close

Вход

Забыли?

вход по аккаунту

?

Проблема ценностной переориентации русского общества второй половины XIX начала XX веков (на примере Нижегородской ярмарки).

код для вставкиСкачать
КУЛЬТУРОЛОГИЯ. ИСКУССТВОВЕДЕНИЕ
УДК 101.1008
Аймалетдинова Лариса Андреевна
кандидат философских наук
Нижегородский государственный технический университет им. Р.Е. Алексеева
larisa.colesova@yandex.ru
ПРОБЛЕМА ЦЕННОСТНОЙ ПЕРЕОРИЕНТАЦИИ РУССКОГО ОБЩЕСТВА
ВТОРОЙ ПОЛОВИНЫ XIX – НАЧАЛА XX ВЕКОВ
(на примере Нижегородской ярмарки)
Проблемой, обсуждаемой в этой статье, является переориентация ценностей российского общества XIX –
начала XX столетий (на примере Нижегородской ярмарки). Понимание всех тех культурных и эстетических
изменений, которые имели место в прошлом, особенно важны сегодня для соответствующего восприятия
подобных социокультурных изменений в России.
Ключевые слова: аксиологический анализ, девиантное поведение, ценностная шкала, Нижегородская ярмарка, социальный контроль.
У
же со второй половины XVIII века духом российского общества стало завладевать прозаическое понятие
пользы, эта тенденция еще более усилилась
в XIX веке, когда мощное индустриальное развитие, технический прогресс, роль двигателя которого в России играло купечество, ориентированное (в силу своей специфики) на материальную
культуру, приводит к тому, что именно купеческая модель картины мира с ее аксиологической
шкалой постепенно становится доминирующей
над всеми остальными. Модель эстетических,
нравственных, культурных ценностей купеческого сословия в XIX веке выходит за пределы отдельной социальной группы и претендует на роль
универсальной, становясь опасной уже тем, что
отвергает иные картины мира с их ценностными
установками. Такой период в истории (когда активность одного психологического типа становится более интенсивной по отношению к другим
и невольно такой психологический тип начинает
доминировать над остальными) Л. Гумилев называет «фазой надлома». Результатом такой социализации предпринимательской картины мира
стала экзальтация массовой культуры, основанной на материальных ценностях.
Таким образом, с подъемом промышленности в начале XIX века начинается процесс мутации российской культуры. Постепенно происходит активизация устойчивых и древних ее пластов. Например, столь характерное для русского
человека колебание между порядком и хаосом,
свободой и деятельностью во многом проявилось
© Аймалетдинова Л.А., 2011
в менталитете купца 2-й половины XIX века. Силу
инстинктов, жажду свободы русского человека
не смог заглушить западный аскетизм; западный
образ жизни, насаждаемый в Петровскую эпоху;
дух игры и свободы оказался неискоренимым,
о чем говорит непреодолимая тяга русского предпринимателя к кутежам и разгулу.
Подобным потребностям в полной мере отвечала такая форма экономической и культурной
жизни русского общества, как ярмарка, сочетавшая в себе важные функции промышленной
и экономической жизни и, вместе с тем, всегда
ассоциировавшаяся с безудержным весельем.
Для русского купечества XIX века ярмарка
становится, по сути, единственным субкультурным образованием, полностью соответствующим его ценностным установкам, где массовый
спрос на рафинированные чувственные наслаждения явился причиной активизации массовой
культуры с ее чувственно-эмоциональной насыщенностью содержания, выразительностью, экспрессивностью, зрелищностью – всем тем, что
могло отвлечь, заполнить существовавшую духовную пустоту.
Беря во внимание вышесказанное, можем
отметить, что ярмарка стала моделью культуры
нарождающегося в России в начале XIX века капитализма, более того, моделью российской культуры, в которой происходила актуализация купеческой картины мира. К тому же аксиологическая переориентация проходила в нелегкое для
нашей страны время, в годы военных потрясений, революционных волнений, когда рушился не
Вестник КГУ им. Н.А. Некрасова  № 3, 2011
93
КУЛЬТУРОЛОГИЯ. ИСКУССТВОВЕДЕНИЕ
только государственный строй, но нравственные
идеалы и ценности, в период истории, который
Ю. Тынянов определил как «культурный промежуток».
Характерные для этой эпохи социальная аномия, общественная нестабильность, паралич власти отмечает и К. Леонтьев. Он говорит, что для
этого периода характерно формирование некоего
обезличенного среднего типа – так называемого
«человека массы». Такой «средний человек»
и становится доминирующим типом личности
в российской культуре 2-й половины XIX века.
Тема статьи звучит особенно актуально в контексте современной социокультурной ситуации
в России. Попытки демократизации всех сфер
общественной жизни, развитие новых направлений в российской экономике, рост проституции,
преступности, ряд других сложных явлений в нашем обществе выступают своеобразным эхом
исторических процессов в России XIX – начала
XX вв.
Мир смеховых форм карнавального творчества всегда противостоял официальной авторитарной культуре, то есть сложившейся социальной норме. Превратившись в товар для рынка,
карнавальная культура, как таковая, всегда являлась одной из самых прибыльных отраслей экономики. Подробное освещение этого аспекта
массовой культуры дал в своих работах Чингиз
Айтматов. По его мнению, «сила массового искусства в наглядном и неотвратимом действии
рыночного спроса-предложения. Рынок же всесилен по той простой причине, что его искусство… сумело, прочно и навсегда оседлать коня
с тремя головами, коня …базовых инстинктов
…со всеми их бесчисленными вариациями в различных жанрах и действах» [1, с. 7].
Н.А. Бердяев в своей работе «Философия неравенства» отмечал, что «происходящая в мире демократическая революция не оправдывает себя
высокой ценностью и высоким качеством культуры, которую она несет с собой в мир» [2, с. 264]. По
причине всеобщей демократизации, по мнению
философа, культура понижается в своем качестве
и в своей ценности, «она делается более дешевой,
более доступной, более комфортабельной, но и более плоской, пониженной в своем качестве».
Целостная концепция массовой культуры
была предложена испанским философом и ис-
94
Вестник КГУ им. Н.А. Некрасова  № 3, 2011
кусствоведом Хосе Ортегой-и-Гассетом. Он утверждал, что обезличенная масса не вторит элитарному меньшинству, а, напротив, является его
оппозицией. Вытеснение так называемой элиты
из традиционных для нее областей (культуры, политики) приводит к общественным бедам. Для
испанского философа человек массы – человек,
лишенный самостоятельности и индивидуальности.
Ярмарка в этом случае рассматривается как
карнавал, вечное ощущение праздника. Ярмарочная субкультура здесь выступает в качестве
временной доминанты, позволяющей погрузиться в атмосферу свободы, изобилия, равенства, ее
составляющие замещают утраченные обществом
нормы и ценности, особое значение приобретает эстетическая составляющая карнавала: чувственно-эмоциональная насыщенность содержания, выразительность. В этих условиях человек,
утрачивая свою индивидуальность, растворяется
в толпе, оказывается в пограничном состоянии
между реальной жизнью и театральным действом. Социальная норма отступает, ее заменяет
непреодолимая тяга к разгулу.
В начале XIX века в связи с подъемом промышленности, активизацией купеческого сословия, являющегося, по сути, двигателем технического прогресса, в России начинается процесс
мутации российской культуры, экзальтации массовой культуры. Ярмарочная субкультура, основанная на инстинктах, выступала в этом случае
как спасение, замещение утраченных обществом
норм и ценностей. В условиях «ярмарочного
праздника» человек, лишаясь своей индивидуальности, растворяется в толпе, оказывается в пограничном состоянии между реальной жизнью
и театральным действом. При всем позитивном
финансово-экономическом значении Нижегородской ярмарки, которое отмечается в существующей литературе, необходимо учитывать всю
совокупность негативных, антикультурных явлений, которые закономерно сопровождали ее функционирование.
Библиографический список
1. Айтматов Чингиз. В ожидании прибытия
XXI века // Известия. – 1998. – №23. – С. 7.
2. Бердяев Н.А. Философия неравенства. – М.:
Има-пресс, 1990. – 285 с.
1/--страниц
Пожаловаться на содержимое документа