
минимально опасных для социума нарушителей закона.
Как справедливо замечает Ю. Е. Аврутин, возникает лаконичный вопрос о том, почему, вопреки позиции правоведов о порочности осуществления оценки деятельности сотрудников ОВД
посредством дисциплинарной практики на базе статистических
сведений о преступности (без учета самых разнообразных социальных факторов, обусловливающих ее структуру и уровень), зависимость административно - командных мер непосредственно
от уголовной статистики сохранилась до сих пор и остается при
этом жестко детерминированной1.
Несмотря на то, что Министерство внутренних дел уже изменяло критерии оценки деятельности работников ОВД, новые
системы оценки, как и прежде, основываются исключительно на
имеющей место в нынешней действительности статистической
отчетности2.
В отношении негативного влияния нынешней системы
оценки деятельности работников правоохранительной системы
целесообразно привести и другие ситуации. Интересный пример
в данном отношении мы находим в исследовании Р. В. Скоморохова и В. Н. Шиханова:
"Сотрудники оперативного подразделения задерживают в
текущем месяце много подозреваемых в совершении преступлений, передают их в следственное подразделение для расследования совершенных ими преступлений (например, краж и грабежей). Но следственное подразделение имеет план-график окончания уголовных дел на каждый месяц. Внезапно возросшая активность оперативного подразделения грозит возрастанием находящихся в производстве уголовных дел "с лицами", а в перспективе
1
2
См.: Аврутин Ю. Е. Полиция и милиция в механизме обеспечения государственной
власти в России. СПб., 2003. С. 427.
Вопросы оценки деятельности органов внутренних дел Российской Федерации, отдельных подразделений криминальной милиции, милиции общественной безопасности, органов предварительного расследования : приказ МВД РФ от 19 января 2010 г.
№ 25; Вопросы оценки деятельности территориальных органов Министерства внутренних дел Российской Федерации : приказ МВД РФ № 1310 от 26 декабря 2011 г.;
Вопросы оценки деятельности территориальных органов Министерства внутренних
дел Российской Федерации: Приказ МВД РФ от 31 декабря 2013 г. N 1040// Справ.правовая система "КонсультантПлюс".
99
– незапланированным ростом оконченных производством уголовных дел. В то же время начальник следственного подразделения не может быть уверен в том, что активность оперуполномоченных останется на прежнем уровне. В случае спада этой активности в следующих месяцах (годах) следственное подразделение,
превысив запланированные планы-графики, рискует получить
отрицательную динамику оконченных уголовных дел в будущем.
Это положение базируется на существующих системах оценки:
снижение количества расследованных дел в сравнении с аналогичным периодом прошлого года оценивается неудовлетворительно, со всеми вытекающими последствиями"1.
Далее авторы приходят к выводу: описанная ситуация на
практике ведет к тому, что "следователи под любым предлогом избирают подозреваемым меру пресечения, не связанную с лишением свободы, позволяющую преступнику скрыться, а милиции –
приостановить производство по "лишнему" уголовному делу с целью регулирования количества оконченных дел. В результате получается жесткая дифференциация единого правоохранительного
процесса в отчеты различных служб, которая не создает условий
для совместного достижения единой цели. Можно констатировать
наличие латентной цели у каждой из ведущих служб (достижение
заданных показателей статистической отчетности), причем цели
различных служб оказываются разнонаправленными"2.
Таким образом, при имеющих место негативных тенденциях, можно предположить, что речь может идти только о "псевдосостязательности" на всех досудебных стадиях уголовного судопроизводства. "Конкуренция" участников уголовного судопроизводства, представителей различных его сторон нередко проявляется только в том, что каждый активно действует исходя из своих
интересов и возможностей, невзирая на нормы морали, законности, справедливости и нравственности.
В таких условиях ключевыми целями соответствующих
участников процесса могут быть:
1. Для субъектов преступления (при их реальной виновно1
Скоморохов Р. В., Шиханов В. Н. Указ. соч. С. 14–15.
2
Там же. С. 18–22.
100
сти), их представителей и защитников – отстаивание любыми допустимыми методами мнимой невиновности (своей или защищаемого лица), во многих случаях – с дачей ложных показаний
на допросах, при том, что их примерный "текст", "версия" нередко заранее согласовываются с адвокатами (учитывая их профессиональные знания в упущениях, "слабых" местах, пробелах законодательства).
2. Для подозреваемых, обвиняемых, реально невиновных,
их представителей и защитников – отстаивание всеми допустимыми средствами невиновности, в том числе поиск оправдательных доказательств адвокатом в случаях, разрешенных законом.
Справедливости ради следует заметить, что положение подозреваемых и обвиняемых во многом зависит от порядочности,
объективности, активности следователя в поиске доказательств
оправдательного характера (но, как уже отмечалось ранее, стимулов для такой "активности" у него далеко не всегда хватает). При
этом следует помнить, что адвокат подозреваемого и обвиняемого, обладает значительно меньшими возможностями в сборе доказательств по сравнению со следователем.
В случае же, если подозреваемый, обвиняемый реально невиновен, но относится к слабо защищенной прослойке населения,
имеет низкий уровень дохода или вообще не имеет такового, он
вряд ли сможет пригласить защитника, обладающего высоким
профессионализмом и опытом работы и вынужден принять бесплатные услуги адвоката, предоставленного государством.
В этой ситуации необоснованно подозреваемому (обвиняемому) придется только надеяться, что ему повезет, и у защитника
действительно будет высокий уровень профессионализма. При
этом и стимулов к активной защите своего клиента у человека,
работающего за официальную зарплату, а не получающего, к
примеру, помимо основного высокого гонорара, процент в зависимости от того, будет ли вынесен оправдательный приговор или
нет, значительно меньше.
Таким образом, преимущества состязающихся сторон во
многом будут определяться не от наличия реальной вины или невиновности человека, а от профессионализма, нередко сопровождаемого соответствующими гонорарами адвокатов-защитников.
Малоимущему человеку будет очень сложно "конкурировать"
101
(состязаться) со стороной, интересы которой будет представлять
высокооплачиваемый адвокат, вне зависимости от того, прав
данный человек на самом деле или нет.
3. Для потерпевшего – защита своих интересов. Однако, если лицо в действительности не является потерпевшим, а дает
ложные показания, в рамках состязательности он также всеми
силами будет отстаивать свою точку зрения, исходя из корыстных интересов либо добросовестного заблуждения. Как и в предыдущем случае, насколько к ней будет прислушиваться следствие, во многом будет зависеть от профессионализма его адвокатапредставителя.
4. Для следователя – "манипулирование" статистическими и
другими показателями о проделанной работе с целью "выполнения" планов, нормативов, а в результате – получение премий,
надбавок к заработной плате и других поощрительных выгод, избежание дисциплинарных наказаний и т.д. "Поиск" нужных доказательств в зависимости от ситуации (точнее от того, к каким
именно результатам "необходимо" прийти в том или ином случае: приостановить дело, "позволить" скрыться подозреваемому с
целью не превысить запланированные планы-графики и не допустить отрицательной динамики оконченных уголовных дел в
будущем, либо, напротив, как можно быстрее довести уголовное
дело до суда, и т.п.).
Таким образом, мы видим, что у участников уголовного судопроизводства появляются разные цели, которые, прежде всего,
обусловлены личными мотивациями каждого из них.
Однако, как уже неоднократно подчеркивалось, в таких условиях на второй "план" отодвигается понятие справедливости,
стремление установить объективную истину, являющееся (подчеркнем это) ключевой целью всего уголовного судопроизводства. В реализации данной цели на досудебных стадиях нередко понастоящему заинтересовано меньшинство участников уголовного
судопроизводства. Как правило, только реально потерпевший человек (от самого преступления либо необоснованного обвинения), а также его представитель (законный представитель, адвокат и т.д.).
Другая сторона (реально виновная) в большинстве случаев
как раз и не заинтересована в установлении объективной истины.
102
Что касается оперативных работников, дознавателей, следователей, начальников следственных отделов, то, как уже было установлено и обосновано, первоочередной их мотивацией часто становится "погоня за нужными количественными показателями".
Благоприятными в таких случаях будут условия, в которой достижение "нужных показателей" совпадет с задачей поиска объективной истины, функцией полного и всестороннего расследования.
Однако и следователей можно понять. Сам УПК уже содержит в себе множество противоречий, в том числе регламентирующих их правовой статус и функции. Как уже отмечалось, в
одном его месте, и в частности в п. 47 ст. 5 УПК РФ им приписана функция обвинения, при этом в ч. 2 ст. 15 четко сказано, что
ни одна сторона не имеет право выполнять сторону другой, в
этом случае нарушится принцип состязательности, а уже в ч. 5–7
ст. 73 УПК без всяких пояснений говорится, что к обстоятельствам, подлежащим доказыванию, относятся: "исключающие преступность и наказуемость деяния"; "смягчающие … наказание";
такие "которые могут повлечь за собой освобождение от уголовной ответственности и наказания". Очевидно, что собирание таких доказательств входит в функцию защиты, однако, в ст. 85
УПК РФ четко регламентировано, что доказывание состоит в собирании, проверке и оценке доказательств в целях установления
обстоятельств, предусмотренных именно 73 статьей Кодекса, при
этом ст. 86 УПК указывает, что собирание доказательств, помимо
дознавателя, прокурора и суда, является прямой обязанностью
следователя.
В этих условиях при принятии "решения", какими именно
нормами Кодекса лучше руководствоваться, следователь, само
собой, будет отдавать приоритет тем из них, которые соответствуют его личной заинтересованности (в результате чего он может
"закрыть глаза" на реальную возможность получения оправдательных доказательств, допроса возможных дополнительных
свидетелей со стороны защиты и т.д., то есть "акценты" в расследовании будут исходить из интересов его "профессиональной
карьеры").
Тем более логично, что он будет действовать именно так, а
не иначе, когда его же начальство требует от него именно коли-
103
чественных показателей, при этом также "закрывая глаза" на
имеющееся нередко низкое качество самого расследования.
Отмеченные проблемы требуют незамедлительного решения. Разработанные нами рекомендации, направленные на устранение выявленных негативных тенденций, представлены в рамках следующего параграфа.
4. 2. Система оценки процессуальной деятельности
следователя: проблемы и перспективы развития
Как уже было обосновано в предыдущих параграфах исследования, на современном этапе существует множество проблем и
недочетов законодательства, препятствующих оптимальной реализации следователем своих процессуальных функций. Мы уже
доказывали свою позицию в том, что следователя необходимо
освободить от обвинительной функции, введя, например, вновь
институт судебного следователя. В УПК РФ прописано, что следователь, как и суд, представляет отдельную нейтральную сторону, не состязающуюся со стороной обвинения либо защиты, но
обеспечивающую такую состязательность, сохраняя беспристрастность. В качестве приоритетной было предложено выделить такую функцию следователя, как "предварительное расследование".
Однако, по нашему мнению, введение только этих предложений недостаточно для существенного изменения всей досудебной стадии в сторону обеспечения реальной (а не "фиктивной")
состязательности. Думается, эффективной мерой может стать
трансформация всей ныне действующей системы мотивации и
оценки качества работы следователя. Особенно данное предложение актуально, учитывая, что на сегодня активно обсуждаются
направления и различные предложения, в рамках реформы МВД.
Мы предлагаем сменить систему оценки, базирующуюся на
количественных статистических показателях ("закрытых" уголовных дел, "росте" раскрываемости преступности по сравнению
с предыдущим периодом, доведенных до суда дел и т.д.), на систему оценки, основанную на качественных критериях. Для этого
необходимо разработать четкие характеристики качества работы
следователя, позволяющие оценить полноту, всесторонность и
104
объективность реализованного им расследования. Вопросы оценки качества предварительного расследования изучены и классифицированы проф. О. Я. Баевым, работа которого стала отправной точкой для нашего исследования1.
Напомним, что современный УПК РФ не содержит определения этих терминов, но в многочисленной юридической литературе важность этих критериев постоянно подчеркивается. Приведем наиболее устоявшиеся их определения.
Так, например, К. Ф. Гуценко под всесторонностью расследования предлагает рассматривать исчерпывающее познание всех
обстоятельств по уголовному делу, которые входят в предмет доказывания и имеют значение для дела. По его мнению, всесторонности исследования содействуют "выдвижение и проверка
всех возможных версий, ибо они определяют направление расследования, предотвращают односторонность и обеспечивают
правильный ход доказывания"2.
Некоторые авторы, при даче определения всесторонности
расследования, делают акцент не на многочисленных версиях,
которые необходимо исследовать, но, прежде всего, на учете версий различных (состязающихся) сторон уголовного судопроизводства.
С точки зрения наиболее устоявшейся позиции в научном
мире, "полнота" представляет собой "требование, обращенное к
исследованию доказательств. Она означает получение необходимой совокупности доказательств, достаточной для подтверждения обстоятельств, подлежащих доказыванию по делу. В ходе
расследования и рассмотрения дела полнота собранных доказательств может быть разной. Однако она должна быть такой, чтобы обеспечить необходимую совокупность доказательств для
принятия решения"3.
Объективность является подходом к исследованию доказательств и обстоятельств по уголовному делу, представляя собой
1
См.: Баев О. Я. Уголовно-процессуальное исследование преступлений. М., 2009. С.
288.
2
Уголовный процесс : учеб. для студентов юридических вузов и факультетов / под ред.
К. Ф. Гуценко. М., 2005. С. 50.
3
Уголовный процесс : учеб. для студентов юридических вузов и факультетов / под ред.
К. Ф. Гуценко. С. 45.
105
"непредвзятое, беспристрастное исследование как уличающих,
так и оправдывающих, как отягчающих, так и смягчающих вину
обвиняемого обстоятельств. В целях обеспечения незаинтересованности закон определяет условия, при которых исключается
возможность участия в деле судьи или присяжного заседателя,
прокурора, следователя, лица, производящего дознание, секретаря судебного заседания, эксперта, специалиста, переводчика.
Объективный подход позволяет собрать доказательства, избежать
односторонности и исследовать обстоятельства уголовного дела
со всех сторон"1.
В рамках разработанной нами системы оценки, мы постарались отобразить такие аспекты, которые направлены на оценку
полноты, всесторонности и объективности проведенной следователем работы. Для ориентира мы разработали примерный перечень соответствующих критериев.
По нашему мнению, для эффективной оценки нужно ввести
дополнительную должность, обозначив ее условно, например, в
качестве "следственного оценщика" или "эксперта расследования". Для этого необходимо разработать полномочия, функциональные обязанности данного специалиста, закрепив их в соответствующем разделе УПК и конкретизировав в специальных
должностных инструкциях и документах для служебного пользования.
Далее целесообразно проработать сопутствующие формы
документов, предназначенные для оценки профессиональной
деятельности самого следователя. Мы рекомендуем применять
специальные анкеты, бланки, справки, карточки, методические
руководства. Суть применения данных документов в том, чтобы,
имея "перед глазами" перечень критериев, вопросов, ключевых
аспектов, на которые необходимо делать ориентир, "следственный оценщик" в оптимально короткие сроки и максимально полноценно смог бы оценить деятельность того или иного следователя в рамках проделанной им работы по конкретному уголовному делу, а также за конкретный отчетный период. Предполагается, что с помощью этих документов можно будет составлять рей1
Уголовный процесс : учеб. для студентов юридических вузов и факультетов / под ред.
К. Ф. Гуценко. С. 46–48.
106
тинги качества расследования, реализованного отдельными сотрудниками правоохранительных органов.
Для конкретизации внесенных предложений, нами разработана приблизительная форма "Анкеты качества труда следователя", примерные тематические разделы и вопросы.
В первый тематический раздел "Общие сведения о следователе" мы рекомендуем включить вопросы о звании, должности, стаже работы конкретного лица, производящего расследование, об уровне его образования, наличии или отсутствие ученой
степени и т.д. Данный блок вопросов направлен на выявление
общих, исходных характеристик профессионализма следователя,
ведущего предварительное следствие.
Во второй тематический раздел "Тяжесть преступления и
уровень сложности его расследования" предлагаем включить
вопросы, касающиеся тяжести преступления, а также трудности
производимого по нему следствия:
 Какова тяжесть расследуемого преступления? (Особо тяжкое, тяжкое, средней и небольшой тяжести).
 Какие признаки преступления были обнаружены соответствующими органами при первоначальном осмотре места происшествия?
 Были ли изначально установлены и опрошены очевидцы?
 Какие новые сведения, доказательства были собраны и
приобщены к материалам уголовного дела следователем в процессе досудебного расследования?
 Были ли найдены свидетели? …
 И т.п.
Как видно из примерного перечня вопросов, целью данного
блока является определение сложности расследования, тяжести
преступления. Предлагаем в качестве оценки использовать некий
коэффициент, то есть чем меньше у следователя изначально было
данных, сведений о субъектах преступления, чем выше тяжесть
противозаконного деяния, тем выше коэффициент. То есть дальнейшие баллы, оценивающие конкретные критерии качества расследования, можно будет умножать на соответствующий показатель.
107
Например:
0,50 – преступление небольшой тяжести, низкого уровня
сложности расследования (изначально известны лица, совершившие противозаконное деяние; на месте преступления обнаружено множество материальных следов);
0,65 – преступление небольшой тяжести и среднего уровня
сложности;
0,80 – небольшой тяжести и высокого уровня сложности;
0,95 – средней тяжести, низкого уровня сложности;
1,10 – средней тяжести, средней сложности;
1,25 – средней тяжести, высокой сложности расследования …
и т.д.
В качестве альтернативы можно предложить разграничить
этот коэффициент на два отдельных: коэффициент тяжести преступления и коэффициент сложности расследования. Путем умножения соответствующих показателей на оба коэффициента
можно будет получать общий балл качества реализации следователем своих процессуальных функций и назначения.
В третий раздел анкеты "Качество поиска, установления
доказательств и обстоятельств обвинительного характера"
мы предлагаем включить следующий приблизительный перечень
вопросов:
 Какие следственные действия, направленные на установления доказательств обвинительного характера, были предприняты
следователем?
 Признал ли вину в ходе досудебного следствия подозреваемый обвиняемый? (Возможные варианты ответов: полностью,
частично, не признал).
 В случае отрицания или частичного отрицания вины подозреваемым (обвиняемым), какие конкретно тактические приемы и
методы в процессе допроса данного лица были применены следователем, направленные на изобличение возможной лжи?
 В случае наличия у подозреваемого (обвиняемого) алиби на
момент совершения преступления, была проведена следователем
проверка достоверности такого алиби?
Если да, то какие конкретные меры для такой проверки были
реализованы?
108
Чем это подтверждено?
 Было ли подано следователем в процессе досудебного расследования ходатайство в суд об избрании меры пресечения в отношении подозреваемого (обвиняемого) в виде заключения под
стражу?
Других мер пресечения?
Чем это подтверждено?
 И т.п.
Таким образом, мы видим, что вопросы третьего блока направлены, в первую очередь, на определение качества реализации
следователем функции обвинения.
Четвертый раздел предлагаемой анкеты "Качество поиска,
установления доказательств и обстоятельств оправдательного характера" направлен, напротив, на оценку качества осуществления следователем функции защиты от обвинения. В рамках
данного блока мы предложили использовать следующий примерный комплекс вопросов:
 Была ли следователем проверена возможность дачи стороной обвинения, и в частности, потерпевшим ложных показаний?
 Имелся ли мотив у потерпевшего к оклеветанию подозреваемого (обвиняемого)?
Если да, то какой именно? (Возможные варианты ответов: мести, вымогательства, продвижения по служебной лестнице и т.д.).
В случае наличия такого мотива, чем он подтверждается?
(Модификации ответов: показаниями свидетелей, очевидцев,
родственников потерпевшего, самого потерпевшего, наличием
других доказательств и т.д.).
В каких именно документах это зафиксировано? (Варианты
ответов: в протоколах допросов, характеристике по месту жительства, работы, в справках, в оформленных в процессуальном
порядке результатах соответствующих экспертиз и т.п.).
 Какие меры предпринимались следователем с целью установления или опровержения возможности добросовестного заблуждения потерпевшего относительно противозаконных действий подозреваемого либо обвиняемого лица?
Была ли установлена такая возможность (добросовестного
заблуждения потерпевшего)?
Если да, то чем именно это подтверждено?
В каких документах это зафиксировано?
109
 Были ли найдены на месте преступления материальные
следы пребывания других лиц, помимо установленного следствием подозреваемого или обвиняемого?
Если да, то что именно было обнаружено? (Кусочки кожи,
ногтей, отпечатки пальцев, следы обуви, машины и т.п.).
Чем это подтверждено?
В каких документах зафиксировано?
 Имеется ли алиби у подозреваемого (обвиняемого) на момент совершения преступления?
 И т.п.
В пятый тематический раздел разработанной нами анкеты
"Аналитическая и сравнительная работа следователя, направленная на выявление противоречий в показаниях различных участников уголовного судопроизводства, несогласованностей найденных доказательств и сведений между собой" мы предлагаем
включить вопросы примерно следующего содержания:
 Было ли реализовано в процессе предварительного следствия такое следственного действие, как очная ставка между потерпевшим и подозреваемым (обвиняемым)?
Между потерпевшим и свидетелем?
Подозреваемым (обвиняемым) и свидетелем?
 Был ли осуществлен в процессе досудебного расследования
перекрестный допрос?
 Была ли проведена дополнительная аналитическая и сравнительная работа следователя, направленная на выявление противоречий различных участников уголовного судопроизводства?
Если да, то какая именно?
Чем это подтверждено? (Специальным протоколом, отчетом,
иным документом установленной формы и т.д.).
 Была ли проведена аналитическая и сравнительная работа
следователя, направленная на выявление логических (взаимоисключающих) "нестыковок" между имеющимися показаниями допрошенных и обнаруженными на месте преступления материальными следами?
Если да, то какая именно?
Чем это подтверждено?
 И т.п.
Как видно, в данном тематическом блоке оценивается качество реализации следователем своей приоритетной функции, в
110
качестве которой нами было определено "предварительное расследование".
Кроме того, здесь же оценивается и такая квазисудебная
функция данной процессуальной фигуры, как "разрешение дела".
Действительно, как уже отмечалось ранее, предварительно попытки установить объективную истину по преступлению должен
делать именно следователь, а выявление правдивости или ложности показаний, сопоставления обстоятельств и доказательств,
имеющихся по делу, выявление среди них логических "нестыковок", есть не что иное, как стремление установить истину.
Оценка качества и полноты реализацией следователей этих
же функций ("предварительного расследования" и "разрешения
дела") ставится в качестве цели и в рамках итогового тематического раздела анкеты "Общие сведения о расследовании".
Примерные вопросы этого обобщающего, и одновременно
имеющего особую значимость раздела приведены ниже:
 Какие следственные действия, направленные на выявление
истинной версии события преступления были применены? (Необходимо перечислить все следственные действия, их общее количество, а также число повторов в отношении различных участников процесса).
Чем это подтверждено?
 К каким специалистам обращались участники судопроизводства за консультациями и разъяснениями?
 Какие тактические приемы и методы были применены по
отношению к подозреваемому (обвиняемому) в процессе допроса, направленные на определение правдивости (ложности) его
показаний? (Их наименование, общее количество, число повторов в рамках конкретного следственного действия).
Чем это подтверждено и где зафиксировано?
 Какие тактические приемы и методы были применены по
отношению к потерпевшему в процессе допроса, направленные
на определение правдивости (ложности) его показаний? (Их наименование, общее количество, а также численность повторов в
рамках конкретного следственного действия).
Чем это подтверждено и где зафиксировано?
 Какие тактические приемы и методы были применены по
отношению к свидетелям в процессе допроса, направленные на
определение правдивости (ложности) его показаний? (Наимено-
111
вание, общее количество, а также число повторов в рамках конкретного следственного действия).
Чем это подтверждено и где зафиксировано?
 Какие доказательства преступного деяния были собраны в
процессе досудебного расследования?
Чем это подтверждено?
 Общее количество версий относительно события, обстоятельств и субъектов преступления, выдвинутым следствием на
всех досудебных стадиях?
Чем это подтверждено?
 Количество версий оправдательного характера?
 Общее количество следственных версий обвинительной направленности?
 На основе каких именно факторов строились версии?
 И т.п. ….
В целом, анализируя предложенный нами приблизительный
вариант анкеты, можно с уверенностью утверждать, что он направлен на установление полноты, всесторонности и объективности досудебного расследования.
При этом количество тематических блоков может быть значительно шире. Примерный текст анкеты приведен в качестве условного примера - ориентира в дальнейшей разработке рекомендуемого нами направления другими авторами и законотворческими органами. Помимо анкеты, в рамках табл. 3.1 в качестве
образца мы привели также примерные критерии балльной (рейтинговой) оценки качества труда следователя. В связи с множеством самых разнообразных задач, решаемых в процессе досудебного расследования, мы специально привели лишь фрагмент приблизительной формы оценки, которая может быть применена в
соответствующих случаях.
Как видно из табл. 3.1, показатели и критерии качества реализации функций следователя могут быть очень разнообразны. В
связи с этим мы предлагаем параллельно с введением рекомендуемой системы оценки труда следователя, должности "следственного оценщика" или "эксперта расследования" также разработать программное обеспечение (далее – ПО), которое бы позволило в автоматизированном виде производить необходимые расчеты, вычислять конкретные параметры, критерии и нормативы.
112
Таблица 3.1
Фрагмент рекомендуемой формы для оценки качества труда
следователей1
Наименование поПодтверждаюКритерии оценки деятельности следоказателя
щие документы
вателя
I. Приоритетная функция расследования (общие показатели):
Применение следст- Протоколы след- А) Разнообразие примененных следственных действий
ственных дейст- венных действий
вий, допросов,
Б) Их общее количество
заключения экспертов и т.д.
В) Нацеленность на задачи следствия
Использование такТо же
А) Разнообразие примененных тактичетических приемов
ских приемов
Б) Количество
В) Нацеленность на задачи следствия
И т.д.
….
II. Функция обвинения:
Качество проверки
Протоколы доалиби подозреваемопросов и др.
го (обвиняемого)
И т.д.
1
….
….
Балльные оценки*
От 1 до 5 баллов
Каждое
следственное действие
условно = 1,5
балла
От 1 до 5 баллов
От 1 до 5 баллов
За каждый тактический прием добавляется по 0,5
балла
От 1 до 5 баллов
….
Действия по проверке алиби:
А) Установлены иные лица (помимо
лица, официально подтвердившего алиби), которые могли
находиться в месте, где согласно одной
из версий был подозреваемый (обвиняемый) на момент совершения преступления
Б) Эти лица опрошены
В) Осуществлена проверка возможности наличия средств видеонаблюдения, присутствия людей с камерами, в помещении, где согласно алиби
находился подозреваемый (обвиняемый) на момент совершения преступления
Г) Реализовано приглашение специалиста-психолога для консультации по поводу того, могло ли лицо, официально
подтверждающее алиби подозреваемого
(обвиняемого), иметь личные мотивы
для дачи ложных сведений следствию
… И т.п.
Да – 1 балл Нет –
0 баллов
1
….
….
1
1
1
Форма разработана автором монографии и носит приблизительный вариант, нуждающийся в
дальнейшей проработке.
113
III. Функция защиты (от обвинения):
Качество проверки
Протоколы доследователем возпросов потерпевможности дачи поших, обвиняемых,
терпевшим ложных
подозреваемых,
показаний
свидетелей, специалистов
И т.д.
….
IV. Исследовательская
I. Были взяты по этому аспекту показания:
А) Свидетелей
Б) Очевидцев
В) Потерпевшего
Г) Подозреваемого (обвиняемого)
Да – 2 балла Нет –
0 баллов
2
2
2
2
II. Установлена по этому вопросу позиция:
А) адвокатов, представителей стороны
защиты
Б) адвокатов, представителей стороны
обвинения
III. Получены разъяснения и комментарии со стороны специалистов:
А) психологов
Б) иных специалистов
Да – 1 балл / Нет
– 0 баллов
1
1
Да – 3 балла/ Нет
– 0 баллов
3
3
….
……
V. Превентивно-профилактическая
…..
VI. Исполнительская
….
VII. Квазисудебная
….
*
Все баллы даны условно в качестве примера - ориентира. Конкретные показатели значимости того или иного критерия в общей
оценке работы следователя должны быть дополнительно проработаны и обоснованы соответствующими специалистами.
Данное предложение, в свою очередь, существенно сократит временные затраты на работу "следственного оценщика", повысит точность его деятельности. При этом потребность в численности привлекаемых специалистов предложенной должности
будет значительно меньше, нежели без параллельного внедрения
необходимого ПО. Таким образом, будет существенно сэкономлен бюджет на оплату труда новых сотрудников.
Форма, примерный фрагмент которой мы привели в табл.
3.1, как уже отмечалось, может содержать множество показателей. Наименование такой формы, может быть, например, таким:
"Карточка качества расследования по уголовному делу № ___" и
т.п. Рекомендуем при разработке ПО ввести бланк стандартной
анкеты, а также предложенной "Карточки качества …". Кроме того, по каждому уголовному делу в результате заполнения вышеотмеченных форм в автоматизированном виде может быть со-
114
ставлен и выведен сводный отчет, примерную форму и алгоритм
расчетов по которому мы разработали и привели в рамках табл.
3.2.
Таблица 3.2
Общий рейтинг качества расследования по уголовному делу № "_"1
Наименование коэф-та (норматива)
Коэф-т сложности расследования
Значения коэффициентов (нормативов)
0,85
Коэф-т тяжести преступления
1,25
Норматив времени (раб. дней)* / отступление от него**
Норматив вр.= 36 р. дн.
Отступление от норм. вр. = 34 р. дн. / 36 р. дн. =
0,9, что ≤ 1.
Наименование процессуальной функции следователя
Сводные (ключевые) критерии оценки***
Полнота
Объективность Всесторонность
Предварительного расследования
(приоритетно-процессуальная)
31
26
32
Обвинения
26
16
18
Защиты
Квазисудебная (разрешения дела)
19
28
24
13
19
9
Исследовательская
17
18
7
Превентивно-профилактическая
Исполнительская
Общая ∑ баллов
8
11
140
11
7
115
14
9
108
Среднеарифметический балл (рейтинг)
Итоговый рейтинговый балл (с учетом
корректировки в соответствии с коэффициентами сложности расследования
и тяжести преступления)
20 (140 / 7)
21,25
(20 · 0,85 ·
· 1,25)
16,4 (115/ 7)
17,43
(16,4 ·
· 0,85 · 1,25)
15,4 (108/ 7)
16,36
(15,4 ·
· 0,85 · 1,25)
Рекомендуемый норматив по критерию
18
16
19
Коэффициент отступления по критерию****
21,25/18 =
= 1,18 > 1
17,43/16=
= 1,09 > 1
16,36/19=
= 0,86 < 1
* Под нормативом времени мы предложили использовать рекомендуемый временной интервал расследования преступления.
1
Как и в предыдущей таблице, здесь мы приводим лишь приблизительную сводную
форму отчетности по качеству проведенного расследования. Данная форма также нуждается в проработке соответствующих специалистов.
115
Данный норматив предложено рассчитывать исходя из совокупности следующих показателей: коэффициента сложности расследования, тяжести расследуемого преступления; уровня загруженности следователя на момент производства по конкретному уголовному делу и т.п.
** Для доработки данного коэффициента необходимы дополнительные исследования, результаты которых могут быть закреплены в рамках специальных "методических рекомендаций", например, по расчету соответствующих нормативов, коэффициентов и
показателей. При этом расчет отступления и "попадания" под
норматив времени для каждого конкретного случая может производиться путем деления количества рабочих дней, потраченных
на расследование, на этот норматив. Таким образом, если полученный показатель отступления от норматива времени будет ≥ 1,
это будет превышение рекомендуемой нормы по срокам для преступления конкретного уровня тяжести и сложности расследования, напротив, ≤ 1 – "попадание" под рекомендуемую норму сроков расследования.
*** Здесь могут быть рассчитаны общие суммы баллов по конкретным группам вопросов анкеты, на базе параметров, указанных в "Карточке качества …".
**** В случае, если коэффициент отступления по конкретному
критерию будет ≥ 1, это будет свидетельствовать о высоком качестве конкретного ключевого признака расследования (например,
полноты или всесторонности), напротив, ≤ 1 – о недостаточном
качестве по конкретному ключевому признаку следствия.
Таким образом, в рамках табл. 3.2 приведен примерный алгоритм расчета общего рейтинга качества расследования по конкретному уголовному делу, реализованного конкретным следователем. Продолжением оценки деятельности данной процессуальной фигуры могут быть уже сводные отчеты качества на определенные даты.
Полагаем, что разработанная нами система оценки качества
труда следователя способна кардинально изменить мотивацию
следователя в осуществлении своей профессиональной деятельности. Комментируя внесенные нами предложения, необходимо
сделать одну важную оговорку. На первый взгляд кому-то может
показаться, что мы предлагаем заметить ранее действовавшие ко-
116
личественные показатели, на новые, тоже количественные. Однако, это совершенно не так. Предложенная балльно-рейтинговая
система оценки – это отражение (путем программирования важности конкретного признака расследования) именно критериев
качества труда следователя, а не количества закрытых, доведенных уголовных дел до суда без учета полноты, всесторонности и
объективности произведенного следствия.
Что касается показателя, содержащего рекомендуемый срок
расследования, то мы его оставили, модифицировав и адаптировав к предложенной системе. В частности, мы порекомендовали
норматив времени устанавливать исходя из учета совершенно
объективных факторов: тяжести самого преступления, сложности
его расследования, загруженности следователя на конкретный
временной период и т.д.
Необходимо подчеркнуть, что норматив срока выступает в
предложенной нами системе лишь "рекомендуемым" и "одним
из" многочисленных других показателей. Тем самым мы отодвигаем ранее действующие количественных показатели на второй
план (не исключая их важность полностью), но индивидуализируя их, исходя из конкретных условий и задач следствия.
На наш взгляд, внесенные предложения способны существенным образом изменить всю систему досудебного расследования, в результате чего принцип состязательности и равноправия
сторон, официально хоть и регламентирован в уголовнопроцессуальном законодательстве, однако выполнение которого
на практике до сих пор вызывает сомнение у многих ученыхтеоретиков и практических работников правоохранительной системы, будет соблюден в оптимальной степени.
В результате внедрения сформулированных рекомендаций,
весь процесс современного судопроизводства может сдвинуться в
сторону обеспечения не только "буквы", но и "духа" закона. Следователь будет стремиться не "поставить галочку" в отчете о
проделанной работе, доведя дело до суда, либо "успев вовремя"
приостановить дело на "законных основаниях", но оптимально
качественно, объективно и всесторонне, беспристрастно провести
расследование.
Еще раз подчеркнем, что внесенные предложения являются
предварительными (ориентирующими). В случае одобрения рекомендуемой нами линии реформирования, внесенные предло-
117
жения целесообразно будет уточнить и расширить в рамках дополнительных научных трудов. В процессе принятия решения о
целесообразности или нецелесообразности внедрения сделанных
нами рекомендаций, законодатель и другие ученые должны иметь
в виду, что введение новых критериев оценки качества труда и
мотивации следователей может позволить:
 сократить количество должностных и других преступлений среди следователей, совершенных в отношении подозреваемых и обвиняемых лиц;
 повысить морально-нравственные устои среди работников
правоохранительных органов;
 закрепить на практике приоритетные ориентиры, направленные на установление объективной истины и справедливости, а
не на мнимый "рост" раскрываемости преступности, "улучшение
статистики";
 повысить качество, всесторонность и объективность всего
процесса досудебного расследования;
 регламентировать на законодательном уровне приоритет в
расстановке сил и выделении времени следственным органам для
раскрытия тяжких и особо тяжких преступлений над преступлениями небольшой тяжести;
 в целом существенно уменьшить уровень криминогенной
обстановки в стране.
В рамках предложенной нами линии реформирования, мы
рекомендуем также обратить внимание соответствующих органов
на необходимость повышения образовательного уровня современных следователей. Это можно реализовать путем повсеместной организации при соответствующих органах правоохранительной системы курсов повышения квалификации, тренингов,
семинаров по обмену опытом и внедрению новых технологий в
профессиональную деятельность.
В процессе данного обучения мы предлагаем сделать акцент
не на теоретических знаниях, но, прежде всего, на новых требованиях к качеству работы. Так, например, в рамках практических
тренингов следователи должны будут освоить или повторить
практику применения самых разнообразных тактических приемов
проведения следственных действий, использования новейших
научных достижений, рекомендаций в области осуществления
предварительного следствия. Мы обоснованно полагаем, что если
118
следователи будут владеть всем арсеналом тактических приемов
и методов, новейших достижений в области следственной практики, качество реализуемого ими расследования значительно повысится.
В процессе переобучения целесообразно будет ознакомить
следователей с новой (предложенной) системой оценки качества
их труда. Параллельно необходимо активно пропагандировать в
средствах массовой информации, Интернете, образовательных
центрах и центрах повышения квалификации, на рабочих местах
(в рамках планерок, сборов) новые ориентиры, приоритеты, мотивационные механизмы для следователей. Постепенно изменить
систему ценностей работников правоохранительных органов, не
только официально закрепив вышеизложенные рекомендации в
соответствующих нормативно-правовых актах и документах для
служебного пользования, но и на уровне менталитета, принятых
неформальных установок. В частности, целесообразно выработать в среде сотрудников правоохранительной системы устойчивую установку на качественное и полноценное расследование,
основанное не только "на букве", но и "духе закона", понятии
справедливости, о чем уже неоднократно говорилось ранее.
При этом рекомендуется закрепить предложенные преобразования соответствующими мерами материальной мотивации.
Если в настоящее время премии нередко назначаются за "выполнение" количественных показателей (которые, как уже ранее было обосновано, часто искусственно "подгоняются под нужные"),
в будущем мы рекомендуем эти премии и поощрительные выплаты осуществлять на основе новой, предложенной нами оценки
труда следователей (то есть, чем качественнее, объективней, всесторонней, беспристрастней будут расследования, проводимые
следователем за конкретный отчетный период, тем будет больше
вероятность получения им премии, от этого же будет зависеть и
ее величина). Напротив, за некачественное исполнение своих
функций, следователю могут быть назначены дисциплинарные
взыскания, штрафы и т.д. Данную меру необходимо закрепить на
законодательном уровне, а также официально регламентировать
мероприятия по подготовке, организации и контролю над введением такой практики.
119
ЗАКЛЮЧЕНИЕ
Завершая исследование процессуальных функций следователя в условиях состязательного уголовного судопроизводства,
сделаем ряд выводов:
1. В ходе проведенного анализа действующего законодательства было установлено, что современный УПК РФ не содержит четко сформулированной единой статьи, в которой были бы
перечислены все полномочия следователя. Кроме того, законодательство не содержит и единого четкого определения данной понятийной категории. В рамках исследования мы дали уточнение
понятию полномочия следователя, под которыми предложили
рассматривать неразрывное единство и совокупность его компетенций, прав и обязанностей. Данное определение мы предложили закрепить в ст. 5 УПК РФ.
2. Также нами было рекомендовано дополнить Кодекс отдельной статьей "Полномочия следователя", по аналогии со ст. 29
УПК "Полномочия суда", ст. 227 "Полномочия судьи по поступившему в суд уголовному делу", ст. 319 "Полномочия мирового
судьи по уголовному делу частного обвинения", ст. 320 "Полномочия мирового судьи по уголовному делу с обвинительным актом", ст. 334 "Полномочия судьи и присяжных заседателей" и т.д.
На наш взгляд, выделение в рамках отдельной статьи УПК полномочий следователя (на сегодня "разбросанных" в различных
терминологических обозначениях по всему Кодексу) подчеркнет
значимость точного регулирования данного аспекта. Рекомендуется, чтобы в предлагаемой статье были выделены не только положения ст. 38 УПК, но также добавлены и конкретизированы
полномочия следователя как участника уголовного процесса,
упоминающиеся без стройной систематизации и в других статьях
и нормах уголовно-процессуального законодательства.
3. В ходе исследования было обосновано, что на современном этапе особенности реализации процессуальной функции следователя в состязательном уголовном процессе обусловлены
псевдосостязательностью такого процесса на досудебной его
стадии, причиной чего является множественный характер функций, выполняемых следователем, характерных различным субъектам юрисдикции.
120
4. На основе сделанных заключений была сформулирована
эклектическая модель функционального наполнения процессуального статуса следователя в уголовном судопроизводстве. Такая модель была реализована в разработанной нами классификации процессуальных функций следователя, включившей в себя:
исследовательскую, обвинительную, защитную, превентивнопрофилактическую, исполнительскую и квазисудебную функции.
При этом в качестве приоритетно-ориентированной (общей ключевой) определена функция предварительного расследования по
уголовному делу, критериями качества реализации которой предложено считать: полноту, всесторонность, объективность и беспристрастность в расследовании.
6. Выявлена и прослежена законодательная коллизия между
п. 47 ст. 5 УПК РФ, соответствующими положениями гл. 6 УПК
РФ, ст. 73 УПК РФ и ч. 2 ст. 15 УПК РФ. В частности, в ст. 15
указывается, что функции обвинения, защиты и разрешения уголовного дела отделены друг от друга и не могут быть возложены
на один и тот же орган или одно и то же должностное лицо. Однако нами было доказано, что следователь одновременно выполняет не только функцию обвинения, но и многие другие. Как уже
отмечалось, в качестве ключевой мы определили процессуальную
функцию предварительного расследования, которую дополняют
(что было обосновано в процессе исследования) функции защиты, профилактики, вынесения решений и т.д. Это позволило пересмотреть позиции в отношении процессуального статуса следователя. Наша позиция согласуется с концепцией независимости
и непредвзятости следователя и позволяет обеспечить соблюдение прав лиц, в отношении которых осуществляется уголовнопроцессуальное производство, а также реализацию принципа состязательности сторон.
7. Помимо отмеченного, мы также обосновали вывод о том,
что в ряде статей ныне действующего УПК содержатся и другие
неточности формулировок. Для устранения выявленных пробелов
нами предложено ввести и закрепить в рамках отдельных пунктов ст. 5 УПК РФ следующие понятийные категории:
А. Добавить определение "приоритетно - процессуальная" функция, изложив ее в следующей редакции:
121
 "приоритетно - процессуальная функция – функция обвинения,
защиты от обвинения, предварительного расследования, разрешения уголовного дела; каждая такая функция представляет собой ключевое, но не единственное направление процессуальной
деятельности для конкретной стороны состязательного уголовного судопроизводства";
Б. Изложить п. 45 статьи 5 в следующей редакции:
 "стороны – участники уголовного судопроизводства, состязающиеся или беспристрастно обеспечивающие реализацию принципа состязательности, выполняющие какую-либо из приоритетнопроцессуальных функций";
В. Ввести в анализируемую статью дополнительные пункты, в
которых бы конкретизировались и расшифровывались соответствующие термины:
 "состязающиеся стороны – обвинительно-ориентированная и
защитно-ориентированная сторона";
 "обеспечивающие состязание стороны – сторона предварительного расследования и разрешения уголовного дела";
Г. При этом детализировать данные положение:
 "защитно-ориентированная сторона – подозреваемый, его законный представитель, защитник, обвиняемый, его законный
представитель, защитник, гражданский ответчик, его законный
представитель и представитель; приоритетная функция участников стороны – защита";
 "обвинительно-ориентированная сторона – прокурор, частный
обвинитель, потерпевший, его законный представитель и представитель, гражданский истец и его представитель; приоритетнопроцессуальная функция участников стороны – обвинение";
 "следственно-ориентированная сторона – следователь, руководитель следственного органа, орган дознания, начальник подразделения дознания, дознаватель; приоритетно-процессуальная
функция участников стороны – предварительное расследование";
 "разрешительно-ориентированная сторона – суд; приоритетнопроцессуальная функция участника стороны – разрешения уголовного дела".
Д. В случае введения данных поправок и формулировок, целесообразно удалить п. 45, 46, 47 УПК РФ в их нынешней редакции.
122
8. Анализ уголовно-процессуального законодательства позволил заключить, что, несмотря на важность принципа состязательности в уголовном судопроизводстве, УПК РФ не содержит
его определения. Для восполнения данного пробела нами разработано авторское определение понятия "состязательности", которое мы также предложили включить в качестве одного из пунктов в ст. 5 УПК РФ:
 "состязательность – принцип уголовного судопроизводства, являющийся внутренним содержанием уголовно-процессуального
права, представляющий собой демократическое и процессуальное
начало, создающее оптимально благоприятные условия для поиска и исследования как обвинительных, так и оправдательных доказательств, установления истины, принятия справедливого решения суда по уголовному делу; заключающийся в конкурентной
борьбе
обвинительно-ориентированной
и
защитноориентированной сторон в отстаивании своих интересов на всех
стадиях уголовного судопроизводства".
9. Также нами предложено уточнить формулировку ст. 15
УПК РФ и представить ее в следующей редакции:
"1. Уголовное судопроизводство осуществляется на основе
состязательности обвинительно-ориентированной и защитноориентированной сторон.
2. Следователь, руководитель следственного органа, орган
дознания, начальник подразделения дознания, дознаватель не выступают на обвинительно-ориентированной или защитноориентированной стороне. Указанные должностные лица организуют и реализуют всестороннее, комплексное и объективное
предварительное следствие при сборе обвинительных и оправдательных доказательств, создают условия для состязательности и
равноправия состязающихся сторон на досудебной стадии производства по уголовному делу.
3. Суд не является органом уголовного преследования, не выступает на обвинительно - ориентированной или защитноориентированной стороне. Суд создает необходимые условия для
исполнения сторонами их процессуальных обязанностей и осуществления предоставленных им прав, тщательно исследует доказательства как обвинительного, так и оправдательного характера.
123
4. Обвинительно - ориентированная и защитно - ориентированная стороны равноправны перед предварительным следствием
и судом".
11. В ходе проведенного исследования мы пришли к обоснованному выводу о том, что следователи должны уделять больше внимания разъяснению подозреваемым, обвиняемым, защитникам, потерпевшим, представителям их прав в рамках состязательности процесса. В связи с чем нами предложено внести дополнения в должностные инструкции следователей или разработать специальные методические рекомендации для их служебного пользования, в которых были бы изложены принципы и основы разъяснительной работы с представителями обвинительно ориентированной и защитно - ориентированной стороны на досудебной стадии производства по уголовным делам.
Помимо этого, мы предложили внести дополнения в протоколы допросов соответствующих участников уголовного производства. В частности, порекомендовали дополнить текст стандартного протокола записью о том, что участнику уголовного судопроизводства, помимо разъяснения прав, регламентированных
в ст. 47 УПК РФ, ст. 51 Конституции РФ, ст. 18 УПК РФ (Язык
уголовного судопроизводства), также разъяснены и другие права
и правила, вытекающие из принципа состязательности и следующие из cт. 8 УПК (Осуществление правосудия только судом),
ст. 14 УПК (Презумпция невиновности), ст. 16 УПК (Обеспечение подозреваемому и обвиняемому права на защиту), ст. 17 УПК
(Свобода оценки доказательств), ст. 19 УПК (Право на обжалование процессуальных действий и решений) и др.
12. В ходе исследования было также установлено: на сегодня у следователей имеется существенная заинтересованность в
вынесении как можно большего количества обвинительных заключений, доведении уголовных дел до суда с целью выполнения
планов и "нормативов" по работе, что, в свою очередь, приводит
к следующим негативным тенденциям:
 акцент в работе делается на сборе обвинительного доказательств, при этом нередко упускаются из виду доказательства оправдательного характера, так как их сбору не уделяется должного
внимания;
124
 в целом ухудшается качество расследования;
 наблюдается высокий уровень преступности среди следователей, по большей части имеющей латентный характер;
 появляется прямая "заинтересованность" не доводить до
сведения подозреваемых и обвиняемых некоторые правила, вытекающие непосредственно из принципа состязательности сторон;
 приоритет на изобличение и наказание опасных преступников на практике нередко подменяется "преследованием" и
"изобличением" минимально опасных для общества правонарушителей, как правило, из наиболее незащищенных социальных
слоев, что, в свою очередь, обуславливает высокий уровень криминогенной обстановки в стране.
13. Для решения обозначенной выше проблемы нами разработана и предложена принципиально новая система мотивации и
оценки качества труда следователей, обеспечивающая оптимальное соблюдение принципа состязательности сторон.
Ключевыми критериями оценки качества труда следователей, вместо ранее действовавших количественных показателей,
предложено считать различные признаки, свидетельствующие о
всесторонности, полноте, объективности проведенного расследования и непредвзятости следователя.
На наш взгляд, внесенные предложения способны кардинальным образом изменить всю систему досудебного расследования, в результате чего принцип состязательности и равноправия сторон будет соблюден в наиболее оптимальной степени.
Хочется надеяться, что сформулированные предложения
имеют научно-практическую значимость, а их внедрение на
практике повысит эффективность борьбы с преступностью, а
следовательно, снизит и общий уровень криминогенной обстановки в России.
125
СПИСОК ИСПОЛЬЗОВАННЫХ НОРМАТИВНОГО
МАТЕРИАЛА И СПЕЦИАЛЬНОЙ ЛИТЕРАТУРЫ
I. Нормативно-правовые акты
1. Конституция Российской Федерации 1993 г. (с учетом поправок, внесенных Законами Российской Федерации о поправках
к Конституции Российской Федерации от 30.12.2008 г. №6-ФКЗ,
30.12.2008 г. №7-ФКЗ,
05.02.2014 г. № 2-ФКЗ) // URL:
http://www.consultant.ru.
2. Уголовно-процессуальный кодекс Российской Федерации
: федер. закон от 18 декабря 2001 г. № 174-ФЗ (ред. от 30.03.2015)
// Консультант Плюс.
3. Гражданский кодекс Российской Федерации. Часть. 1 :
федер. закон от 30 ноября 1994 г. № 51-ФЗ (ред. от 06.04.2015)
//Консультант Плюс.
4. Налоговый кодекс РФ (часть первая): федер. закон от 31
июня 1998 г. № 146-ФЗ (ред. от 08.03.2015) //Консультант Плюс.
5. Кодекс Российской Федерации об административных
правонарушениях : федер. закон от 30 декабря 2001 г. № 195-ФЗ,
(ред. от 06.04.2015) //Консультант Плюс.
6. Об оперативно-розыскной деятельности: федер. закон от
12 августа 1995 г. № 144-ФЗ (ред. от 21.12.2013) //Консультант
Плюс.
7. О внесении изменений в Уголовно-процессуальный
кодекс Российской Федерации и Федеральный закон "О прокуратуре Российской Федерации : федер. закон от 5 июня 2007 г. №
87- ФЗ// Рос. газета. – 2007. – № 122. – 8 июня.
8. О полиции : федер. закон от 7 февраля 2011 г. № 3-ФЗ, с
изм., внесенными Федеральным законом от 1 июля 2011 г. №
169-ФЗ // Собр. законодательства Рос. Федерации. – 2011. – № 7.
– Ст. 900.
9. О внесении изменений и дополнений в Закон РСФСР о
судоустройстве РСФСР, Уголовно - процессуальный кодекс
РСФСР, Уголовный кодекс РСФСР и Кодекс РСФСР об административных правонарушениях : закон РФ от 16 июля 1993 г. //
Ведомости ВС РСФСР. – 1993. – № 33. – Ст. 1313.
10. О признании утратившими силу отдельных нормативных правовых актов МВД России : приказ МВД РФ от 8 января
126
2009 г. № 12 // Рос. газета. – 2009. – 6 марта.
11. Вопросы оценки деятельности органов внутренних дел
Российской Федерации, отдельных подразделений криминальной
милиции, милиции общественной безопасности и органов предварительного расследования: приказ МВД РФ от 19 января 2010
г. № 25 // СПС КонсультантПлюс. - 2011.
12. Вопросы оценки деятельности территориальных органов Министерства внутренних дел Российской Федерации: Приказ МВД РФ от 26 декабря 2011 г. № 1310 // СПС КонсультантПлюс. - 2011.
13. Вопросы оценки деятельности территориальных органов Министерства внутренних дел Российской Федерации: Приказ МВД РФ от 31 декабря 2013 г. N 1040// СПС КонсультантПлюс. - 2015.
II. Монографии, учебные пособия
14. Аверьянова Т.В. Криминалистика / Т.В. Аверьянова,
Р.С. Белкин, Ю.Г. Корухов, Е.Р. Россинская / под ред. Р.С. Белкина. – М., 2001. – 892 с.
15. Алексеев Н.С. Очерк развития науки советского уголовного процесса / Н.С. Алексеев, В.Г. Даев, Л.Д. Кокорев. – Воронеж, 1990.
16. Алексеев Н.С. Ленинские идеи в советском уголовном
процессе / Н.С. Алексеев, В.З. Лукашевич. – Л. : Ленингр. университет, 1970.
17. Алексеев С.С. Теория права/ С.С. Алексеев. – М. : Бек,
1994.
18. Бабаев В.К. Правовая система общества / В.К. Бабаев //
Общая теория права : курс лекций. – Н. Новгород, 1993. – 428 с.
19. Баев М.О. УПК РФ 2001 г.: достижения, лакуны, коллизии : возможные пути заполнения и разрешения последних /
М.О. Баев, О.Я. Баев. – Воронеж, 2002.
20. Баев О.Я. Тактика следственных действий / О.Я. Баев.
– Воронеж, 1992. – 126 с.
21. Баев О.Я. Уголовно-процессуальное исследование преступлений / О.Я. Баев. – М., 2009. – 288 с.
22. Безлепкин
Б.Т.
Комментарий
к
Уголовнопроцессуальному кодексу Российской Федерации (постатейный) /
127
Б. Т. Безлепкин. – 4-е изд., перераб. и доп. – М. : ТК "Велби",
2004. – 242 с.
23. Белкин А.Р. Теория доказывания в уголовном судопроизводстве / А.Р. Белкин. – М., 2005. – 528 с.
24. Белкин А.Р. УПК РФ : конструктивная критика и возможные улучшения. Общие положения и принципы уголовного
судопроизводства / А.Р. Белкин. – Изд. 3-е, доп. – М. : МГУПИ,
2011. – Ч. I. – 62 с.
25. Белкин Р.С. Криминалистика : проблемы сегодняшнего
дня. Злободневные вопросы российской криминалистики / Р.С.
Белкин. – М., 2001. – 564 с.
26. Белкин Р.С. Курс криминалистики / Р.С. Белкин. – М.,
1997. – Т. 3. – 558 с.
27. Белкин Р.С. Тактика следственных действий / Р.С. Белкин, Е.М. Лифшиц. – М., 1997. – 290 с.
28. Бирюков П.Н. Международное право : учеб. пособие /
П.Н. Бирюков. – М., 1999. – 388 с.
29. Вандер М.Б. Криминалистическая экспертиза материалов веществ и изделий / М.Б. Вандер. – СПб., 2001. – 216 с.
30. Васильев А.Н. Проблемы методики расследования отдельных видов преступлений / А.Н. Васильев. – М., 1978. – 262 с.
31. Васильев А.Н. Тактика отдельных следственных действий / А.Н. Васильев. – М., 1981. – 112 с.
32. Васильев А.Н. Предмет, система и теоретические основы криминалистики / А.Н. Васильев, Н.П. Яблоков. – М., 1984. –
143 с.
33. Виницкий Л.В. Осмотр места происшествия : организационные, процессуальные и тактические вопросы / Л.В. Виницкий. – Караганда, 1986. – 108 с.
34. Витрук Н.В. Статус личности в политической системе
общества : политология / Н.В. Витрук. – М., 1993. – 386 с.
35. Власов В.П. Следственный осмотр и предварительное
исследование документов / В.П. Власов. – М., 1961 – 63 с.
36. Возгрин И.А. Курс криминалистики : основы методики
расследования / И.А. Возгрин. – СПб. : Санкт-Петер. акад. МВД
России, 1998. – 255 с.
37. Возгрин И.А. Научные основы криминалистической
методики расследования преступлений / И.А. Возгрин. – СПб.,
128
1993. – Ч. IV. – 214 с.
38. Возгрин И.А. Общие положения методики расследования отдельных видов преступлений / И.А. Возгрин. – М., 1976. –
420 с.
39. Возгрин И.А. Тактика следственного осмотра и освидетельствования / И.А. Возгрин, Г.К. Москвин. – Л., 1986. – 412 с.
40. Гавло В.К. Теоретические проблемы и практика применения методики расследования отдельных видов преступлений /
В.К. Гавло. – Томск, 1985 – 333 с.
41. Гаврилин Ю.В. Криминалистика : методика расследования отдельных видов преступлений : курс лекций / Ю.В. Гаврилин,
Н.Г. Шурухнов; под ред. Н.Г. Шурухнова. – М., 2004. – 428 с.
42. Герасимов И.Ф. Некоторые проблемы раскрытия преступлений / И.Ф. Герасимов. – Свердловск, 1975. – 288 с.
43. Герасимов И.Ф. Система процессуальных действий
следователя / И.Ф. Герасимов. – Свердловск, 1983. – 314 с.
44. Головко Л.В. Дознание и предварительное следствие в
уголовном процессе Франции / Л.В. Головко. – М. : Спарк, 1995.
45. Голунский С.А. Криминалистика : методика расследования отдельных видов преступлений / С.А. Голунский, Б.М.
Шавер. – М., 1939. – 214 с.
46. Горский Г.Ф. Судебная этика / Г.Ф. Горский, Л.Д. Кокорев, Д.П. Котов. – Воронеж : ВГУ, 1973. – 269 с.
47. Грамович Г.И. Тактика использования специальных
знаний в раскрытии и расследовании преступлений / Г.И. Грамович. – Минск, 1987. – 194 с.
48. Грачева Ю.В. Комментарий к Уголовному кодексу
Российской Федерации / Ю.В. Грачева, Л.Д. Ермакова и др. / отв.
ред. А.И. Рарог. – 6-е изд., перераб. и доп. – М. : Проспект, 2009.
– 916 с.
49. Григорьев В.Н. Первоначальные действия при получении сведений о преступлении/ В.Н. Григорьев, Ю.В. Прушинский. – М. : ЮИ МВД РФ : Книжный мир, 2002. – 348 с.
50. Громов В. Методика расследования преступлений / В.
Громов. – М., 1929. – 156 с.
51. Гуляев А.П. Следователь в уголовном процессе / А.П.
Гуляев. – М., 1981. – 194 с.
52. Гуценко К.Ф. Уголовный процесс западных государств
129
/ К.Ф. Гуценко, Л.В. Головко, Б.А. Филимонов. – М. : Проект,
2001.
53. Давлетов А.А. Основы уголовно-процессуального познания / А.А. Давлетова. – Екатеринбург : Изд-во Гуманитар. унта, 1997. – 191 с.
54. Даль В.И. Толковый словарь живого великорусского
языка / В.И. Даль. – М., 1956. – Т. IV. – 916 с.
55. Данилевский Н.Я. Россия и Европа : взгляд на культурные и политические отношения славянского мира к германороманскому / Н.Я. Данилевский. – М. : Известия, 2003.
56. Долгова А.И. Преступность, ее организованность и
криминальное общество / А.И. Долгова. – М., 2003. – 618 с.
57. Драпкин Л.Я. Основы теории следственных ситуаций /
Л.Я. Драпкин. – Свердловск, 1987. – 182 с.
58. Звирбуль В.К. Прокурорский надзор в борьбе с преступностью / В.К. Звирбуль. – М., 1971. – 123 с.
59. Зинин A.M. Судебная экспертиза : учебник / A.M. Зинин, Н.Г. Майлис. – М. : Право и закон : Юрайт-Издат, 2002. –
320 с.
60. Ищенко Е.П. Проблемы первоначального этапа расследования преступлений / Е.П. Ищенко. – Красноярск, 1987.
61. Ищенко Е.П. Криминалистика : учебник / Е.П. Ищенко,
А.А. Топорков ; под ред. Е.П. Ищенко. – М., 2005. – 682 с.
62. Калиновский К.Б. Основные виды уголовного судопроизводства / К.Б. Калиновский. – СПб. : Изд-во Юрид. ин - та,
2002. – 63 с.
63. Калиновский К.Б. Уголовный процесс современных зарубежных государств : учеб. пособие / К.Б. Калиновский. – Петрозаводск : Изд-во Петрозавод. гос. ун-та, 2000.
64. Карагодин В.Н. Преодоление противодействия предварительному расследованию / В.Н. Карагодин. – Свердловск, 1992.
– 218 с.
65. Кокорев Л.Д. Уголовный процесс : доказательства и
доказывание / Л.Д. Кокорев, Н.П. Кузнецов. – Воронеж : Воронежский университет, 1995.
66. Колдин В.Я. Информационные процессы и структуры в
криминалистике / В.Я. Колдин, Н.С. Полевой. – М., 1985. – 168 с.
67. Колесниченко А.Н. Общие положения методики рас-
130
следования отдельных видов преступлений / А.Н. Колесниченко.
– Харьков, 1965. – 120 с.
68. Комментарий к постановлениям Пленума ВС РФ по
уголовным делам / под ред. В.М. Лебедева. – М. : Норма, 2008. –
462 с.
69. Комментарий к Уголовному кодексу Российской Федерации (постатейный) / под ред. А.В. Бриллиантова. – М. : Проспект, 2010. – 916 с.
70. Комментарий к Уголовному кодексу РФ/ отв. ред. В.М.
Лебедев.– 9-е изд., перераб. и доп.– М. : Юрайт, 2010.– 814 с.
71. Комментарий к Уголовному кодексу РФ / под ред. В.Т.
Томина, В.В. Сверчкова. – 6-е изд., перераб. и доп. – М. : ЮрайтИздат, 2010. – 526 с.
72. Комментарий к Уголовному кодексу РФ / под ред. В.И.
Радченко, А.С. Михлина. – СПб., 2007.
73. Комментарий к Уголовному кодексу РФ с постатейными материалами и судебной практикой / под общ. ред. С.И. Никулина. – М., 2000. – 722 с.
74. Комментарий к Уголовно-процессуальному кодексу
Российской Федерации / отв. ред. Д.Н. Козак, Е.Б. Мизулина. –
М., 2003. – 590 с.
75. Комментарий к Уголовно-процессуальному кодексу
РФ / под ред. В.И. Радченко. – М., 2004.
76. Кони А.Ф. Избранные произведения / А.Ф. Кони. – М,
1969. – Т. 2. – 401 с.
77. Корнуков В.М. Возбуждение уголовного дела в системе
уголовно-процессуальной деятельности / В.М. Корнуков, В.А.
Лазарев, В.Д. Холоденко. – Саратов, 2002. – 454 с.
78. Криминалистика / под ред. И.Ф. Герасимова, Л.Я.
Драпкина, – М., 1994. – 328 с.
79. Криминалистика / под ред. Н.П. Яблокова, В.Я. Колдина. – М., 1990. – 320 с.
80. Криминалистика / под ред. Н.П. Яблокова. – М., 1996. –
468 с.
81. Криминалистика / под ред. С.П. Митричева. М., 1976. –
528 с.
82. Криминалистика / под ред. А.Г. Филиппова. – М., 2006.
– 442 с.
131
83. Криминалистика. Расследование преступлений в сфере
экономики : учебник / под ред. В.Д. Грабовского, А.Ф. Лубина. –
Н. Новгород, 1995. – 400 с.
84. Криминалистика : учебник / отв. ред. Н.П. Яблоков. —
3-е изд., перераб. и доп. – М. : Юристъ, 2005. – 781 с.
85. Криминалистика : учебник / под ред. В.А. Образцова.
— 2-е изд., перераб. и доп. – М. : Юристъ, 2002. – 735 с.
86. Криминалистика : учебник / под ред. Е.П. Ищенко. –
М. : Юристъ, 2000. – 751 с.
87. Криминалистика : учеб. для вузов / под ред. А.Г. Филиппова. – 3-е изд., перераб. и доп. – М. : Спарк, 2004. – 750 с.
88. Криминалистика : учеб. для вузов / Т.В. Аверьянова,
Р.С Белкин, Ю.Г. Корухов, Е.Р. Россинская ; под ред. Р.С. Белкина. – М. : Норма-Инфра-М, 2001. – 990 с.
89. Криминалистическая методика расследования отдельных видов преступлений / под ред. А.П. Резвана, М.В. Субботиной. – М., 2002. – Ч. I. – 314 с.
90. Криминология : учебник / под ред. Малкова В.Д. – М.,
2004. – 654 с.
91. Крылов И.Ф. Криминалистическое учение о следах /
И.Ф. Крылов. – Л., 1976. – 197 с.
92. Кудрявцева А.В. Судебная экспертиза в уголовном
процессе России / А.В. Кудрявцева. – Челябинск, 2001. – 284 с.
93. Кузнецов Н.П. Доказывание в стадии возбуждения уголовного дела / Н.П. Кузнецов. – Воронеж, 1983. – 312 с.
94. Кузьменко Н.К. Методика расследования преступлений
(общие положения) / Н.К. Кузьменко. – М., 1976. – 137 с.
95. Ларин А.М. Расследование по уголовному делу : планирование, организация / А.М. Ларин. – М. : Юрид. лит., 1970. –
216 с.
96. Лифшиц Е.М. Тактика следственных действий / Е.М.
Лифшиц, Р.С. Белкин. – М., 1997. – 318 с.
97. Лубин А.Ф. Механизм преступной деятельности : методология криминалистического исследования / А.Ф. Лубин. – Н.
Новгород, 1997. – 244 с.
98. Лузгин И.М. Методологические проблемы расследования / И.М. Лузгин. – М. : Юрид. лит., 1973. – 178 с.
99. Любичев С.Г. Этические основы следственной тактики
132
/ С.Г. Любичев. – М. : Юрид. лит., 1980. – 126 с.
100. Михайлов Ю.М. Допрос и очная ставка. Криминалистика : учебник / Ю.М. Михайлов ; под ред. Е.П. Ищенко. – М. :
Юристъ, 2000. – 712 с.
101. Михеенко М.М. Уголовно-процессуальное право Великобритании, США и Франции : учеб. пособие / М.М. Михеенко. –
Киев : Вища школа, 1988.
102. Облаков А.Ф. Криминалистическая характеристика
преступлений и криминалистические ситуации / А.Ф. Облаков. –
Хабаровск, 1985. – 88 с.
103. Образцов В.А. Криминалистика : цикл лекций по новой
программе : учеб. пособие / В.А. Образцов. – М., 1994. – 458 с.
104. Образцов В.А. Криминалистика : курс лекций / В.А.
Образцов. – М., 1996. – 448 с.
105. Образцов В.А. Криминалистическая классификация
преступлений / В.А. Образцов. – Красноярск, 1998. – 147 с.
106. Образцов В.А. Допрос потерпевшего и свидетеля на
предварительном следствии / В.А. Образцов, С.Н. Богомолов. –
М., 2003. – 186 с.
107. Образцов М.В. Теория криминалистики и методика
расследования преступлений / М.В. Образцов. – М., 1990. – 115 с.
108. Орлов Ю.К. Заключение эксперта и его оценка (по уголовным делам) / Ю.К. Орлов. – М., 1995. – 312 с.
109. Петрухин И.Л. Экспертиза как средство доказывания в
советском уголовном процессе/ И.Л. Петрухин.– М., 1964.– 288 с.
110. Печерский В.В. Типовые программы допроса на предварительном и судебном следствии : учеб.-практ. пособие / В.В.
Печерский. – М., 2005. – 336 с.
111. Планирование расследования преступлений отдельных
видов : учеб. пособие / под ред. С.М. Самоделкина. – Волгоград,
1995. – 326 с.
112. Победкин А.В. Уголовный процесс : учебник / А.В.
Победкин, В.Н. Яшин ; Под ред. В.Н. Григорьева. – М. : Книжный мир, 2004. – 633 с.
113. Полунин С.А. Правовое регулирование процесса доказывания : учеб. пособие / С.А. Полунин. – Саратов, 2003. – 282 с.
114. Порубов Н.И. Тактика допроса на предварительном
следствии / Н.И. Порубов. – М., 1998. – 226 с.
133
115. Постатейный комментарий к Уголовному кодексу
Российской Федерации/ под ред. А.И. Чучаева. – М. : ИНФРА-М,
2009. – 812 с.
116. Россинский С.Б. Уголовный процесс : учебник / С.Б.
Россинский. – М. : ЭКСМО, 2009.
117. Рыжаков
А.П.
Комментарий
к
Уголовнопроцессуальному кодексу Российской Федерации / А.П. Рыжаков. – 6-е изд., перераб. – Доступ из справ.-информ. системы
"ГАРАНТ".
118. Савельева М.В. Криминалистика : учебник / М.В. Савельева, А.Б. Смушкин. – М., 2009. – 638 с.
119. Савицкий В.М. Государственное обвинение в суде /
В.М. Савицкий. – М., 1971. – 416 с.
120. Савицкий В.М. Очерк теории прокурорского надзора в
уголовном судопроизводстве / В.М. Савицкий. – М., 1975.
121. Савицкий В.М. Прокурорский надзор за дознанием и
предварительным следствием / В.М. Савицкий. – М., 1959.
122. Салтевский М.В. Криминалистика. В современном изложении юристов / М.В. Салтевский. – Харьков : ИМП "Рубикон", 1996. – 432 с.
123. Селиванов Н.А. Советская криминалистика : система
понятий / Н.А. Селиванов. – М. : Юрид. лит., 1982. – 528 с.
124. Сергеев Л.А. Сущность и значение криминалистической характеристики преступлений : руководство для следователей / Л.А. Сергеев. – М., 1971. – 214 с.
125. Сергеев Л.А. Сущность и значение криминалистической характеристики преступлений : руководство для следователей / Л.А. Сергеев. – М., 1971. – 536 с.
126. Сидоров В.Е. Начальный этап расследования : организация, взаимодействие, тактика/ В.Е. Сидоров.– М., 1992. – 326 с.
127. Советская криминалистика : теоретические проблемы.
– М., 1978. – 244 с.
128. Советский уголовный процесс / под ред. Н.С. Алексеева, В.З. Лукашевича. – Л., 1989.
129. Соловьев А.Б. Процессуальные, психологические и тактические основы допроса на предварительном следствии / А.Б.
Соловьев. – М, 2002. – 192 с.
130. Соловьев А.Б. Использование доказательств при до-
134
просе на предварительном следствии : метод. пособие / А.Б. Соловьев. – М., 2001. – 136 с.
131. Строгович M.C. Курс советского уголовного процесса
/ М.С. Строгович.– M., 1968.– Т. 1.– 318 с; М., 1970.– Т. 2. – 488 с.
132. Строгович М.С. Основные вопросы советской социалистической законности / М.С. Строгович. – М., 1966. – 286 с.
133. Теория доказательств в советском уголовном процессе
/ отв. ред. Н.В. Жогин. – М. : Юрид. лит., 1973. – 288 с.
134. Томин В.Т. Очерки теории эффективного уголовного
процесса / В.Т. Томин, М.П. Поляков, А.П. Попов. – Пятигорск,
2000.
135. Уголовное право России. Общая часть : учебник / отв.
ред. Б.В. Здравомыслов. – М., 1998. – 652 с.
136. Уголовное право России. Особенная часть : учебник /
под ред. В.П. Ревина. – 2-е изд., испр. и доп.– М., 2009. – 128 с.
137. Уголовное право РФ. Особенная часть : учебник / под
ред. Б.В. Здравомыслова. – М., 2001. – 720 с.
138. Филиппов П.М. Использование специальных знаний в
судопроизводстве России / П.М. Филиппов, А.А. Мохов. – Волгоград, 2005. – 212 с.
139. Хижняк Д.С. Процессуальные и криминалистические
проблемы развития тактики следственных действий / Д.С. Хижняк. – М., 2004. – 127 с.
140. Центров Е.Е. Криминалистическое учение о потерпевшем / Е.Е. Центров. – М. : Юрид. лит., 1988. – 122 с.
141. Чельцов-Бебутов М.А. Курс уголовно-процессуального
права : очерки по истории суда и уголовного процесса в рабовладельческих, феодальных и буржуазных государствах / М.А.
Чельцов-Бебутов. – СПб. : Питер, 1995.
142. Черенков А.В. Использование контроля и. записи переговоров в раскрытии и расследовании преступлений / А.В. Черенков. – М., 2005. – 89 с.
143. Чуфаровский Ю.В. Юридическая психология : учебник / Ю.В. Чуфаровский. – М. : Проспект, 2003. – 214 с.
144. Шавер Б.М. Криминалистика / Б.М. Шавер, А.И. Винберг. – М., 1940. – 634 с.
145. Шаталов А.С. Тактика контроля и записи переговоров
/ А.С. Шаталов, Л.И. Ивченко. – М., 2004. – 42 с.
135
146. Шейфер С.А. Следственные действия. Основания,
процессуальный порядок и доказательственное значение / С.А.
Шейфер. – М., 2004. – 428 с.
147. Шейфер С.А. Следственные действия : система и процессуальная форма / С.А. Шейфер. – М., 1981. – 164 с.
148. Шиканов В.И. Теоретические основы тактических
операций в расследовании преступлений / В.И. Шиканов. – Иркутск, 1983. – 240 с.
149. Шляхов А.Р. Классификация судебных экспертиз / А.Р.
Шляхов. – Волгоград, 1980. – 142 с.
150. Шумилин С.Ф. Допрос. Руководство для следователей
/ С.Ф. Шумилин ; под ред. Н.А. Селиванова, В.А. Снеткова. – М.,
1997. – 212 с.
151. Шумилин С.Ф. Допрос. Руководство по расследованию
преступлений / С.Ф. Шумилин. – М.: НОРМА-ИНФРА. – М,
2002. – 614 с.
152. Шурухнов Н.Г. Криминалистическая характеристика
преступлений. Криминалистика (актуальные проблемы) / Н.Г.
Шурухнов ; под ред. Е.И. Зуева. – М., 1988. – 286 с.
153. Шурухнов Н.Г. Криминалистика : учеб. для вузов МВД
/ Н.Г. Шурухнов. – М. : Юристъ, 2002. – 398 с.
154. Эйсман А. А. Заключение эксперта. Структура и научные обоснования / А.А. Эйсман. – М., 1967. – 216 с.
155. Эксархопуло А.А. Криминалистика в схемах и иллюстрациях : учеб. пособие / А.А. Эксархопуло. – СПб., 2002. – 544 с.
156. Элькинд П.С. Цели и средства их достижения в советском уголовном процессе / П.С. Элькинд. – Л., 1976. – 418 с.
157. Юрина Л.Г. Контроль и запись переговоров : учеб. пособие / Л.Г. Юрина, В.М. Юрин. – М., 2002. – 112 с.
158. Яблоков Н.П. Исследование обстоятельств преступных
нарушений, правил безопасности труда / Н.П. Яблоков. – М.,
1980. – 528 с.
159. Яблоков Н.П. Криминалистическая методика расследования / Н.П. Яблоков. – М. : Юрид. лит., 1985. – 422 с.
160. Яблоков Н.П. Криминалистическая характеристика и
типичные следственные ситуации как важнейшие факторы разработки методики расследования преступлений / Н.П. Яблоков. –
М., 1979. – 268 с.
136
III. Публикации, лекции, статьи
161. Багмет М.А. Преступность сотрудников органов внутренних дел / М.А. Багмет // Рос. следователь. – 2011. – № 22. – С.
19–21.
162. Баев О.Я. И все же : реальность или иллюзия (еще раз о
криминалистической характеристике преступлений) / О.Я. Баев //
Вестник криминалистики. – 2002. – Вып. 1 (3). – С. 19–23.
163. Балашов А. Действительно ли возбуждение уголовного
дела – первоначальная стадия уголовного процесса? / А. Балашов
// Соц. законность. – 1989. – № 8. – С. 53.
164. Басалаев А.Н. Криминалистическая характеристика
преступления (общее понятие и практическое значение) / А.Н.
Басалаев, В.А. Гуняев // Методика расследования преступлений.
– М., 1976. – С.100.
165. Басова Т. Уголовно-правовая дефиниция "представитель власти" / Т. Басова // Уголовное право. – 2005. – № 3. – С. 12
– 14.
166. Бахин В.П. Криминалистическая характеристика преступлений как элемент расследования / В.Н. Бахин // Вестник
криминалистики. – 2000. – Вып. 1. – С. 16 – 22.
167. Безменов А. Три к одному / А. Безменов // Рос. газета. –
2003. – 29 апр.
168. Белкин А.Р. Задержание по подозрению в совершении
преступления: спорные вопросы и возможные пути разрешения
проблем/ А.Р. Белкин// Уголовное судопроизводство.– 2011.– № 4.
169. Белкин Р.С. Модное увлечение или новое слово в науке? Еще раз о криминалистической характеристике преступления
/ Р.С. Белкин, И.Е. Быховский, А.В. Дулов // Соц. законность. –
1987. – № 9. – С. 57–58.
170. Бобырев В.В. Задачи предварительного расследования
и решение их следователем / В.В. Бобырев, С.П. Ефимичев //
Вестник Рос. таможенной академии. – 2008. – № 3(4).
171. Божьев В.П. "Тихая революция" Конституционного
Суда в уголовном процессе Российской Федерации / В.П. Божьев
// Рос. юстиция. 2000. – № 10. – С. 9 – 13.
172. Бубнов Р.Г. Процессуальное положение прокурора и
следователя как субъектов уголовного преследования / Р.Г. Бубнов // Вестник Самарского ГУ. – 2006. – № 5/2 – С. 168.
137
173. Быков В. Контроль и запись телефонных и иных переговоров / В. Быков // Законность. – 2001. – № 10. – С. 12 – 14.
174. Быков В. Подозреваемый как участник уголовного судопроизводства со стороны защиты / В.Быков // Рос. юстиция. –
2003. – № 3. – С. 16–18.
175. Васильев А.Н. О криминалистической классификации
преступлений / А.Н. Васильев // Методика расследования преступлений (общие положения) : материалы науч.-практ. конф. – М.,
1976. – С. 25–29.
176. Васильев А.Н. Проблемы методики расследования отдельных видов преступлений / А.Н. Васильев // Соц. законность.
– 1975. – № 4. – С. 61–62.
177. Газетдинов Н.И. Принцип состязательности и проблемы равенства сторон / Н.И. Газетдинов // Правосудие в Татарстане. – 2008.
178. Галоганов Е. Понятие и место процессуального принципа состязательности в системе принципов судопроизводства/ Е.
Галоганов // Право и жизнь. – 2009. – № 5. – С. 14 – 16.
179. Герасимов И.Ф. Вопросы развития и совершенствования методики расследования отдельных видов преступлений /
И.Ф. Герасимов // Вопросы методики расследования преступлений. – Свердловск, 1976. – Вып. 50. – С. 15–17.
180. Герасимов И.Ф. Принципы построения методики раскрытия преступлений / И.Ф. Герасимов // Вопросы криминалистической методологии, тактики, методики расследования. – М. :
ВНИИ МВД СССР. 1973. С. 82–84.
181. Глазырин Ф.В. Допрос. Психологические особенности
/ Ф.В. Глазырин // Следственные действия (процессуальная характеристика, тактические и психологические особенности) / под
общ. ред. Б.П. Смагоринского. – М. : УМЦ ГУК МВД РФ, 1994. –
С. 164–165.
182. Гришин А.И. Процессуальные функции следователя /
А.И. Гришин, Н.А. Громов// Правоведение.– 2001.– № 5. – С. 149.
183. Громов Н.А. О допросе обвиняемого по проекту УПК
РФ в свете презумпции невиновности / Н.А. Громов, А.Н. Гущин,
Т.Т. Алиев // Следователь. – 2002. – № 2. – С. 23–25.
184. Давлетов А. Проблема состязательности решена в УПК
неудачно/ А. Давлетов //Рос. юстиция. –2003. –№ 8. –С. 13–19.
138
185. Давлетов А. Подозреваемый по УПК : проблема не решена / А. Давлетов, И. Ретюнских // Рос. юстиция. – 2006. – № 1.
– С. 18–19.
186. Даньшина Л.И. О реформировании организационных
структур по уголовным делам / Л.И. Даньшина // Официальные
материалы для бухгалтера. Комментарии и консультации. – 2008.
– № 9. – С. 14–17.
187. Деришев Ю. Стадия возбуждения уголовного дела –
реликт "социалистической законности" / Ю. Деришев // Рос. юстиция. – 2003. – № 8. – С. 36.
188. Доля Е.А. К вопросу об истине в уголовном судопроизводстве России / Е.А. Доля // Рос. следователь. – 2011. – № 22. –
С. 15–16.
189. Дробинин Д.В. Некоторые проблемы уголовного судопроизводства при заключении обвиняемым досудебного соглашения о сотрудничестве / Д.В. Дробинин // Уголовное судопроизводство. – 2011. – № 3. – С. 13–14.
190. Ефанова В.А. Надзор или уголовное преследование? /
В.А. Ефанова // Рос. следователь. – 2011. – № 19. – С. 24–27.
191. Ефимичев С.П. Задачи предварительного расследования / С.П. Ефимичев, П.С. Ефимичев // Журнал рос. права. –
2006. – № 9. – С. 81–87.
192. Зинченко И.А. Вопросы уголовного процесса в криминалистической методике / И.А. Зинченко // Вопросы совершенствования методики расследования преступлений / под ред. И.А.
Зинченко и др. – Ташкент, 1984. – С. 18–19.
193. Зуев С. Обжалование в кассационном и надзорном порядке судебных решений, принятых в ходе досудебного производства по уголовным делам / С. Зуев // Рос. следователь. – 2011.
– № 23. – С. 28–31.
194. Иванченков Ю.В. Этические правила поведения адвоката в уголовном процессе / Ю.В. Иванченко // Юрист. – 2011. –
№ 21. – С. 11–13.
195. Калинин Ю.И. Расплатиться за неволю / Ю.И. Калинин
// Рос. газета. – 2008. – 17 сент.
196. Калиновский К.Б. Коррекционное толкование отдельных положений законов о внесении изменений в УПК РФ / К.Б.
Калиновский // Журнал рос. права. – 2008. – № 8. – С. 13–14.
139
197. Кириллова Н. П. Конфликтология и состязательность
судебного разбирательства / Н.П. Кириллова // Мысль. Аргументация : сб. статей / под ред. А.И. Мигунова, Е. Н. Лиcанюк. –
СПб. : Изд-во Санкт-Петерб. ун-та, 2006. – Ежегодник СанктПетербургского философского общества. – Вып. 6. – С. 194–196.
198. Козявин А.А. Уголовная юстиция и диалектика морали/
А.А. Козявин// Уголовное судопроизводство.– 2011.– № 1.– С.
31–33.
199. Колоколов Н.А. Залог, домашний арест : становление
практики / Н.А. Колоколов // Рос. следователь. – 2011. – № 18. –
С. 12–15.
200. Колоколов Н.А. Проблемы современного уголовного
судопроизводства / Н.А. Колоколов // Уголовное судопроизводство. – 2011. – № 4. – С. 23–27.
201. Корноухов В.Е. Основные положения методики расследования отдельных видов преступлений / В.Е. Корноухов //
Материалы науч. конф. – Красноярск, 1972. – С. 93–97.
202. Крапива И.И. Соблюдение законности в оперативнорозыскной деятельности и провокация / И.И. Крапива // Журнал
рос. права. – 2009. – № 3. – С. 22–23.
203. Кронов Е.В. О реализации принципов состязательности и равноправия сторон в уголовном процессе России / Е.В.
Кронов // Журнал рос. права. – 2008. – № 2. – С. 17 – 19.
204. Крылов И.Ф. Криминалистическая характеристика и ее
место в системе науки криминалистики и в вузовской программе
/ И.Ф. Крылов // Криминалистическая характеристика преступлений : сб. науч. трудов. – М., 1984. – С. 32–33.
205. Кузнецова Ю.В. О показаниях обвиняемого в российском уголовном процессе / Ю.В. Кузнецова, А.К. Тихонов, Н.А.
Громов // Следователь. – 2004. – № 1. – С. 11.
206. Кустов А.М. Типовая модель механизма преступления
– основа частной криминалистической методики / А.М. Кустов //
Вестник криминалистики. – 2004. – Вып. 1 (9). – С. 15–18.
207. Курохтин Ю.А. Актуальные проблемы реализации
конституционного принципа состязательности в уголовном процессе / Ю.А. Курохтин // Рос. юстиция. – 2006. – № 3. – С. 9–11.
208. Куцова Э.Ф. Уголовный процесс России : истина и состязательность / Э.Ф. Куцова // Законодательство. – 2002. – № 9.
140
– С. 77–78.
209. Лапин Е.С. Технология контроля и записи переговоров
/ Е.С. Лапин // Следователь. – 2002. – № 8. – С. 5–8.
210. Лебедев И.А. Финансовые расследования : российская
практика и зарубежный опыт / И.А. Лебедев, С.В. Ефимов // Аудиторские ведомости. – 2008. – № 10. – С. 13–18.
211. Левашова Т.Н. Приоритетные направления в работе
психологической службы органов внутренних дел в период реформирования / Т.Н. Левашова // Юрид. психология. – 2011. – №
1. – С. 14–17.
212. Литвишко П.А. Вопросы процессуальной самостоятельности органов предварительного расследования Российской
Федерации при осуществлении международного сотрудничества /
П.А. Литвишко // Рос. следователь. – 2011. – № 18. – С. 12–14.
213. Лобачев Д.А. Закон «О полиции» вторгся в уголовнопроцессуальную сферу / Д.А. Лобачев // Уголовное судопроизводство. – 2011. – № 3. – С. 19–21.
214. Лунеев B.B. Тенденции современной преступности и
борьбы с ней в России / В.В. Лунеев // Государство и право. –
2004. – № 1. – С. 17–19.
215. Мартыненко Н.Э. Досудебное соглашение о сотрудничестве как средство защиты интересов потерпевшего / Н.Э.
Мартыненко // Рос. следователь. – 2011. – № 22. – С. 25–27.
216. Мачульская Е.А. Юридические аспекты явки с повинной / Е.А. Мачульская // Журнал рос. права. – 2008. – № 9. – С.
13–18.
217. Мельников В.Ю. О совершенствовании норм УПК РФ,
связанных с задержанием подозреваемого / В.Ю. Мельников //
Журнал рос. права. – 2003. – № 12. – С. 8–9.
218. Мешков М.В. Следователь в уголовном процессе России : понятийно-правовые проблемы / М.В. Мешков, В.В. Гончар
// Рос. следователь. – 2011. – № 23. – С. 7–9.
219. Мириев Б.А. оглы. Процессуальный акт привлечения
лица в качестве обвиняемого в системе следственных действий /
Б.А. оглы Мириев // Рос. следователь. – 2011. – № 21. – С. 21–22.
220. Мириев Б.А. Отдельные вопросы организации и деятельности следственно-оперативных групп / Б.А. Мириев // Рос.
следователь. – 2011. – № 18. – С. 13–14.
141
221. Миронов Р.Г. Деятельность ОВД и УИС по обеспечению прав и законных интересов подозреваемых и обвиняемых в
совершении преступлений / Р.Г. Миронов // Гражданин и право. –
2006. – № 3. – С. 9–12.
222. Морщакова Т.Г. Об актуальности теории решений в
уголовном судопроизводстве / Т.Г. Морщакова // Уголовное судопроизводство. – 2011. – № 2. – С. 17–18.
223. Муранов А.И. Документы Международной ассоциации
юристов и их значение для российских адвокатов / А.И. Муранов
// Адвокат. – 2009. – № 1. – С. 9–11.
224. Мягких Н.И. Вопросы организации специальных психофизиологических исследований при отборе кандидатов в органы внутренних дел / Н.И. Мягких // Эксперт криминалист. – 2011.
– № 1. – С. 6–7.
225. Образцов В.А. К вопросу о методике раскрытия преступлений // Вопросы борьбы с преступностью / В.А. Образцов. –
М., 1977. – Вып. 27. – С. 107–109.
226. Образцов В.А. Криминалистическая характеристика
преступлений: дискуссионные вопросы и пути их решения / В.А.
Образцов // Криминалистическая характеристика преступлений :
сб. науч. трудов. – М., 1984. – С. 7–10.
227. Образцов В.А. О криминалистической характеристике
преступлений / В.А. Образцов, В.Г. Танасевич // Вопросы борьбы
с преступностью. – М., 1976. – Вып. 25. – С. 94–104.
228. Петрухин И.Л. От инквизиции – к состязательности /
И.Л. Петрухин // Государство и право. – 2003. – № 7. – С. 31–34.
229. Попов С. Нормы нового УПК о подозреваемом не
обеспечивают гарантии его конституционных прав / С. Попов, Г.
Цепляева // Рос. юстиция. – 2002. – № 10. – С. 15–17.
230. Резепов И.Ш. Установление личности субъекта, совершившего преступление / И.Ш. Резепов // Гражданин и право. –
2008. – № 4. – С. 17–19.
231. Рябинина Т.К. Следственный комитет или судебный
следователь? / Т.К. Рябинина // Уголовное судопроизводство. –
2011. – № 1. – С. 13–14.
232. Ряполова Я.П. Процессуальный режим задержания,
проводимого на стадии возбуждения уголовного дела / Я.П. Ряполова // Уголовное судопроизводство. – 2011. – № 1. – С. 15–19.
142
233. Савельева М.В. Фактор внезапности в тактический
операции и комбинации / М.В. Савельева // Актуальные проблемы применения УК и УПК РФ : история, теория, практика : материалы Всеросс. науч.-практ. конф., – Уфа. – 2003. – С. 164–166.
234. Сауляк О.П. Проблемы обеспечения состязательности
уголовного процесса в современной России / О.П. Сауляк // Адвокат. – 2009. – № 10. – С. 14–17.
235. Сводные отчеты ГИАЦ МВД РФ "О состоянии преступности в РФ" за 2003 – 2010 гг. – Режим доступа :
http://www.mvd.ru
236. Смирнов А.В. Модели уголовного процесса / А.В.
Смирнов. – М. : Наука, 2000.
237. Соловьев А.Б. Изучение эффективности производства
допросов и очных ставок на предварительном следствии (методика и некоторые результаты) / А.Б. Соловьев // Вопр. борьбы с
преступностью. – М., 1978. – Вып. 28. – С. 113–114.
238. Степанов А.А. Некоторые актуальные проблемы взаимодействия следователя с участниками осмотра места происшествия / А.А. Степанов // Труды Санкт-Петерб. юрид. ин-та Генеральной прокуратуры РФ. – СПб., 2001. – № 3. – С. 187–191.
239. Строгович М.С. Вопросы теории прав личности / М.С.
Строгович // Философия и современность. – М., 1976. – С. 32–37.
240. Танасевич В.Г. Дискуссионные вопросы соотношения
предметов уголовно-процессуальной науки, криминалистической
тактики и методики раскрытия преступлений / В.Г. Танасевич //
Сов. криминалистика. Теоретические проблемы. – М., 1978. – С.
35–37.
241. Трубачев А.Д. Следственные ситуации в раскрытии отдельных видов преступлений / А.Д. Трубачев // Следственные ситуации и раскрытие преступления. – Свердловск, 1976. С. 69–71.
242. Филиппов А.Г. К вопросу о тактике следственных действий / А.Г. Филиппов // Актуальные вопросы использования
достижений науки и техники в расследовании преступлений
ОВД. – М., 1990. – С. 80–86.
243. Филиппов А.Г. Общие положения методики расследования отдельных видов и групп преступлений (криминалистической методики) / А.Г. Филиппов // Криминалистика / под ред.
А.Г. Филиппова, А.Ф. Волынского. – М., 1998. С. 12–15.
143
244. Хилюта В.В. "Хищение похищенного" или проблема
правовой защиты преступного владения / В.В. Хилюта // Законодательство и экономика. – 2009. – № 1.
245. Центров Е. Наводящий вопрос и оглашение показаний
на допросе / Е. Центров // Рос. юстиция. – 2003. – № 4. – С. 30–31.
246. Чаннов С. Конфликт интересов по-новому / С. Чаннов
// "ЭЖ-ЮРИСТ". – 2009. – С. 23.
247. Чеботарева А.А. Актуализация прав и свобод человека
в условиях развития электронного государства / А.А. Чеботарева
// Юрид. мир. – 2011. – № 9. – С. 8–10.
248. Чеботарева И.Н. Право на защиту лица, задержанного
по подозрению в совершении преступления / И.Н. Чеботарева //
Уголовное судопроизводство. – 2011. – № 1. – С. 31–33.
249. Черепанова Е.В. Оценочные понятия в УК РФ и их влияние на эффективность применения уголовного законодательства /
Е.В. Черепанова// Журнал рос. права. – 2009. – № 2. – С. 12–13.
250. Черепанова Е.В. Становление и развитие уголовного
законодательства в части регламентации ответственности за организованные формы преступной деятельности в экономической
сфере / Е.В. Черепанова // Законодательство и экономика. – 2009.
– № 9. – С. 14–17.
251. Шабунин В.А. Некоторые вопросы правовых отношений руководителя следственного органа и следователя в связи с
осуществлением ведомственного процессуального контроля /
В.А. Шабунин // Рос. следователь. – 2011. – № 21. – С. 13–15.
252. Шейфер С.А. Роль защиты в формировании доказательственной базы по уголовному делу / С.А. Шейфер // Государство и право. – 2006. – № 7. – С. 64–69.
253. Шимановский В.В. К вопросу о процессуальной функции следователя в советском уголовном процессе / В.В. Шимановский // Правоведение. – 1965. – № 2. – С. 174–176.
254. Яблоков Н.П. Криминалистическая характеристика
преступлений / Н.П. Яблоков // Криминалистика / под ред. Н.П.
Яблокова, В.Я. Колдина. – М. : Норма, 1990. – С. 329–332.
255. Якубович Н.А. Понятие обвинения и основания привлечения лица в качестве обвиняемого / Н.А. Якубович // Необоснованное обвинение и реабилитация в уголовном процессе. –
М., 1995. – С. 3–4.
144
IV. Диссертации, авторефераты
256. Гавло В.К. Проблемы теории и практики криминалистической методики расследования преступлений : автореф. дис.
... д-ра юрид. наук / В.К. Гавлов. – М., 1988. – 46 с.
257. Гармаев Ю.П. Теоретические основы формирования
криминалистических методик расследования преступлений : автореф. дис. ... д-ра юрид. наук / Ю.П. Гармаев. – М., 2003. – 38 с.
258. Даровских С.М. Принцип состязательности в уголовном процессе России и механизм его реализации : автореф. дис.
... канд. юрид. наук / С.М. Даровских. – Челябинск, 2001. – 28 с.
259. Демидов Ю.Н. Основы борьбы с преступностью в социально - бюджетной сфере : криминологические и уголовноправовые аспекты : автореф. дис. ... д-ра юрид. наук / Ю.Н. Демидов. – М., 2002. – 44 с.
260. Колесниченко А.Н. Научные и правовые основы расследования отдельных видов преступлений : автореф. дис. ... д-ра
юрид. наук / А.Н. Колесниченко. – Харьков, 1967. – 42 с.
261. Корж В.П. Теоретические основы методики расследования преступлений, совершаемых организованными преступными образованиями в сфере экономической деятельности : автореф. дис. ... д-ра юрид. наук / В.П. Корж. – Киев, 2003. – 48 с.
262. Кустов A.M. Криминалистическое учение о механизме
преступления: автореф. дис. ... д-ра юрид. наук / А.М. Кустов. –
М., 1997. – 38 с.
263. Лотыш Т.А. Принцип состязательности и гарантии его
обеспечения в уголовном судопроизводстве : автореф. дис…
канд. юрид. наук / Т.А. Лотыш. – М., 2003.
264. Лубин А.Ф. Методология криминалистического исследования механизма преступной деятельности : автореф. дис. ... дра юрид. наук / А.Ф. Лубин. – Н. Новгород. 1997. – 42 с.
265. Лукичев Н.А. Состязательность и равноправие сторон в
уголовном процессе : дис. … канд. юрид. наук / Н.А. Лукичев. –
Саратов, 2003. – 214 с.
266. Пикалов И.А. Состязательность в системе принципов
уголовного процесса и ее реализация стороной защиты на досудебных стадиях : автореф. дис. … канд. юрид. наук / И.А. Пикалов. – Екатеринбург, 2006. – 26 с.
267. Романов С.В. Понятие, система и взаимодействие про-
145
цессуальных функций в российском уголовном судопроизводстве
: автореф. дис. ...канд. юрид. наук/ С.В. Романов.– М., 2007.– 28 с.
268. Рытькова В.Ю. Правовое регулирование процессуального статуса следователя в уголовном судопроизводстве России:
автореф. дис. ... канд. юрид. наук / В.Ю. Рытькова. – Калининград, 2007. – 32 с.
269. Смирнов А.В. Типологии уголовного судопроизводства:
автореф. дис…. канд. юрид. наук / А.В. Смирнов. – М., 2001.
146
ОГЛАВЛЕНИЕ
ВВЕДЕНИЕ
ГЛАВА 1. ТЕОРЕТИКО-МЕТОДОЛОГИЧЕСКИЕ ОСНОВЫ
ИССЛЕДОВАНИЯ ПРОЦЕССУАЛЬНЫХ ФУНКЦИЙ
СЛЕДОВАТЕЛЯ В СОСТЯЗАТЕЛЬНОМ УГОЛОВНОМ
ПРОЦЕССЕ
1. 1. Понятия "процессуальные функции" и "полномочия
следователя", их соотношение и отграничение от иных терминологических единиц
1.2. Классификация задач и процессуальных функций следователя
ГЛАВА 2. ПРОБЛЕМЫ РЕАЛИЗАЦИИ
ПРОЦЕССУАЛЬНЫХ ФУНКЦИЙ СЛЕДОВАТЕЛЯ В
УСЛОВИЯХ СОСТЯЗАТЕЛЬНОСТИ
2.1. Понятие состязательности сторон в отечественном законодательстве
2.2 Проблемы реализации процессуальных функций следователя в рамках досудебного производства
2.3 Нравственные основы осуществления следователем процессуальных функций
2. 4. Роль следователя и суда в вопросах избрания меры пресечения в отношении подозреваемых и обвиняемых на досудебных стадиях уголовного процесса
ГЛАВА 3. НАПРАВЛЕНИЯ ОПТИМИЗАЦИИ
ПРОЦЕССУАЛЬНОЙ ДЕЯТЕЛЬНОСТИ СЛЕДОВАТЕЛЯ В
СОВРЕМЕННЫХ УСЛОВИЯХ
3.1 Проблемы правоприменительной практики в сфере реализации функций следователя
3. 2. Система оценки процессуальной деятельности следователя: проблемы и перспективы развития
ЗАКЛЮЧЕНИЕ
СПИСОК ИСПОЛЬЗОВАННЫХ НОРМАТИВНОГО
МАТЕРИАЛА И СПЕЦИАЛЬНОЙ ЛИТЕРАТУРЫ
3
5
5
13
27
27
50
63
77
90
90
103
119
125
147
148
Научное издание
Дутов Николай Юрьевич
ПРОЦЕССУАЛЬНЫЕ ФУНКЦИИ СЛЕДОВАТЕЛЯ В
СОСТЯЗАТЕЛЬНОМ УГОЛОВНОМ ПРОЦЕССЕ И
ОСОБЕННОСТИ ИХ РЕАЛИЗАЦИИ
Монография
Издается в авторской редакции.
Подписано в печать 10.11.2015 г. Формат 60х841/16
Бумага кн.-журн. П.л. 9,25. Гарнитура Таймс.
Тираж 40 экз. Заказ №12963
Федеральное государственное бюджетное образовательное учреждение
высшего образования «Воронежский государственный аграрный университет
имени императора Петра I»
Типография ФГБОУ ВО Воронежский ГАУ.
394087, Воронеж, ул. Мичурина, 1
1/--страниц
Пожаловаться на содержимое документа