close

Вход

Забыли?

вход по аккаунту

?

uploaded 0E305DE041

код для вставкиСкачать
На правах рукописи
Батурина Ирина Владимировна
Концепция творчества
в русской религиозной философии
XIX - начала XX вв.
Специальность 09.00. 03 –
«История философии»
Автореферат диссертации на соискание ученой степени доктора
философских наук
Москва - 2017
2
Работа выполнена в Государственном образовательном учреждении высшего образования
Московской области Московском государственном областном университете (МГОУ) на
кафедре философии
Научный консультант
Песоцкий Владислав Анатольевич,
доктор философских наук, профессор, заведующий
кафедрой философии Государственного образовательного
учреждения высшего образования Московской области
Московского государственного областного университета
Официальные оппоненты:
Ильин Виктор Васильевич,
доктор философских наук, профессор, заведующий
кафедрой «История и Философия» Калужского филиала
Федерального
государственного
бюджетного
образовательного учреждения
высшего образования
«Московский государственный технический университет
им. Н.Э Баумана
(национальный исследовательский
университет)»
Кравченко Виктория Владимировна,
доктор философских наук, профессор
кафедры
лингвистики
и
переводоведения
Федерального
государственного
бюджетного
образовательного
учреждения
высшего
образования
«Московский
авиационный институт (национальный исследовательский
университет)»
Пархоменко Роман Николаевич,
доктор философских наук, доцент, профессор кафедры
«Философия
и
культурология»
Федерального
государственного
бюджетного
образовательного
учреждения
высшего
образования
«Российский
университет транспорта (МИИТ)»
Ведущая организация:
Федеральное
образовательное
«Мурманский
университет»
государственное
бюджетное
учреждение высшего образования
Арктический
государственный
Защита состоится «1» марта 2018 г. в 15 -00 часов на заседании диссертационного совета
по философским наукам Д 212.155.08 на базе Государственного образовательного
учреждения высшего образования Московской области Московского государственного
областного университета по адресу: 105005, г. Москва, ул. Радио, д. 10а.
С диссертацией можно ознакомиться в библиотеке МГОУ по адресу: 105005, г. Москва, ул.
Радио, д. 10а, а также на сайте: http://mgou.ru
Электронная версия автореферата размещена на официальном сайте МГОУ www.mgou.ru и
сайте ВАК Минобрнауки РФ http://www.vak3.ed.gov.ru
Автореферат разослан «
» ____________ 2017 года.
Ученый секретарь Диссертационного совета
Д 212.155.08
кандидат философских наук
Глинский А.В.
3
I. ОБЩАЯ ХАРАКТЕРИСТИКА РАБОТЫ
Актуальность темы исследования. Изучению проблемы творчества посвящались
многие философские и научные работы на протяжении всей истории человечества. Нет ни
одного крупного философа или ученого, которого бы творчество в той или иной степени не
увлекло в качестве важнейшего предмета исследования, – ведь окружающий мир, сам
человек, культура и вообще абсолютно всё – именно творение, как высших, метафизических,
сил, принципиально непознаваемых, так и собственно человеческих устремлений. В наше
время сложнейший феномен творчества пытаются постичь философия и множество
различных
наук:
психология, эвристика, культурология, языкознание, синергетика,
информатика, теория решения изобретательских задач (ТРИЗ) и др. Бесспорно, что уже
получены и широко используются различные результаты современных исследований
творчества. Обобщенно нынешнее понимание сути творчества отражено в определении
И.А. Бесковой и И.Т. Касавина:
«творчество – категория философии, психологии и
культуры, выражающая собой важнейший смысл человеческой деятельности, состоящий в
увеличении многообразия человеческого мира в процессе культурной миграции»1. Но, как
будет показано в данной работе, до целостного и глубокого понимания этого феномена еще
очень далеко – ведь творчество совсем не только чисто рационально понятое «увеличение
многообразия человеческого мира»,
а важнейший путь
непостижимой тайне собственного бытия, в
приближения человека
метафизической её трактовке
к
— как
устремленности твари к Абсолюту. Такой, глубинный, философский, ракурс рассмотрения
феномена творчества как исследовательской проблемы неизбежно должен преодолеть чисто
рационалистические и секулярные подходы к нему, которые, к сожалению, в современных
разработках явно преобладают и даже подавляюще господствуют.
Для характеристики
нынешнего состояния дел замечательно подходит известное высказывание Гегеля: «Какое
это было безотрадное время для истины, когда исчезла всякая метафизика и пользовалась
признанием философия, которая вовсе не была философией»2.
Мысль Гегеля нами рассматривается ещё и для того, чтобы сразу же подчеркнуть
крайне важный, особенно для историко-философского исследования,
конкретно-
исторический контекст понимания того или иного феномена, в том числе творчества. Что
это значит? Каждая эпоха, каждое время
выносит на первый план, на самое острие
человеческого рассмотрения именно то, что больше всего волнует, что больше всего
востребовано и желанно.
1
2
Зададимся подобным вопросом по отношению к нашей
Энциклопедия эпистемологии и философии науки. – М.: «Канон+» РООИ «Реабилитация», 2009. С. 954.
Гегель. Лекции по истории философии. – СПб, 1994. Кн.3. С. 490.
4
исторической эпохе и
попытаемся определить современный запрос и «злобу дня» для
нахождения того исследовательского направления, которое, будучи примененным к целям
нашего исследования феномена творчества, помогло бы выбрать именно актуальный самый взыскуемый - вектор дальнейшего постижения этого феномена.
Подчеркнем, что подлинная актуальность любого исследования, в том числе и
нашего, – это соответствие его предмета именно чаяниям исторического времени.
Актуальные
—
это только те научные или философские ответствования на вопросы,
которые этим временем действительно уже заданы, уже артикулированы самой эпохой,
самим состоянием развития человека и социума, и без этих ответов не будет успешного
движения вперед, т.е. за пределы той или иной исторической эпохи.
Подходя именно с таких позиций к определению актуальности
исследования, мы обнаружили, что
кризис
сугубо
и нашего
«злобой дня сегодняшнего» является глубочайший
рационалистического, а значит
антропоцентристского, секулярного,
отношения к миру и самому человеку. Фактически этот кризис длится уже очень давно —
от учения софистов и особенно от эпохи Возрождения, когда человек был объявлен
единственным царем и богом этого мира, когда природа была ему «отдана» в полное
хозяйствование: без границ и контроля, как простое вместилище разного рода ресурсов и
богатств, которые нужно добыть и
использовать. Название этому явлению
–
антрополатрия: возведение человека в предмет поклонения, идолопоклонство перед
человеком3. Теперь эти времена уже заканчиваются, все зримее угрозы «Потопа», а вместе с
ними проявляется понимание ложности такого человеческого пути, его тупиковости и
катастрофичности, его полной бестолковости и бессмысленности. В настоящее время
обнаружен и разносторонне исследуется (в работах В.А. Лекторского, В.А. Кутырева, А.Г.
Дугина, П.С. Гуревича, Б.Г. Юдина и др.) феномен
деантропологизации, «умирания»
человека, суть которого, по П.С. Гуревичу, в том, что человек перестает восприниматься
нами как антропологическая данность, а все, о чем писали философы, постепенно теряет
всякий смысл…
Именно поэтому в нашу эпоху появляется новая востребованность сакрального,
метафизического, религиозного понимания самой сути мира и жизни, необходимость
решительного отказа от крайне разрушительного для людей узкого рационализма,
доведенного до предела всякого рода позитивизмами, утилитаризмами и т.п. Нужно
радикально менять вектор движения и развития, а для этого искать новые или ранее
утерянные смыслы, которые во всем будут превышать сегодняшние с их «увеличением
многообразия человеческого мира в процессе культурной миграции». Отметим, что раннее
3
Русская философия. Энциклопедия. Под ред. М.А. Маслина. М., 2007. С. 27.
5
утерянное помогают найти исследования именно историко-философского характера, –
отсюда их крайняя актуальность, необходимость, значимость.
Почему именно русская религиозная философия XIX- начала XX
вв.
так
востребована для решения назревших эпохальных проблем современности? Ответ на этот
вопрос содержится в самой сущности русской философии, прежде всего, — философии
религиозной: русские философы стремились всегда не просто к открытию нового знания, но
к радикальному, в каких-то чертах даже максималистскому, переустройству мира, человека,
общества в целом; достаточно в качестве примера такого подхода к философствованию
сослаться на известную мысль Ф.М. Достоевского: «спасемся либо все, либо никто».
Предельное, глобальное, целостное вопрошание русских религиозных философов и
позволило им исследовать
аксиологические,
онтологические, гносеологические, антропологические,
теологические
и
иные
вопросы
и
проблемы
столь
глубоко
и
метафизически, что именно таковые философские достижения могут стать решающими в
переходе от одной исторической эпохи к другой. До этого, конечно, очень далеко: русская
религиозная философия, да и вообще любая философия, пока не востребована должным
образом, поэтому одна из задач данного исследования – помочь состояться
чуду
целительной встречи, с одной стороны, человечества, отягощенного своими пороками и
язвами и, с другой стороны, русских религиозных философов как мудрых проводников и
наставников, которые в состоянии вывести из удушающей беспросветности сегодняшнего
дня.
При этом необходимо помнить, что наукоцентризм – это тоже один из главных
пороков нашей культуры, застывшей в «фальшивой нормализации мира» (Ю.Кристева).
Полная и безусловная надежда на возможности только одной науки, причем исключительно
технократической, тщетна:
наука сама порождает неполное, искаженное понимание
соизмерения человека и бытия, уводит от необходимости поиска главного - смысла самой
человеческой жизни. Недаром Гегель ввел понятие «несчастного сознания», для которого
характерна разделённость гармонии и хаоса, поверхностного и глубинного, временного и
вечного. Заметим, что такая раздвоенность «несчастного сознания» - во многом следствие
противостояния науки и религии, которым, как обосновывается в русской религиозной
философии, вовсе не должно друг с другом враждовать, а, наоборот, следует вместе искать
непротиворечивое и всегда до конца не постижимое первоединство бытия.
При констатации основной проблемы современности
необходимо помнить слова
известного французского философа Ж.-Ф. Лиотара, по мнению которого, в мире в настоящее
время произошла вселенская реабилитация посредственности. И в нынешних реалиях
востребована именно посредственность — без творчества, без таланта, без вдохновения, без
6
движения к абсолютным целям и, соответственно, трагедийности,
ограниченная лишь
достижением своей сытости и довольства в пределах «мира сего»…
В мире царит
человеческое, слишком человеческое, в центре внимания — индивидуальное, эгоистическое,
меркантильное, сугубо относительное и временное; вечное и абсолютное, подлинное,
сложное
пока
«на
обочине»
сегодняшнего
развития
«человека
внешнего»,
самоцентрированного, рационального. В этом и суть современного западного, точнее
американского,
варианта глобализации – попытки управления миром через
«искушение
хлебами», причем «хлебами» совершенно разными для разных стран и народов: кому
«каравай и калач», а кому - «заплесневелую корку»…
Очевидно, что из этого тупикового и, в конечном счете, катастрофического
состояния можно выйти, лишь когда
творчество в его подлинном разнообразии и
сложности станет началом настоящей
борьбы за восстановление целостного –
«внутреннего» - человека, за утверждение в мире подлинных ценностей и смыслов. Именно
истинное творчество – главная возможность и сохраняющаяся надежда вернуть
миру,
обществу, культуре давно утраченную подлинность, гармонию, сложность и красоту вместо
нынешнего господства примитивности и пошлости, разрушающих все и вся в непрерывной
череде кризисов. Выдающийся отечественный исследователь человеческого
мозга Н.П.
Бехтерева подчеркивает, что «творчество необходимо сегодня более чем когда-либо, и оно
должно быть переориентировано на цели сохранения человечества и всего живого на нашей
планете»4.
Но для утверждения подлинного творчества нужно такое же подлинное его
понимание, которого пока совершенно нет, ибо современное осмысление феномена
творчества – очевидный продукт еще нынешней, рационалистической и антропоцентистской,
его трактовки, трактовки господствующей исторической эпохи «вселенской реабилитации
посредственности».
Что здесь следует подчеркнуть в первую очередь? То, что творчеством может быть не
любая, а только такая деятельность, которая устремлена к абсолютным ценностям и
целям,
к
абсолютному
устремленностью
человека
благу;
к
рационалистический
совершенной
боговдохновенной любви, что является
и
вечной
формализм
жизни,
религиозным началом.
совершенного выступает осью метафизики.
к
преодолевается
Истине
путем
Искание вечного,
И наоборот: греховность человеческих
поступков онтологически проявляется через противление Истине, даруемой нам Богом в
законе вечной любви, в преодолении людьми своего отчужденного друг от друга и от Бога
существования. Итак, нами получен крайне важный результат исследования: выходит, что
4
Бехтерева Н.П. Магия мозга и лабиринты жизни. М. – СПб. 2007. С. 189.
7
направление творчества как особой активности человека в этом мире от эвдемонии как
любви к себе — к созерцанию и служению как любви к Абсолюту; все мировые религии
стремились во все времена включить людей именно в это «духовное делание», а
следовательно, в подлинно понимаемое творчество. Парадоксально, но все же истинно, что
для приобщения человека к творчеству усилия религии превышают усилия рационализма, а
значит
науки. Отсюда легко придти к выводу: науке постичь
подлинную сущность
творчества мешает отсутствие целостности, от которой она отказалась в противостоянии с
религией, что нашло свое самое яркое выражение в секуляризации мира и человека. Этот
вывод также может быть отнесен к нетривиальным результатам нашего исследования.
Таким образом, актуальность исследования феномена творчества нами не просто
доказана, а именно она и определяет одну из коренных сторон смены исторических эпох: от
времени «вселенской реабилитации посредственности» к веку «вселенского осознания
смысла творчества», от эпохи господства «человека внешнего» — к новому времени, в
котором сначала произойдет восстановление «человека внутреннего». Что разделяет эти
собирательные характеристики – «внешнего» и «внутреннего» — в человеке?
Как раз
именно искра творчества – то самое начало, которое побуждает человека не опускаться, а
подниматься, не
двигаться
лишь к суетному и временному и потому ложному, а
устремиться к вечному, совершенному, целостному — Истине. Первоначальный
критерий
подлинного творчества, в авторском его понимании, уже появился: необходимость
движения от научного рационализма в трактовке сути этого феномена к глубинному его
раскрытию — через философию, метафизику, религию.
К проблеме творчества может прикоснуться только философия, являющаяся
определенным родом герменевтической деятельности, приумножающей смыслы5.
Тогда
направление данного исследования очевидно: это ответ на вопросы о роли и значении
творчества, о его общих и особенных чертах, о его онтологии, гносеологии, аксиологии,
антропологии, теологии и т.д., причем в концептуальном единстве и целостности всех этих
сущностных начал. Обозначенные здесь актуальные и необходимые направления не только
исследуются в нашей диссертационной работе, но и находят конкретное и обоснованное
решение:

именно историко-философское, поскольку для подлинного движения в новую
историческую эпоху нужно во многом вернуться назад – к великим по своему масштабу
достижениям русской религиозной философии, в том числе в области творчества;
5
Русская философия. Энциклопедия. Под ред. М.А. Маслина. М., 2007. С. 341.
8

именно диссертационное,
поскольку необходимо новое постижение
сущности творчества, соответствующее исканиям нашего
времени, но одновременно
преодолевающее его тщету и бесплодность, вырастающее не из «ничто», а из
неисчерпаемого богатства по-новому прочитанных и осмысленных текстов.
Степень разработанности проблемы. Как уже было отмечено, проблема творчества
в скрытом или явном виде постоянно присутствовала у философов в качестве одного из
важнейших предметов исследования. В философии Сократа, Платона, Аристотеля, Эпикура,
Плотина, Августина, Ф. Аквинского, Р. Декарта, Дж. Бруно, Б. Спинозы, Г.В. Лейбница, Т.
Гоббса, Д. Беркли, И. Канта, И.Г. Фихте, Ф.В. Шеллинга, Новалиса, Г.В. Гегеля, А.
Шопенгауэра, Ф. Ницше, В. Дильтея, А. Бергсона, Г. Г. Гадамера, Н. Гартмана, Э. Гуссерля,
К. Ясперса, М. Хайдеггера, А. Камю, Ж.-П. Сартра, Э. Фромма, Х. Ортеги-и-Гассета, М.
Мерло-Понти, Г. Риккерта, Т. Адорно, Ж. Делеза, М. Фуко, Ф. Гваттари, Р. Барта, Ж.
Бодрийяра, Ж. Дерриды и др. содержится огромное разнообразие идей, теоретических
построений, философских интуиций о природе и сущности творчества.
Из отечественных мыслителей, внесших существенный вклад в решение этой
проблемы, необходимо отметить Аксакова И.С., Аксакова К.С., Андрея Белого (Бугаева
Б.Н.), Бахтина М.М., Бердяева Н.А., Брюсова В.Я., Булгакова С.Н., Вышеславцева Б.П.,
Гоголя Н.В., Голубинского Ф.А., Достоевского Ф.М., Зеньковского В.В., Ильина И.А.,
Карсавина Л.П., Киреевского И.В., Кудрявцева-Платонова В.Д., Лапшина И.И., Леонтьева
К.Н., Лосева А.Ф., Лосского Н.О., Менделеева Д.И., Мережковского Д.С., Михневича И.Г.,
Муравьева В.Н., Несмелова В.И., Платона, митрополита Московского (Левшина П.Е.),
Потебни А.А., Рериха Н.К., Розанова В.В., Самарина Ю.Ф., Сковороду Г.С., Соловьева B.C.,
Толстого Л.Н., Трубецкого С.Н., Успенского П.Д., Федорова Н.Ф., Флоренского П.А.,
Флоровского Г.В., Франка С.Л., Циолковского К.Э., Чаадаева П.Я., Шестова Л. (Шварцмана
Л.И.), Шпета Г.Г., Шпира А.А., Энгельмейера П.К., Эрна В.Ф., Юркевича П.Д. и многих др.
В их исследованиях содержится множество важных результатов, выводов, прозрений,
догадок, образов, позволяющих увидеть феномен творчества с разных сторон и во всей его
фундаментальной
сложности;
основные
из
результатов
будут
представлены
и
проанализированы в нашей работе.
Из современных авторов, исследовавших феномен творчества, необходимо отметить
Е.В. Алёхину, В.Ф. Асмуса, А.С Ахиезера, В.У. Бабушкина, Г.С. Батищева, В.К. Батурина,
В.В. Бибихина , B.C. Библера, А.С. Богомолова, В.П. Визгина, П.П. Гайденко, B. Д. Губина,
М.В. Желнова, Э.В. Ильенкова, П.В. Калитина, З.А. Каменского, Ф.Х. Кесседи, В.А.
Коваленко, О. А. Кривцуна, М.А. Кузнецову, В.И. Купцова, В.А. Лекторского, М.К.
Мамардашвили, Н.В. Мотрошилову, И.С. Нарского, А.Л. Никифорова, Б.В. Новикова, Т.И.
9
Ойзермана, В.Н. Поруса, П.А. Рачкова, В.П. Рожина, В.Н. Сагатовского, В.И. Самохвалову,
В.В. Соколова, Н.П. Французову, В.С. Швырева, В.А. Яковлева и др.
Так, например, методологические и теоретические аспекты феномена творчества
исследуются в работах Ф.Е. Ажимова, Г.С.Батищева, И.А. Бесковой, В.С. Библера, Д.Б.
Богоявленской,
С.В. Ваймана, С.С. Гольдентрихта, В.А. Елисеева, Е.Н. Князевой, В.А.
Коваленко, А.М. Коршунова,
Л.С. Коршуновой, А.Н. Лук, М.К. Мамардашвили, Л.А.
Микешиной, А. Михайловой, В.В. Налимова, Е.А. Никитиной, Н.С. Оботуровой,
В.М.
Петрова, Д.Д. Пронкина и С.В. Пронкиной, В.М. Розина, С.С. Рочева, С.Н. Семенова, В.П.
Толстого и Д.О. Швидковского, Ю.А. Урманцева, Н.П. Французовой, В.С. Хазиева, Д.Б.
Чернышова, Г.П. Щедровицкого и др.; духовные основания творчества – в трудах Е.В.
Алёхиной,
Ю. Бохеньского, Н.К. Бородиной, Л.Г. Бузуновой, Б.С. Галимова, А.В.
Лукьянова, В.В. Налимова, Н.А. Некрасовой, В.С. Овчинникова, К.М. Ольховикова, В.Н.
Финогентова, С.В.
Хомутцова
и др.; проблемам научного и технического творчества
посвящены исследования Г.С. Альтшуллера, Ф.И. Гиренка, В.Я. Головных, Б.Т. Григорьян,
Б.М. Кедрова, Г.Г. Кириленко, Е.Н. Князевой, А.С. Майданова, С.В. Макеева, Е.В. Шевцова,
К.С. Пигрова и Л.В. Яценко, В.П. Филатова, Л.А. Ширяева, Д.М. Щелкунова и др.;
проблематика художественного творчества представлена в работах Д.А. Бабушкиной,
В.В. Бычкова, Ю.Б. Борева, И.А. Бродского, С.В. Ваймана, Т.П. Григорьевой, М.С. Кагана,
В.В. Калмыковой, О.А. Кривцуна, С.А. Лишаева,
О.Э. Мандельштама, А.А. Оганова,
Столетова А.И., В.П.Шестакова, М.Н. Эпштейна и др.
Среди многочисленных диссертационных исследований по философии, защищенных
в последние годы, в которых в той или иной мере затронута проблематика творчества,
необходимо отметить труды
Е.В.Алехиной6,
И.А.
Беляева7,
О.В.
Ивановской8,
М.А.
Кузнецовой9,
Н.С.
Оботуровой10, А.И. Столетова11, С.В. Хомутцова12 и др.
6
Алёхина Е. В. Концепция смысла жизни в русской религиозной философии
(конец XIX- первая половина ХХ века) // Автореферат диссертации на соискание ученой степени доктора
философских наук. М., 2011.
7
Беляев И.А. Целостность человека в аспекте взаимосвязи его способностей и потребностей // Автореферат
диссертации на соискание ученой степени доктора философских наук. Челябинск, 2012.
8
Ивановская О.В. Вера как феномен культуры // Автореферат диссертации на соискание ученой степени
доктора философских наук. Волгоград, 2012.
9
Кузнецова М.А. Творчество как атрибут человеческого бытия // Автореферат диссертации на соискание
ученой степени доктора философских наук. – Волгоград, 2010.
10
Оботурова Н.С. Идея в структуре познания и деятельности // Автореферат диссертации на соискание ученой
степени доктора философских наук. М., 2011.
11
Столетов А.И. Онтология художественного творчества // Автореферат диссертации на соискание ученой
степени доктора философских наук. Уфа, 2009.
12
Хомутцов С.В. Духовность, ее подобия и антиподы в культуре. // Автореферат диссертации на соискание
ученой степени доктора философских наук. Барнаул, 2009.
10
Крайне важными источниками для нашего исследования были работы по истории
русской философии П.В. Алексеева, С.С. Бычкова,
П.П. Гайденко,
М.Н. Громова,
Л.А.
Деминой, А.В. Деникина, В.Е. Доли, И.И. Евлампиева, Б.В. Емельянова, О.Т. Ермишина,
А.Ф. Замалеева,
В.К. Кантора,
М.А. Маслина,
Н.В.
А.П. Козырева,
Мотрошиловой,
А.Т.
Л.Ф.
Копосова,
Павлова,
В.Л.
В.Я. Пащенко,
Курабцева,
В.Н. Поруса,
В.Ф. Пустарнакова, И.И. Семаевой, В.В. Сербиненко, А.К. Судакова, С.С. Хоружего, И.В.
Цвык, Т.Г. Щедриной и др. Особо следует подчеркнуть вклад в развитие истории русской
философии авторского коллектива под руководством М.А. Маслина, выпустившего целый
ряд фундаментальных трудов историко-философской направленности13.
Большую помощь
в решении методологических проблем исследования истории
русской философии конца XIX - начала XX вв. оказала монография Т.Г. Щедриной14, в
которой представлен анализ различных рукописей указанного исторического периода,
причем не только законченных текстов, но и черновиков, планов, конспектов, через
содержание которых зримо видна работа живой философской мысли, просвечивается сам
процесс творчества в поиске философских решений, а, в конечном итоге, - в обретении
жизненно важных смыслов бытия.
В процессе работы над диссертацией использованы различные электронные ресурсы:
фонды
сервера
«Русское
православие»15,
материалы
информационной
системы
«Фундаментальная электронная библиотека: русский язык и фольклор»16, ресурсы
информационно-энциклопедического проекта «Рубрикон»17, возможности портала «Лекции
русских историков»18,
библиотека
ресурсы информационно-поисковой системы «Философская
средневековья»19,
материалы
сайта
«Gumilevica:
гипотезы,
теории
и
20
мировоззрения» и др.
Нами также внесен посильный вклад в развитие истории русской
философии: в
процессе написания данной работы исследованы и использованы архивные материалы по
русской философии XIX и XX вв.21. Нами впервые переведены с немецкого на русский язык и
13
Маслин М.А. и др. История русской философии. Учебник для студентов вузов.- М., 2001, 2007.; Русская
философия/Энциклопедический словарь. – М., 1995,1999; Русская идея. - М., 1992 и др.
14
Щедрина Т.Г. Архив эпохи: тематическое единство русской философии. - М.: Росс. полит. энцикл., 2008.
15
http://www.ortho-rus.ru/
16
http://feb-web.ru/
17
http://www.rubricon.com/qe.asp?qtype=7&id=0&srubr=3835
18
http://lants.tellur.ru/history/klassics.htm
19
http://antology.rchgi.spb.ru/
20
http://gumilevica.kulichki.net/
21
Смесь философская. Сборник сочинений по философии. 30-е гг. XIX в. // Собрание древних книг МДА. ОР
РГБ.173/ IV. №143.; Введенский А.И. Лекции по метафизике. 1899. Рукопись //Архив МДА. ОР РГБ.
172.152.10.; Материалы к лекциям по философии. 1 пол. XIX в. // Архив МДА. ОР РГБ 172.464.3.; Метафизика.
Лекции // Архив МДА. ОР РГБ 173. IV. №203. и др.
11
опубликованы в научных журналах важные
работы русских философов – И.А. Ильина22,
С.Л. Франка23, а также работы Адольфа Фризе24, которые имеют определенное значение для
достижения
целей
данного
исследования.
Нами
также
проводится
работа
по
распространению духовных и интеллектуальных богатств русской философии через
постоянную публикацию научных статей о великих русских мыслителях на портале
«Русский бастион»25.
Ценными для данного исследования явились труды известных
российских
религиоведов: Е.И. Арининой, В.В. Болотова, Я.В. Бондаревой, О.Ю. Васильевой, А. Н.
Красникова, А. М. Кырлежева, А.П. Лебедева, Л. Н. Митрохина, М. П. Мчедлова, Д.В.
Пивоварова, В. К. Шохина, Ф. Г. Овсиенко, В.Н. Топорова, И. Н. Яблокова, М. О. Шахова
и др.
Каковы же главные концептуальные итоги исследований феномена творчества в
современной науке и философии? В различных исследованиях феномена творчества
получены
значимые
результаты,
которые
нам
впервые
удалось
обобщить
и
систематизировать в форме трех главных современных концепций понимания творчества:
1.
«глобальной креативности»;
2.
«предметно-деятельностного» подхода;
3.
«человекомирных отношений».
Их принципиально важное содержание отражено ниже: кратко – во
введении и
подробно — в первой главе данной работы. Следует сразу же отметить, что проведенный
нами философский анализ этих исследовательских подходов к изучению творчества привел к
обнаружению весьма парадоксального, даже вопиющего факта: в арсенале самых разных
современных научных и философских разработок совсем не используются и не
учитываются колоссальные по своей глубине и значимости результаты исследований
проблемы творчества русскими религиозными философами XIX- начала XX вв. На наш
взгляд, такое положение дел совершенно недопустимо, поскольку
отечественных религиозных мыслителей содержится
именно в трудах
огромное количество научных,
философских, теологических и иных открытий и интуиций, которые напрямую касаются
всей проблематики феномена творчества и, как впервые обосновывается в нашей работе, в
22
Кулешова И.В. Сущность и особенность русской культуры. Часть 1. Перевод с нем. языка фрагмента книги
И. А. Ильина. «Пространство и время» №1, М., 2010. С. 197-204; Сущность и особенность русской культуры.
Часть 2. Перевод с нем. языка фрагмента книги И. А. Ильина. «Пространство и время» №2, 2010. С.222-226.
23
Кулешова И.В. Перевод с нем. на русский яз. работы С.Л. Франка «Русская духовная культура в её
отношении к немецкой». - «Эволюция» №2 [9]. - М., 2010. С.103-109.
24
Неприличное и болезненное в искусстве. Предисловие Адольфа Фризе к изданию сочинений Роберта Музиля.
Перевод с нем. языка на русский. «Эволюция» №2 [9]. М., 2010. С.109-113.
25
tower-libertas.ru
12
совокупности составляют особую — целостную и единую — концепцию, которую с полным
основанием можно назвать русской религиозной философией творчества; ее и
следует
именовать новой — четвёртой (по отношению к выше обозначенным трем имеющимся) —
концепцией творчества. Поэтому одна из центральных задач данной историко-философской
работы состоит в том, чтобы и выдающиеся открытия, и сам процесс исканий русских
религиозных мыслителей в такой сложной области, как творчество, стали доступными,
известными, востребованными в современных исследованиях. И в качестве главного
предмета исследования
для нас выступает творчество в контексте идей русской
религиозной философии указанного исторического периода.
Вернемся к трём имеющимся концепциям творчества более подробно и дадим их
первоначальный обзор (детальному рассмотрению посвящена вся первая глава нашего
исследования).
1. В концепции «глобальной креативности» (В.И. Аршинов, E.H. Князева, С.П.
Курдюмов, Е.А. Мамчур, Я.И. Свирский, B.C. Степин и др.) творчество практически
полностью отождествляется со свойством креативности
и распространяется на
все
процессы развития и саморазвития. В философии А. Уайтхеда понятие « креативность»
связано с процессом актуализации потенциальности и в этом качестве свойственно всякой
сущности, органично наличествует в бытии. В синергетике креативность рассматривается
как
свойство
диссипативной
системы
самоорганизовываться
и
самоуправляться,
обеспечивая баланс факторов порядка и хаоса; основными характеристиками этого понятия
являются процессуальность, флуктуационность, безграничность, ацентрированность и др. В
рамках данного
подхода современная наука (особенно физика и другие естественные
дисциплины, а также синергетика) обнаруживает наличие универсальной креативности в
различных природных процессах самоорганизации и саморазвития материи
и на всех
уровнях мироздания. Можно сказать, что, согласно современным научным представлениям,
креативность как универсальное и всеобъемлющее качество как бы разлита всюду и везде: в
живой и неживой природе, в глобальных мегакосмических процессах и в процессах на
микроуровне.
В таком понимании творчество (оно же креативность)
космологическим объяснением
выступает
возможности мира вообще быть и развиваться в самых
различных актах возникновения и становления, в ритмах и циклах космической активности.
Синергетический взгляд на креативные (творческие) процессы дает возможность проявить
механизмы самоорганизации и саморазвития мира в форме творчества Вселенной,
направленного против инерционных факторов и сил естественной деградации. Согласно
синергетическим воззрениям, в природе нет
(и никогда не было)
никакого жестокого
детерминизма, все ещё не создано, а только создается, все, включая самого человека,
13
находится в непрерывном процессе становления, а значит, в мире постоянно присутствует
творчество, в коем свое посильное участие может принять и человек.
нелинейная
синергетическая модель мира
В этом плане
– ситуация некой творческой игры с
реальностью, блуждание по полю многовариантных путей в будущее…
Заметим: главное в концепции «глобальной креативности», с точки зрения целей
нашего исследования, состоит именно в том, что понятия «творчество» и «креативность»
принципиально не разделяются, сущностно отождествляются. Творчество предстает как
«воспроизводство» и «симуляция» реальности человеком; в такой трактовке феномена
творчества обнаруживается прямая сопряжённость с философией постмодерна (Р. Барт, М.
Фуко, Ж. Бодрийяр, Ж. Делез, Ф. Гваттари, А. Бадью). Также в исследованиях этого
направления
подчеркивается, что истоки творчества располагаются на том бытийном
уровне, который на языке неклассической онтологии XX века именуется «ничто», в
противоположность уровню сущего («чтойности»). При этом отмечается: понятие «ничто»
принципиально
нетождественно
небытию
и
предстает
как
область
различных
неоформленных возможностей, которые всегда присутствуют в бытии сущего, но не
выводятся из его предметно оформленного содержания автоматически или каким-либо
заданным и фиксированным образом. Креативность трактуется как выход в это самое
«ничто», позволяющий преодолеть заданность и совершить полагание и производство
принципиально новой предметности, совершить переход от «ничто» к «нечто», к некоему
новому. Творчество тогда можно рассматривать как стремление выразить сущность вещей
в новых формах; продолжая эту мысль, можно сказать, что творчество, отождествлённое с
креативностью, трактуется как своего рода комбинаторика, берущая материал из «ничто», то
есть из еще не оформленного, еще не выраженного.
Но каково содержание «ничто», его сущность, основа? Ведь утверждается, что
«ничто» не является небытием. Если сущность «ничто» никак не определяется
положительно, а оно является истоком творчества, значит, мысль о творчестве вновь
формализуется, обозначая сущность этого феномена чисто отрицательно, как преодоление
уже наличествующего, то есть в той или иной степени выраженного. Такой подход
подразумевает вновь полярное до безграничности целеполагание творческой активности, то
есть фактически полное отсутствие определённой цели, а значит и высшего смысла,
творчества. Но можно ли творить из «ничто» и бесцельно, или предмет творчества все же
другой — беспредельно сложный, прежде всего,… духовный?
Разве можно не разделять творчество неживой материи, как предлагается в концепции
«глобальной креативности»,
устремлений человека?
и творчество на уровне
высших – именно духовных —
14
Можно ли допустить трактовку феномена творчества с такими его якобы свойствами,
как бессмысленность и бесцельность, или автоматически приписывать его всем вещам и
процессам в мире, отождествляя с креативностью?
Достаточно очевидно, что в «глобальной креативности» многие принципиальные
вопросы, в том числе отмеченные выше, не нашли своего приемлемого решения. Именно
изначальное отождествление творчества и креативности
(в контексте нелинейной
синергетической модели мира) не позволяет даже приблизиться к пониманию глубинной
сути феномена творчества. Ниже будет подробно показано, что эта концепция не
выдерживает никакой критики именно с позиций воззрений русских религиозных
философов, утверждавших суть
феномена творчества, прежде всего, в его уникальных
духовных и культурных началах, а не в универсальных и всеобъемлющих качествах живой и
неживой природы.
2. Во второй современной концепции феномена творчества - «предметнодеятельностной» (В.Ф. Асмус, А.С. Ахиезер, Г.С. Батищев, В.В. Бибихин , B.C. Библер,
П.П. Гайденко, Э.В. Ильенков, В.А. Лекторский, Т.И. Ойзерман, В.Н. Порус,
Сагатовский,
Н.П. Французова, В.С. Швырев и др.)
В.Н.
- оно интерпретируется как
разновидность продуктивной активности исключительно самого человека. Согласно этому
подходу, творчество – антропологическая форма креативности, присущая только человеку
на фоне мирового развития. Отметим, что исторически исследовательское понимание
творчества развивалось в рамках именно этой второй концепции более всего; шире её можно
назвать универсальным принципом субъект-объектности. Однако преодолеть такую
«универсальность» механизма познания и было одной из фундаментальных задач русской
религиозной философии, решаемой в том числе через разработку проблемы творчества.
Поэтому только активностью и умозрительными усилиями человека творчество, по
убеждениям русских мыслителей,
совершенно не ограничивается. Об этом, а также о
многом другом речь пойдет во второй главе данного исследования, посвященной именно
анализу
воззрений
творчества.
русских религиозных философов указанного периода на феномен
Таким образом, вторая нынешняя концепция творчества,
деятельностная», тоже совсем не та модель, которой надо
«предметно-
исследовательски
соответствовать.
3. В современных разработках есть еще и третий методологический подход к
проблеме творчества — концепция так называемых «человекомирных отношений»
Кузнецовой М. А.26 С точки зрения автора, ее теория должна была бы сбалансировать две
26
Кузнецова М.А. Творчество как атрибут человеческого бытия / М.А. Кузнецова. – Волгоград – М.: ООО
«Глобус», 2009. – 192 с.
15
имеющиеся парадигмы: «глобальной креативности» и «предметно-деятельностную» — в
отношении к творчеству как объекту исследования. Кузнецова М. А. считает, что ее подход
приводит к анализу специфики человеческого творчества в единстве как универсальных,
задаваемых первым концептом, смыслов, так и индивидуальных, задаваемых вторым. При
этом Кузнецова полагает необходимым шагом в исследовании феномена творчества
обязательное различие двух понятий: собственно творчества и креативности. Согласно
автору, родовым в отношениях между этими понятиями является «креативность»,
выступающая в качестве имманентного свойства всего, способного к самоорганизации и
развитию, присущая мирозданию в целом, — космосу, природе, жизни. По Кузнецовой М.А.,
такое понимание смысла креативности важно для выявления онтологических оснований
творческой деятельности человека, якобы вполне органично включенного в общий процесс
природной эволюции.
Сразу следует отметить, что
с такой трактовкой творчества
согласиться
невозможно, – ведь креативность не выполняет функцию родового понятия в отношении к
творчеству хотя бы потому, что она применима и к естественным, природным, процессам, а
творчество
–
понятие,
наполненное
совсем
надбиологическим, содержанием и смыслом
27
иным,
неприродным,
культурным,
(мы об этом говорили, разбирая сущность
первой концепции). Очевидно, что здесь имеет место логическая ошибка в трактовке
отношений между родовым и видовым понятием; не доказав принадлежность к одному
качественному и смысловому единству, нельзя сравнивать количественные, объемные,
начала этих понятий. Но главное даже не в этом: человек вовсе не включен в общий
процесс природной эволюции органично, как трактует это Кузнецова М.А.; дело в том, что,
выражаясь словами Н.А. Бердяева, исходной проблемой именно феномена творчества
выступает метафизическая тайна о человеке, один из смыслов которой — в священной
неприспособленности человека-творца как сверхприродного существа к «миру сему»28.
Итак, даже самый малый анализ, проведенный нами, вполне очевидно показывает, что
всем
трём
концепциям
творчества,
к
сожалению,
присущи
поверхностные,
наукоцентристкие, иногда просто позитивистские, черты и характеристики, и, в целом,
можно утверждать, что проблема творчества пока ни в одной из этих концепций глубинным
– философским — образом
не раскрыта. Обращает на себя внимание и тот факт, что к
проблеме творчества многие исследователи часто относятся как к некоему
обычному
предмету, на уровне сегодняшних «маркетингов» и «менеджментов», не видя в ней главного
27
См. Самохвалова В..И. Творчество: божественный дар; космический принцип; родовая идентичность
человека: Научное издание. – М.: РУДН, 2007. – 538 с. С. 149.
28
См. Бердяев Н.А. Философия свободы. Смысл творчества. М., 1989. C. 394.
16
— метафизической глубины. Понятийный аппарат, используемый для описания творчества,
также заимствуется у других наук и часто не несёт в себе подлинного философского и даже
научного содержания (об этом более подробно в первой и второй главах).
Таким образом, нами получен важный исследовательский результат: ныне имеющиеся
концепции творчества не могут выдержать даже минимального критического разбора с
использованием достижений русской религиозной философии творчества. В этом ракурсе
будет показано (в пятой главе данной работы), что именно русская религиозная философия
творчества как подлинно философская концепция
творчества может и должна стать
базовым ядром современных исследовательских программ дальнейшего постижения этого
сложнейшего
феномена.
проиллюстрируем
Чтобы не
возможности
быть
здесь
голословными,
русской религиозной
предельно
кратко
философии для подлинного
постижения феномена творчества (и для более полной критической оценки имеющихся трех
концепций).
Собственно, исходная проблема исследования творчества – понимание смыслов и
содержания этого феномена. Например, по Н. А. Бердяеву, «творчество есть обнаружение
любви к Богу и божественному, а не к миру сему. И потому путь творчества есть также путь
преодоления «мира». Но творчество есть иное качествование духовной жизни, чем смирение
и аскеза, есть обнаружение богоподобной природы человека»29. Таким образом, творчество,
по Бердяеву, есть особый феномен человеческой устремленности к трансцендентному ради
обязательного выхода
«за грани мировой данности». Сразу зададимся вопросом: что-
нибудь подобное, причем на таком же уровне философской глубины, разве содержится в
современных трех концепциях, рассмотренных нами выше?
Еще один исследовательский ракурс: в теории В.С. Соловьева30 творчество вообще
рассматривается как исключительно мистическое событие, в силу того что главной его
целью является общение с высшим миром, самопроявление божественных энергий. А где
такое можно найти в нынешних представлениях о творчестве? Обобщая, заметим: в
большинстве
работ
отечественных религиозных философов
подчеркивается, что
творчество – вершина человеческой духовной деятельности, сложнейшая совокупность
множества абсолютных
Божественным
ценностей. Поэтому творчество предположено изначально
замыслом, а в
греховном бытии
присутствует
лишь
как
некая
потенциальность и всегда трагедийно.
Не менее значима и другая исследовательская направленность русской философии в
постижении феномена творчества, а именно — обнаружение связи творчества с будущим.
29
30
Бердяев Н.А. Философия творчества, культуры и искусства. В 2–х томах. Т.1. М., 1994. С 362.
См. Соловьев В.С. Соч. в 10 т., 2 изд., СПБ, 1911–1913.Т.1. С. 286.
17
Глубинное взаимопроникновение творчества и будущего хорошо осознавали и всесторонне
исследовали такие русские философы, как П. Я. Чаадаев, В. С. Соловьёв, Н. А. Бердяев и др.
А вот с идеей саморазвития, где присутствует и самодостаточна только одна природа, как
это утверждается в первой нынешней концепции, совершенно не согласен русский философ
П. А. Флоренский31. Для действительного саморазвития мира, по мнению П.А. Флоренского,
нужна еще и некая мощная сила, лежащая как бы вне границ естественного бытия; этой
силой является культура, но только такая, которая будет ориентирована на абсолютные
ценности: истину, добро, любовь, красоту, творчество. Творчество необходимо исследовать
именно в контексте культуры, а не в парадигме всеобщей креативности, якобы присущей
природе. Замечательно формулировал Н. А. Бердяев: «Свобода и творчество говорят о том,
что человек не только природное существо, но и сверхприродное»32. Именно творчество в
широком смысле понятия есть главный фактор появления и уж тем более последующего
развития культуры; сама культура есть базовое условие для осуществления любых
творческих процессов. Более того, суть творчества может быть адекватно осмыслена именно
в теснейшей связи этого феномена и всех начал, которые порождены культурой как
принципиально надприродной составляющей человека. Не надо никогда забывать, что
одним из главных достижений человека (вплоть до дня сегодняшнего) является язык – самый
великий результат его творчества, именно наприродный, более того, метафизический,
загадочный, необъясненный.
Заметим, что Флоренский (и многие другие русские философы) в понятие культуры
вкладывают еще и обязательно религиозный смысл, увязывая с религиозными началами сам
процесс творчества, – ведь именно в творчестве человек более всего
приближается к
Абсолюту, взыскует Его. И тогда получается, что философия творчества есть одновременно
философия человека в высшем его самоосмыслении и предназначении. К сожалению, в
нынешних исследованиях проблемы творчества такого рода глубина и метафизика
постижения чаще всего совсем отсутствуют, уступая место поверхностным и бесплодным
позитивистским и сциентистским по своему содержанию моделям.
Таким образом, общим выводом о том, насколько адекватны три рассмотренные
концепции
подлинной проблематике творчества, может послужить признание их
рафинированного рационализма, ни малейшего отношения не имеющего к подлинному
творчеству и творческому акту. Не вмещается таинство творчества в аналитические рамки
человеческого опыта! Сошлемся на авторитет русской религиозной философии творчества
— словами, например,
31
32
А.С. Хомякова:
«Познание рассудочное не обнимает
Флоренский П.А. Столп и утверждение истины. – М.: АСТ, 2003. С. 233.
Бердяев Н.А. Философия творчества, культуры и искусства. В 2–х томах. Т.1. М., 1994. С 370.
18
действительности познаваемого; то, что в нем мы познаем, уже не содержит первоначала в
полноте его сил»
33
. Также убедительно и весомо разбирается с антропоцентризмом,
наукоцентризмом, рационализмом и другими редуцированными подходами великий русский
врач и философ Н.И. Пирогов. Сам аппарат нашего сознания, подчеркивает он,
функционирует не только на основе фактов и причинно-следственных связей, но и в силу
таинственного предзнания бытия до факта: «Мы роковым образом, не видя и не ощущая
безграничного, признаем фактическое его существование; в существовании безграничного и
безмерного мы гораздо больше убеждены, чем был убежден Колумб в существовании
Америки до ее открытия, — разница только в том, что мы нашу Америку никогда не откроем
так, как он свою. Опыт (восприятие пространства, времени, жизни) сам основан на
первичном ощущении безмерного и безграничного бытия»34. Таинственное предзнание
бытия до факта, в свою очередь, является элементом творческого акта человека. Над всем
же мировым целым и всяким сознанием царит Абсолют, а творчество есть та самая дорога к
Нему, которая не ограничивается рамками видимой реальности.
Итак, общий главный вывод, полученный в нашем исследовании и вытекающий из
анализа нынешнего состояния усилий по изучению феномена творчества, совершенно
неутешительный: действительно необходимых
феномену
концептуальных подходов к этому
на глубинном – философском – уровне в настоящее время нет совсем, а
имеющиеся теории – лишь наукоцентристкая, принципиально поверхностная, совершенно
недостаточная подмена должного, симулякр – «точная копия того, чего никогда не было»,
по Джеймисону. Работ, которые в полной мере можно было бы назвать философией
творчества, просто нет.
Объектом исследования является история русской религиозно-философской мысли
XIX- начала XX вв.
Предмет
исследования – феномен творчества в истории русской религиозно-
философской мысли XIX- начала XX вв.
Гипотеза исследования: для целостного и глубокого постижения сущности
феномена творчества ныне применяемых трех основных концепций, а также любых только
научных подходов совершенно недостаточно; необходим новый концептуальный подход —
русская религиозная философия творчества, выявленная автором данной диссертационной
работы путем
целостного анализа и синтеза научных, философских, метафизических,
религиозных, мифологических и иных знаний, оценок, прозрений, интуиций о феномене
творчества русских мыслителей XIX- начала XX вв.
33
34
Хомяков А.С. Соч. Т.1. М., 1900. С. 278.
Пирогов Н.И. Соч. Т.2. М., 1910. С.29.
19
Теоретико-методологические
основания
исследования.
Выбор
методов
и
теоретических оснований любого исследования всегда должен быть обусловлен объектом,
предметом исследования, гипотезой исследования, специальностью научной работы и т.д.
Ранее мы постарались показать, что феномен творчества настолько огромен, загадочен,
целостен, что чисто научных, формально-рациональных методологических подходов к нему
совершенно недостаточно. Еще один вывод нашего исследования на этом этапе состоит в
том, что в настоящее время нет целостного методологического подхода к решению задач
по изучению феномена творчества. Пытаясь его найти в нынешних концепциях,
мы
обнаружили полную текучесть. Так, согласно И. А. Бесковой и И.Л. Касавину 35, основные
методологические подходы к исследованию феномена творчества – это:

биографический метод (к которому примыкает интроспективный подход), в
рамках эмпирических исследований объединяющий биографии известных ученых или
деятелей культуры и связанные с ними эпизоды из истории науки и техники; также
используются интервью и самоотчеты;

лабораторно-экспериментальный
(психометрический)
методологический
подход, в котором исследование феномена творчества базируется на анализе результатов
выполнения тестовых заданий, позволяющих оценить степень выраженности у испытуемого
качеств, которые, на взгляд исследователя, являются характерными для творческой
способности в целом;

логико-методологическое
направление
исследований
творчества
–
принципиально междисциплинарное, высокой степени общности и абстрактности.
Заметим: все эти методологические подходы носят
наукоцентристский характер,
демонстрируют такое исследовательское отношение к феномену творчества, которое никак
его не отличает от обычных явлений и процессов на уровне физиологии, психологии,
например, исследования рефлексов, мутаций, способностей, потребностей и т.д. И что же
могут дать такого рода изыскания в качестве итогового результата?
Приведем яркий
пример: утверждается, что механизм творческого акта состоит «в переходе от старого к
новому, и в этом смысле есть движение от бытия к небытию. Данный переход выступает как
волевой акт; если интеллект имеет своим предметом то, что есть (бытие), и представляет
собой его идеальное воспроизводство, то воля направлено на то, чего нет (небытие) и что
впервые вызывается к жизни волевым актом»36. Что можно тут сказать? Только то, что нами
уже были выявлены некоторые – самые начальные -
35
36
черты и
критерии подлинного
Энциклопедия эпистемологии и философии науки. – М.:»Канон+»РООИ «Реабилитация», 2009. С. 956-957.
Энциклопедия эпистемологии и философии науки. – М.: «Канон+»РООИ «Реабилитация», 2009. С. 957.
20
понимания феномена творчества, и, если их применить к современным концепциям и
методам, станет очевидной наукоцентристская надуманность последних.
Даже мизерного пока обращения к воззрениям русских религиозных философов на
феномен творчества вполне достаточно для следующего общего вывода на данном этапе
исследования: описать творчество таким набором понятий, как «воля», «бытие», «небытие»,
«новое», «старое», «механизм», «движение», «интеллект», «идеальное воспроизводство» и
т.д., невозможно, и феномен творчества остаётся принципиально недоступным аналитику с
подобным познавательным инструментарием.
Понятийный аппарат, используемый ныне
для рассмотрения творчества, чаще всего заимствуется у других наук и не несёт в себе
философского содержания; поэтому одна из задач нашего исследования – разработать
понятийный аппарат новой – философской – концепции исследования творчества.
Но главный вывод на данном этапе нашей работы состоит все же в том, что в
современных
исследованиях феномена творчества совершенно не нашли своего
полноценного отражения и использования выдающиеся достижения русской религиозной
философской мысли XIX- начала XX вв. Следовательно, радикальным образом изменить
современное незнание или намеренное забвение трудов наших выдающихся философов,
сделать их работы реально действующими в исследованиях феномена творчества, изъять их
из небытия – крайне важная задача, и она нами целенаправленно решается.
Современные философские представления о самой науке доказательно лишили ее
претензий на универсальность и абсолютность, на обладание «внеисторическим разумом»,
открыв, что она вовсе
не является
гарантом
истины или нравственности,
фактором
построения совершенного общества или воспитания человека. Более того, любой научный
результат принципиально
относителен и историчен, зависит от социокультурных
детерминант и всегда ценностно-рационален. Как было ранее отмечено,
творчества
не постигается чисто научными
феномен
средствами и подходами — для этого
необходимо восхождение к философии и метафизике. Блистательно эта идея выражена
словами В.С. Соловьёва: «Человеческая личность есть возможность для осуществления
неограниченной действительности, или особая форма бесконечного содержания»37. В
формулировке Л.П. Карсавина,38 человек как
тварь сам по себе есть
небытие, и он
становится личностью лишь в сопричастности Богу (заметим, что практически все русские
религиозные философы разделяли данное воззрение). Русская религиозная философия
рассматриваемого исторического периода смогла выполнить
свою
созидательно-
творческую роль и в аспекте, разрабатываемом нашим исследованием: она создала все
37
38
Соловьев В.С Соч. в 2 т. Т.1. М., 1988. С. 282.
Карсавин Л.П. О личности // Карсавин Л.П. Религиозные и философские сочинения. М., 1992. С.43.
21
необходимое для
формирования
нового концептуального подхода – подлинно
философского, метафизического, религиозного – для описания таинства и глубины
творчества. Синтезировать эти
ценные наработки в единую и целостную концепцию,
обосновать ее основное содержание в качестве новой, четвертой, концепции исследования
творчества, провести ее сравнительный анализ с ныне используемыми теориями, показать
возможности и горизонты применения новой концепции для дальнейших исследований
феномена творчества, - все это цель и задачи данной диссертации.
Потому мы широко будем использовать метод целевого синтезирования, который, с
определенными оговорками и ограничениями, можно даже сравнить с традиционным для
православной философии и богословия методом анагогии – методом
синтетического
познания, исходящего из цели рассматриваемого предмета и синергетических намерений
мыслящего субъекта39; более подробно об этом будет сказано в четвертой главе. Здесь же
особо подчеркнем то обстоятельство, что анагогия как метод применения рациональных
познавательных действий постоянно ограничивается «законом несамопротиворечия», тем
самым признавая принципиальное «безумие» человеческого разума при его обращении к
любому предмету; для целей нашего исследования этот метод представляет прямой интерес
именно по указанным его особенностям: он – целевой, синтетический и принципиально
ограничивает использование рацио (более подробно об этом - в содержании пятой главы
данной работы).
Целью диссертации является формирование новой философской концепции
творчества на основе идей русской религиозно-философской мысли XIX- начала XX вв.
Для достижения этой цели решаются следующие задачи диссертации:
1. выявить и исследовать современные концептуальные подходы к творчеству,
классифицировать их;
2. исследовать и концептуализировать проблематику творчества в
трудах русских
религиозных мыслителей XIX- начала XX вв.;
3. выявить общие и особенные черты в трактовке феномена творчества русскими
религиозными мыслителями XIX- начала XX вв.;
4. выявить
основные
структурные
элементы
новой
концепции
творчества,
проанализировать и систематизировать их;
5. дать сущностное определение феномена творчества в рамках нового концептуального
подхода.
39
Русская философия. Энциклопедия. Под ред. М.А. Маслина. М., 2007. С. 18-19.
22
Научная новизна диссертации
1. Разработана и обоснована новая концепция феномена творчества – русская
религиозная философия творчества.
2. Изучена проблематика творчества в трудах 40 русских философов XIX- начала XX
вв, исследовавших данный предмет:
Авсенева, С.С., Аскольдова, С.А.,
Бердяева Н.А.,
Бровковича А.И., Булгакова С.Н., Бухарева А.М., Вышеславцева Б.П., Гоголя Н.В.,
Гогоцкого С.С., Голубинского Ф.А., Достоевского Ф.М., Ильина И.А., Карпова В.Н.,
Карсавина Л.П., Киреевского И.В., Козлова А.А., Кудрявцева-Платонова В.Д., Леонтьева
К.Н., Лосева А.Ф., Лосского Н.О., Несмелова В.И., Новгородцева П.И., Пирогова Н.И.,
Самарина Ю.Ф., Сидонского Ф.Ф., Соловьева В.С., Спира А.И., Струве П.Б,, Тареева М.М.,
Толстого Л.Н., Трубецкого Е.Н.,
Трубецкого С.Н.,
Федорова Н.Ф., Флоренского П.А.,
Франка С.Л., Хомякова А.С., Чаадаева П.Я., Шестова Л., Юркевича П.Д. и др., в том числе
путем
использования
архивных материалов по русской философии
XIX и XX вв.
40
.
Вскрыта концептуальная значимость их разработок.
3. Впервые переведены с немецкого на русский язык и опубликованы в научных
журналах работы русских философов – И.А. Ильина41, С.Л. Франка42, а также эссе Адольфа
Фризе43, имеющие отношение к проблематике творчества.
4. Выявлены, проанализированы и систематизированы 174 ЭКТ (элемента концепции
творчества).
5. Определены общие и особенные черты в трактовке феномена творчества русскими
религиозными мыслителями XIX- начала XX вв.;
6. Выделены, проанализированы и концептуально объединены основные структурносодержательные составляющие новой концепции феномена творчества: ее онтология,
гносеология, антропология, аксиология, теология.
7. Дано содержательно-сущностное определение творчества в соответствии с новой
концепцией этого феномена.
Теоретическая и практическая значимость диссертационного исследования
заключается в том, что полученные результаты могут быть использованы в качестве нового
40
Смесь философская. Сборник сочинений по философии. 30-е гг. XIX в. // Собрание древних книг МДА. ОР
РГБ.173/ IV. №143.; Введенский А.И. Лекции по метафизике. 1899. Рукопись //Архив МДА. ОР РГБ.
172.152.10.; Материалы к лекциям по философии. 1 пол. XIX в. // Архив МДА. ОР РГБ 172.464.3.; Метафизика.
Лекции // Архив МДА. ОР РГБ 173. IV. №203. и др.
41
Кулешова И.В. Сущность и особенность русской культуры. Часть 1. Перевод с нем. языка фрагмента книги
И. А. Ильина. // «Пространство и время» №1, М., 2010. С. 197-204; Сущность и особенность русской культуры.
Часть 2. Перевод с нем. языка фрагмента книги И. А. Ильина. // «Пространство и время» №2, 2010. С.222-226.
42
Кулешова И.В. Перевод с нем. работы С.Л. Франка «Русская духовная культура в её отношении к немецкой».
// «Эволюция» №2 [9]. - М., 2010. С.103-109.
43
Неприличное и болезненное в искусстве. Предисловие Адольфа Фризе к изданию сочинений Роберта
Музиля. // Перевод с нем. «Эволюция» №2 [9]. М., 2010. С.109-113.
23
концептуального подхода при дальнейшем исследовании феномена творчества, а также при
анализе основных особенностей русской философии XIX - начала XX вв., в рассмотрении
специфики философского дискурса в целом. Результаты диссертационного исследования
могут быть использованы при подготовке курсов философии, истории философии, истории
русской философии, спецкурсов по русской философии
творчества и философским
проблемам феномена творчества. Результаты исследования могут быть использованы в
теоретических учебных курсах по таким дисциплинам, как философия, история и философия
науки, психология, теория управления, эвристика, инноватика и др., в научнообразовательных практиках поиска и учета междисциплинарных связей.
Методологию и методы
диссертационного исследования формируют
труды
классиков мировой и отечественной философии, принципы диалектического мышления,
системный, историко-компаративистский подходы, историко-философский, структурный,
герменевтический,
феноменологический и общенаучные методы – анализ, синтез,
абстрагирование, обобщение, классификация, аналогия, экстраполяция и др.
Как уже было указано, в диссертации нами разработан и полномасштабно применен
теоретико-методологический
творчества на основе
подход
к
формированию
новой
концепции
феномена
анализа, обобщения, систематизации, синтеза, интерпретации
основных ЭКТ (элементов концепции творчества). Заметим, что среди
нынешних
методологических подходов к исследованию феномена творчества часто выделяют
биографический,
лабораторно-экспериментальный
(психометрический),
логико-
методологический, эволюционно-эпистемологический, культурно-исторический и др44. На
наш взгляд, такого рода методы именно для исследования феномена творчества совершенно
непригодны — они в принципе не касаются сущности и метафизики творческого акта.
Положения, выносимые на защиту
1. Русская философия творчества - новая концепция исследования этого феномена,
представляющая собой единство элементов онтологии, гносеологии, антропологии,
аксиологии, теологии творчества, представленных
в трудах
русских
религиозных
мыслителей XIX- начала XX вв. Основу онтологии русской философии творчества
составляет мысль о скрытом, выражающемся в глубоко символических явлениях
присутствии софийного инобытия во внешнем мире. Основу гносеологии русской
философии творчества составляет мысль о том, что глубинные истоки человеческого
сознания именно этим сознанием не постигаются; данное утверждение служит мощнейшим
импульсом к поиску сверхрациональной целостности. Антропология русской философии
44
Энциклопедия эпистемологии и философии науки. – М.: «Канон+»РООИ «Реабилитация», 2009. С. 956-957.
24
творчества признает идущую от религиозной традиции мысль о двусоставной природе
человека, складывающейся из нетварного Образа Божия в нем и тварного, земного, подобия.
Аксиология русской философии творчества фундируется положением о том, что идеи в
нашем сознании зарождаются и организуются не посредством того, что есть, а посредством
того, что должно быть. Теология русской философии творчества базируется на духовной
интуиции высшего Смысла, присутствующего за всем творением и носящего личный
характер.
2. Главным критическим содержанием концепции русской философии творчества
выступает отказ от рационально-секулярного подхода к этому феномену. Исключительный
рационализм продиктован антрополатрией и доминированием внешнего мира, что
несовместимо с творчеством как проявлением, прежде всего, духовной сущности.
3. Главным конструктивным содержанием концепции русской философии творчества
выступает трактовка этого феномена как сверхприродного, или благодатного, явления,
реализующегося на путях вечного напряженного устремления человека к Абсолюту.
Сущность творчества принадлежит инобытию, и к ней невозможно приблизиться без
философских, метафизических и религиозных поисков.
4. Новый концептуальный подход к феномену творчества есть единство общих и
особенных черт его трактовки русскими религиозными мыслителями.
Основными общими аспектами выступают: признание в творчестве момента
благодати и сверхприродного озарения; именование творчества ступенью приближения к
инобытию на основе сосредоточения на собственной духовной жизни и восхождении к
Абсолюту; атрибутивная связь творчества с самой глубинной, двусоставной, природой
человека и эсхатологической проблематикой.
Основными особенными аспектами являются: понимание творчества как встречи
высших упований самого человека и исходящих от Бога энергий (П.Я. Чаадаев, С.Н.
Булгаков, Б. П. Вышеславцев и др.); преодоление в акте творчества тотальной и трагической
двойственности, оторванности от Истины, временное пребывание в благодати (В.И.
Несмелов, С.Н. Булгаков и др.); понимание высших моментов творческого акта как
религиозного служения (С.А. Аскольдов, Е.Н. Трубецкой, П. А. Флоренский, В.В.
Зеньковский и др.).
5. Русская философия творчества является самостоятельной и сложносоставной
концепцией этого феномена, в рамках которой может быть сформулировано его
содержательно-сущностное определение: творчество есть таинственное явление единства
глубоко символического озарения и сверхрационального «прыжка» в бездну инобытия,
25
возникающее в сознании свободного, верующего человека только в особые моменты его
целостной духовной жизни.
Степень достоверности и апробация результатов
Основные идеи исследования отражены в более чем 80 научных работах общим
объемом 50 п.л., в том числе:
в двух монографиях:
1. Батурина И.В. Феномен творчества в истории русской религиозно-философской
мысли XIX- начала XX вв. М.:Академика, 2016. - 230 с.
2. Батурина И.В. Подлинная философия творчества: от современности к русской
религиозной мысли XIX- начала XX вв. М.: Академика, 2016. – 135 с.
в 61 научной статье (в том числе в 18 научных статьях, опубликованных в ведущих
научных журналах, рекомендованных ВАК РФ).
Результаты диссертации апробированы в деятельности Московского авиационного
института, Одинцовского гуманитарного университета, Международного славянского
института, Всероссийского заочного финансово-экономического института, Финансового
университета
при
Правительстве
Московского
института
РФ,
образования
и
Московского
науки,
технологического
Московского
института
института,
деловых
коммуникаций.
Основные идеи работы отражены в докладах, выступлениях и сообщениях на
конференциях по проблемам философии, истории, истории русской философии, развития
современной России, философии и истории науки, философским проблемам модернизации
образования, проблемам формирования мировоззрения, в том числе на IV и V Российских
философских конгрессах (2005 г., 2012 г.), на VII Российском симпозиуме историков русской
философии (2001 г.), международных научных конференциях (2011 г., 2012 г., 2013 г., 2014
г., 2015 г.) Всероссийских научных конференциях (2011 г., 2012 г., 2013 г., 2014 г., 2015. г.,
2016 г.) и др.
Материалы исследования легли в основу курсов «Философия», «История философии»,
«История и философия науки», «Религиоведение», «Эстетика», «Этика»,
«Политология» и др., а также
спецкурсов,
«Социология»,
читаемых автором в Московском
технологическом институте, Международном институте экономики и менеджмента, а также
в других вузах Москвы и Одинцово.
Диссертация обсуждена и одобрена на заседаниях кафедры философии МГОУ и
кафедрах социально-гуманитарных дисциплин Московского технологического института и
Международного института экономики и менеджмента.
26
II. ОСНОВНОЕ СОДЕРЖАНИЕ РАБОТЫ
Во введении дано обоснование актуальности темы исследования, выявлена степень ее
научной разработанности, формулируется цель и задачи исследования, выделяются
положения, характеризующие научную новизну исследования, а также выносимые на
защиту, излагаются теоретико-методологические основы исследования, показывается
теоретическая и практическая значимость диссертации.
В
первой главе «Базовая проблематика и основные концепции
современных
исследований феномена творчества» дается анализ содержания трех основных концепций
феномена
творчества:
«глобальной
креативности»,
«предметно-деятельностной»,
«человекомирных отношений».
В параграфе 1.1.
«Базовая проблематика и основные концепции современных
исследований феномена творчества» дается их общий и сравнительный обзор, главным
итогом которого является вывод о ярко выраженном
наукоцентристском
характере
рассмотренных направлений, об их недостаточности для постижения сущности феномена
творчества на подлинном философском уровне. Для решения этой задачи нужны совсем
иные подходы и средства; именно их, как показывает наше исследование, дает русская
религиозная философия творчества – особая, целостная и конструктивная концепция
феномена творчества русской религиозно-философской мысли XIX- начала XX вв.
В параграфе 1.2. «Концепция «глобальной креативности» как подход к анализу
феномена творчества» дается подробный анализ содержания рассматриваемой парадигмы.
Здесь показано, что «глобальная креативность» никак не сопоставима с глубинными,
духовными корнями понимания феномена творчества у русских религиозных мыслителей,
для которых
творчество есть
человеку, некая
уникальное и неповторимое явление, присущее только
вершина в человеческой жизни, венчающая совокупность множества
ценностей. Поэтому творчество – норма человека, предусмотренная для него изначально
Божественным замыслом, но в греховном мире присутствующая лишь как некая
потенциальность, дотянуться до которой удается лишь избранным единицам (гениям).
Наделять же креативностью и приравненной к ней силой творчества абсолютно все, что
бытийствует в мире только по причине существования, — значит не видеть подлинной
метафизической глубины и сути творчества, которое всем своим смыслом устремлено вовсе
не в «мир сей», но «к Богу и божественному».
Суть творчества может быть описываема только в теснейшей связи этого феномена с
культурой как принципиально надприродной составляющей человека. Заметим, что
Флоренский (и многие другие русские философы) в понятие культуры вкладывают еще и
27
обязательно религиозный смысл и значение, увязывая с религиозными началами сам процесс
творчества, – ведь именно в творчестве человек более всего приближается к Абсолюту,
взыскует Его. И тогда получается, что философия творчества есть одновременно философия
человека в высшем его самоосмыслении и предназначении. К сожалению, в современных
исследованиях проблемы творчества подобные ракурсы полностью отсутствуют.
В параграфе 1.3. «Феномен творчества в контексте «предметно-деятельностной»
парадигмы» дается анализ основных положений этой концепции феномена творчества, где
оно интерпретируется как разновидность продуктивной деятельности исключительно самого
человека. Исторически исследовательское понимание творчества развивалось в рамках
именно второй концепции более всего, поэтому в данном параграфе представлен краткий
обзор и анализ её основных моментов.
У античных философов человеческое творчество рассматривается как особый вид
земной жизни, и ставится проблема соразмерности творчества Бога и человека. По Сократу,
например, подлинный философ и подлинное творчество возможны как единство знания и
добродетели, причем философствование не сводится к чисто теоретической деятельности, но
включает в себя благие поступки. Предметом философствования
как принципиально
творческой деятельности выступает познание «естества» человека, его образа жизни и
мышления и следование известному дельфийскому призыву «познай самого себя». Платон
феномен творчества трактует как акт самого явления бытия из небытия, причем человек, по
Платону, может быть реальным творцом, если будут благими помыслы и цели, к которым он
стремится. Платону принадлежит авторство в самом глубинном и фундаментальном —
онтологическом — рассмотрении творчества, суть которого определяется переходом из
небытия в бытие. По Аристотелю, философия освобождает человека от невежества, и по
способности человека к философскому творчеству следует судить об его совершенстве и
благородстве. Аристотель резко отделяет философское творчество от ремесла и искусства,
более того, не считает даже возможным найти общее между творчеством и деятельностью,
всячески подчеркивая, что деятельность не есть творчество, а творчество не есть
деятельность. Философия как творчество не есть абстрактное знание, которое может быть
употреблено как во зло, так и на добро, а только такое знание, которое обязательно ведет к
добродетели. Аристотель особо подчеркивает, что философия выше утилитарной сферы, она
крайне необходима людям, поскольку заставляет их вспомнить о пользе тех сущностей,
которые имеют отношение не столько к средствам, сколько
к целям жизни. Эпикур
философствование рассматривает как такой род творческой деятельности, который
необходим для «здоровья души» и выработки мировоззрения, лежащего в основе поведения
и жизни людей. В целом античное понимание феномена творчества покоится на особых
28
онтологических основаниях, в основе которых — представление о наличии не одной, а двух
реальностей для человека, в которых он одновременно находится. Первая и главная
реальность — это божественный мир совершенного и неизменного космоса, созданный
исключительно Творцом. В божественной реальности возможность творить также
исключительно божественная; человек в ней полностью отстранен от какого-либо
творчества, и его удел – лишь созерцание ради получения
истинной мудрости. Вторая
реальность – это сфера конечного, преходящего и изменчивого бытия самого человека; здесь
ему возможность творчества
дана
в виде разного рода искусств и
ремесел. Такое
понимание реальностей и положения человека приводит к выводу, что всякая деятельность, в
том числе и творческая, по своему онтологическому значению гораздо ниже созерцания, а
созидание, в свою очередь, ниже познания, в силу того что созидает человек конечное,
преходящее, а созерцает бесконечное и вечное. Выходит, что античная философия вовсе не
отводит творчеству человека какого-либо главенствующего значения, поскольку на первое
место ею выдвигается созерцание бесконечно-божественного бытия, открывающее пути и
одновременно границы истинного знания.
В средневековую эпоху постижение творчества достаточно узко и проблематично.
Первый подход связан с пониманием Бога как абсолютной, универсальной личности, которая
творит мир совершенно свободно. В этой концепции феномен творчества предстает как
некий божественный акт соделания
бытия из небытия
свободным произволением
Всемогущего – взгляд, характерный для восточных отцов Церкви раннего христианства
(Василий Великий, Афанасий Великий, Иустин и др.). Здесь творчество является тайной и
уделом только Бога, а человеку в нем места нет, человек ощущает и осмысливает себя
тварью, ущерблённой грехом и мыслящей лишь о помиловании. Однако во второй, более
философской, нежели богословской, близкой к пантеизму, трактовке, человеческое
творчество уже возможно как «творчество истории». История, согласно средневековому
представлению, есть именно та сфера, в которой люди могут принимать участие, но в
осуществлении «замысла Божьего» в мире.
Ограничение человека в его возможности самостоятельно творить снимается в эпоху
Возрождения; именно здесь человек начинает выступать полноценным творцом, прежде
всего в художественном плане, и речь идёт об особой активности гения – главного носителя
творческого начала. Именно в эту эпоху феномен художественного творчества становится
интересен сам по себе -
как философский, эстетический, психологический предмет
исследования. Важным объектом познания в эпоху Возрождения становится личность
художника как творца нового, ранее не известного; возникает рефлексия по поводу
творческого процесса, которая незнакома ни древности, ни средневековью, но столь
29
характерна впоследствии именно для Нового времени. Недаром Козимо Медичи именует
художников тонкими божественными натурами, а не ослами с поклажей, которых можно
измерять общей меркой.
В противоположность Возрождению, эпоха Реформации понимает творчество не
только и не столько как эстетическое начало, сколько как некое действие, направленное на
поиск нового в различных его вариантах. Творчество распространяется на другие, не
художественные, виды человеческой деятельности: науку, технику, хозяйственную и
политическую активность. Философия этого периода (Гоббс, Локк, Юм)
трактует
творчество как некую удачную, но чаще всего случайную комбинацию уже существующих
элементов, более всего похожую на изобретательство.
Оригинальная концепция творчества создается И. Кантом; он говорит о творчестве
как о преобразовательной деятельности, изменяющей облик мира и создающей новый, ранее
не существовавший, так называемый «очеловеченный» мир. Крайне важно отметить, что
Кант
творческий процесс полностью относит к феномену
сознания в форме особой
творческой способности воображения и наделяет его главным образом гносеологическим
смыслом. В этом плане концепция творчества Канта противоположна концепции Платона,
понимавшего этот феномен онтологически, как процесс творения «бытия из небытия». И. Г.
Фихте, вслед за Кантом, обосновывает важную роль в творчестве феномена воображения:
согласно Фихте, реальный предметный мир проникает в теоретическую систему через
деятельность
именно
воображения.
Взгляды
Канта
на
творчество
как
на
преобразовательную способность воображения были развиты и Шеллингом, понимавшим
работу воображения как акт достижения определенного единства двух видов бытия:
сознательного и бессознательного. Для такого творчества нужен особый человек — гений,
наиболее одаренный способностью соединять две формы жизни (сознательную и
бессознательную) воедино, и, согласно Шеллингу и другим представителям романтизма,
творчество — это высшая форма человеческой жизни, присущая, прежде всего, философам
и художникам. В них происходит таинственное соприкосновение
человека
с
божественным, а многочисленные результаты творческого процесса остаются людям в
форме памятников культуры,
как некие «продукты» духовных взлётов гениев. Отсюда
возникает новое понимание смыслов
истории развития человечества, отличное как от
античной, так и от средневековой трактовки: исторический процесс теперь мыслится как
сфера самораскрытия человеческого духа. Гегель в своем понимании феномена творчества
не признавал существования никаких внешних ограничений для разума человека, поэтому
единственной преградой нашему познанию является временная и исторически относительная
черта между уже познанным и пока ещё не познанным. Гегель убеждён, что величие
30
человеческого разума и творчества как его могущественной силы именно в том и состоит,
чтобы не бояться, а преодолевать эти границы, двигаясь все дальше и дальше по пути
познания новых сущностей. Маркс рассматривает творчество
как такую предметно-
практическую деятельность, которая может быть в полной мере названа «производством» —
активностью человека,
преобразующей природный мир в соответствии с собственными
целями и потребностями. По Бергсону, сущность жизни – это именно творчество, которое
есть нечто объективно совершающееся: в природе это происходит в актах
процессов
рождения, роста, созревания, а в человеческом сознании – в форме творения новых образов
и переживаний. В прагматизме, инструментализме, операционализме и неопозитивизме
творчество рассматривается исключительно как изобретательство, главная задача которого
— достичь поставленных целей в той или иной конкретной ситуации; творчество здесь
фактически отождествляется со смекалкой и сообразительностью ума. Таких взглядов на
сущность творчества, например, придерживался известный американский философ и педагог
Дж. Дьюи.
Завершается данный параграф
общими
выводами и оценкой субъект-объектной
парадигмы в свете представлений о творчестве русских религиозных философов
анализируемого периода. Нами признаётся, что субъект-объектный подход – не более чем
тот же самый антропоцентризм, вырастающий на основании рационализма, сциентизма,
позитивизма, других подобных «измов».
Фиксируя различные проблемы творчества и
пытаясь их решить в рамках предметно-деятельностной концепции, получаем один и тот же
итоговый, принципиально отрицательный результат: не вмещается таинство творчества в
аналитические рамки только осмысленного человеческого опыта.
Отчетливо видно
впрочем,
место второй современной парадигме научного анализа, как,
и первой – парадигме «глобальной креативности»: это место – малый и
ограниченный фрагмент в общем исследовательском поле постижения феномена творчества.
К расширению исследовательского поля феномена творчества приблизилась именно русская
религиозная философия как особый концептуальный подход.
В параграфе 1.4. «Творчество в контексте концепции «человекомирных отношений»
осуществлен подробный анализ базового содержания указанной концепции. Показано, что
Кузнецова М. А.45 как автор этого подхода стремилась сознательно, т.е. исключительно
рационально, соединить и
сбалансировать две имеющиеся парадигмы — «глобальной
креативности» и «предметно-деятельностную» — в отношении к творчеству как объекту
исследования. Согласно Кузнецовой М. А.,
45
такое соединение двух концепций должно
См. Кузнецова М.А. Творчество как атрибут человеческого бытия / М.А. Кузнецова. – Волгоград – М.: ООО
«Глобус», 2009. – 192 с.
31
привести к анализу специфики человеческого творчества в единстве как универсальных,
задаваемых первой концепцией, смыслов, так и индивидуальных, задаваемых второй. На
самом же деле, как показано нами, подход М.А. Кузнецовой – лишь некое эклектическое
образование, состоящее из фрагментов, слабо связанных друг с другом, концепцией совсем
не являющееся.
Общий главный вывод, вытекающий
из
анализа современного состояния
исследований феномена творчества, неутешителен. Работ, которые в полной мере можно
было бы назвать философией творчества, просто нет, нет и целостного методологического
подхода к решению исследовательских задач по изучению феномена творчества. И наиболее
парадоксально и удручающе, что в современных масштабных исследованиях феномена
творчества совершенно не нашли отражения достижения русской классической философской
мысли. Радикальным образом изменить современное незнание или намеренное забвение
трудов наших выдающихся философов, сделать их работы реально действующими
в
исследованиях феномена творчества, изъять их из небытия – задача не менее важная, чем все
остальные исследовательские вопросы. К тому же детальное изучение выдающихся
памятников периода «акме» русской философии может и должно изменить линейный,
позитивистский
взгляд
на
творчество,
ибо
этот
феномен
не
постигается
с
антропоцентрических позиций, а требует усилий восхождения к метафизике.
Следует особо остановиться на различии аспектов постижения творчества. Мы уже
отмечали, анализируя взгляды Платона, что именно онтологический принцип исследования
феномена творчества и сегодня наиболее важный и глубинный. Но помимо него есть много
других
подходов
к
изучению
творчества:
метафизический,
гносеологический,
аксиологический, эстетический, психологический, экологический, эволюционный
и др.
Необходимо разобраться с их особенностями более детально и предметно. Более того, эти
подходы будут учтены и задействованы в исследовании русской философии творчества.
Под гносеологическим смыслом творчества, например, понимается особое познание
мира и себя через данный совершенно специфический род мыслительной деятельности;
яркий пример такого подхода – концепция
И.Канта, анализирующая творческую
способность воображения.
В аксиологическом ракурсе творчество рассматривается как ценность, помогающая
открыть цели и смыслы бытия, глубинное предназначение человека; яркими примерами
этого направления служат романтические концепции творческого акта (Шеллинг, Новалис,
братья Шлегели и др.).
Под эстетическим смыслом творчества понимается стремление к совершенству в
процессе создания новой реальности в явной или неявной форме в опоре на эстетические
32
критерии красоты, гармонии, соразмерности; яркий пример реализации такого рода
концепции феномена творчества – эпоха Возрождения, с одной из центральных фигур –
Леонарда да Винчи.
Под
метафизическим
концептуальным
планом
рассмотрения
творчества
понимается таинство сопричастности человека-творца энергиям Божественного бытия;
такого рода понимание творчества характерно для русских философов, о чем пойдет речь
ниже.
Наконец, в рамках теологической интерпретации понятия
делается на феномене
устремления;
именно в
слияния (синергии)
творчества акцент
божественной воли и человеческого
синергии усматривалась
сама возможность осуществления
творчества человека как формы его соучастия в божественном промысле о мире
(средневековая мистика, Ф. Аквинский, B.C. Соловьев и др.). Таковы основные моменты
упомянутых направлений исследования творчества.
Особо подчеркнем удивительную особенность любого творческого акта,
которая
часто совершенно справедливо фиксируется как некое чудо; чудо в онтологическом его
рассмотрении выглядит как превращение небытия в бытие, чудо в гносеологическом плане
есть пришедшее внезапно, но после многих усилий мгновенное озарение исследователя и т.д.
Такое видение творчества характерно было для ранних попыток его постижения, о чем мы
уже не раз говорили. Само наличие некоего чудесного начала в акте творчества приводило и
приводит до сих пор исследователей этого феномена к выводу о том, что подлинное
творчество – удел только Бога.
Факт ухода от учета чудесного компонента в творчестве, попытки сведения его к
чисто рациональному, сугубо антропологическому плану рассмотрения, особенно в эпоху
Возрождения и Новое время,
в конечном счёте, привели к полному господству
антропоцентрической интерпретации сущности творчества как некоего особого процесса
целенаправленной деятельности человека по созданию нового
«продукта» — вещей,
технологий, «ноу-хау», и только. В этом плане более всего утвердилось понимание феномена
творчества как сугубо рационалистической активности субъекта, ориентированной на
экстенсивную модель креативности, продуктом которой является производство (генерация)
интеллектом
в процессе мышления
новых объектов последующего использования в
обыденной
(эмпирической) реальности, окружающей человека и являющейся его
непосредственным миром. Но в рамках такой, сугубо рационалистической, модели
генерации нового с помощью интеллекта, как мы уже отмечали, глубинная природа,
принципиальное таинство
творчества остаются нераскрытыми. Такова цена господства
антропоцентризма в воззрениях на творчество. Чисто рационалистическая парадигма
33
фактически «не цепляет» фундаментальных аспектов онтологии творчества, обрекает
исследователя видеть только вторичное в творческом акте, причем в контексте самим же
человеком созданной эмпирической реальности. Совсем иное происходит, когда феномен
творчества постигается возможностями
русской религиозной философии, - великие
отечественные мыслители, как никто другой, сумели прозреть подлинную метафизическую
сущность творчества; данная работа и посвящена исследованию феномена творчества в
контексте их основных идей.
Завершается первая глава фиксацией общих выводов исследования имеющихся
концепций творчества:

подлинно
философские теории творчества в арсенале современных
исследователей фактически отсутствуют; их пытаются совершенно безуспешно заменить
наукоцентристкими, рационалистическими подходами;

полностью игнорируется особое рассмотрение проблемы творчества русскими
религиозными философами XIX- начала XX вв. – те метафизические прозрения, которыми
так насыщена и богата русская религиозная мысль.
Во второй главе «Философский анализ проблемы творчества
в истории русской
религиозно-философской мысли XIX в.» дается развернутый историко-философский обзор
основных представлений русских религиозных философов данного исторического периода
о природе и сущности феномена творчества.
В параграфе 2.1. «Философский анализ феномена творчества в трудах русских
религиозных философов: от П.Я. Чаадаева до Ю.Ф. Самарина» дан обзор философских
представлений о творчестве П.Я. Чаадаева, А.С. Хомякова,
И.В. Киреевского,
Ю.Ф.
Самарина.
В параграфе 2.2. «Философский анализ воззрений на творчество в трудах
религиозных мыслителей духовных академий России в XIX в.: от Ф.А. Голубинского до
В.Д. Кудрявцева-Платонова» дан обзор философских представлений о творчестве
Голубинского, Ф.Ф. Сидонского, В.Н. Карпова, П.С. Авсенева,
Ф.А.
П.Д. Юркевича, А.М.
Бухарева, В.Д. Кудрявцева-Платонова.
В параграфе 2.3. «Философский анализ феномена творчества в воззрениях русских
религиозных мыслителей: от Н.В. Гоголя до С.А.
Аскольдова
дан обзор основных
философских представлений о творчестве Н.В. Гоголя, Ф.М. Достоевского, Н.И. Пирогова,
В.С. Соловьева, В.И. Несмелова, М.М. Тареева, арх. Никанора (А.И. Бровковича), А.А.
Козлова, С.А. Аскольдова.
Завершается вторая глава фиксацией общих выводов:
34

историко-философский
анализ феномена творчества в
религиозных философов указанного исторического периода позволил
трудах русских
впервые выявить,
исследовать, обобщить и систематизировать 58 ЭКТ восемнадцати философов; все ЭКТ
представлены
в таблицах 1-3 (ограничения по объему автореферата не позволяют эти
таблицы отобразить в целостном виде);

в таблице 1 представлены основные ЭКТ П.Я. Чаадаева, А.С. Хомякова, И.В.
Киреевского, Ю.Ф. Самарина;

в таблице 2 представлены
основные ЭКТ философов Духовных академий
России XIX века;

в таблице 3 представлены основные ЭКТ Н.В. Гоголя, Ф.М. Достоевского, Н.И.
Пирогова, В.С. Соловьева, В.И. Несмелова, М.М. Тареева.
В третьей главе «Философский анализ проблемы творчества
религиозно-философской мысли конца XIX - начала XX
философский
анализ феномена творчества в
в истории русской
вв.» продолжается историко-
трудах других русских религиозных
мыслителей конца XIX - начала XX вв.
В параграфе 3.1. «Философский анализ феномена творчества в трудах русских
религиозных философов: от К.Н. Леонтьева до Б.П. Вышеславцева» дан обзор основных
философских представлений о феномене творчества К. Н. Леонтьева, А.И. Спира,
Л.Н.Толстого, П.Б.
Струве, Е.Н. Трубецкого, С.Н. Трубецкого, Н.Ф. Федорова.
П.И.
Новгородцева, Б.П. Вышеславцева.
В параграфе 3.2. «Философский анализ феномена творчества в трудах русских
религиозных философов: от Л.П. Карсавина до А.Ф. Лосева» дан
обзор основных
философских представлений о творчестве Л.П. Карсавина, Н.О. Лосского, Н.А. Бердяева,
С.Н. Булгакова (о. Сергия), П.А. Флоренского (о. Павла), И.А. Ильина, С.Л. Франка, Льва
Шестова (Шварцмана Л.И.), А.Ф. Лосева.
Завершается третья глава фиксацией общих выводов:

осуществлён историко-философский анализ феномена творчества в
трудах
русских религиозных философов указанного исторического периода, что позволило впервые
выявить, исследовать, обобщить и систематизировать 112 ЭКТ восемнадцати русских
религиозных философов XIX - XX веков: таблицы 4-5;

в параграфе 3.1. выявлены и проанализированы основные ЭКТ К.Н. Леонтьева,
А.И. Спира, Л.Н. Толстого, П.Б. Струве, Е.Н. Трубецкого, С.Н. Трубецкого, Н.Ф.Федорова,
П.И. Новгородцева, Б.П. Вышеславцева; наиболее важные из них представлены в таблице 4;
35

в параграфе 3.2. выявлены и проанализированы основные ЭКТ Л.П. Карсавина,
Н.О. Лосского, Н.А. Бердяева, С.Н. Булгакова, П.А. Флоренского, И.А. Ильина, С.Л. Франка,
Л.Шестова, А.Ф. Лосева; наиболее важные из них представлены в таблице 5;

показано, что основные результаты, полученные во второй и третьей главах,
свидетельствуют о выполнении второй исследовательской задачи диссертации. Это создаёт
условия для перехода к решению последующих задач данной работы;
В четвертой главе диссертации «Феномен творчества в исследованиях
В.В.
Зеньковского: историко-философский и концептуальный аспекты» осуществлен историкофилософский анализ феномена творчества в трудах В.В. Зеньковского — и как историка
русской философии, и как автора собственной философской концепции творчества.
В параграфе 4.1. «Исследование феномена творчества
в русской религиозной
философии В.В. Зеньковским: историко-философский аспект» дан общий обзор основных
результатов персоналистических исследований В.В. Зеньковского на примере деятельности
выдающихся русских писателей и мыслителей.
В параграфе 4.2. «Исследование феномена творчества
в русской религиозной
философии В.В. Зеньковским: концептуальный аспект» дан обзор основных положений
концепции творчества В.В. Зеньковского.
Завершается четвертая глава фиксацией общих выводов:

обосновано, что проблема творчества – одна из центральных в исследованиях
В.В. Зеньковского;

философских
выявлено, что сущность творчества Зеньковский пытался найти в его главных
аспектах
–
онтологическом,
гносеологическом,
антропологическом,
феноменологическом и др.; сама такая направленность исследования приводила мыслителя к
глубоким обобщениям и выводам на метафизическом уровне, что было подробно и
последовательно проанализировано в данной главе;

творчества,
выявлено, что некоторые идеи
такие,
как
утверждение
его
Зеньковского
двусоставности,
о сущности феномена
метарациональности,
иноприродности, взаимосвязи с Абсолютом и со свободой человека, глубинного трагизма,
и др. дают уже действительно целостное видение творчества;

показано, что творчество, по Зеньковскому, означает, прежде всего, служение,
восхождение к недостижимому, смирение,
очищение и подчинение собственной воли
Абсолюту, что невозможно без восстановления религиозной веры;
36

установлено, что Зеньковский фактически начал исследовательское движение
к формированию (синтезированию) новой концепции феномена творчества в контексте
главных достижений отечественной религиозной философии XIX-XX вв.;
В Главе 5 «Русская философия творчества как концепция его исследования:
итоги и перспективы дальнейшего развития» впервые предложена и обоснована новая
концепция сущности творчества на основе синтеза всех ЭКТ, включающая в себя
результаты, полученные В.В. Зеньковским.
В параграфе 5.1. «Общие контуры и проблемные доминанты философии творчества в
русской религиозно-философской мысли указанного исторического периода» осуществлен
философский анализ содержательно-структурных контуров, проблемных доминант, общих
и особенных черт философских воззрений на феномен творчества русских религиозных
мыслителей XIX- начала XX вв. Эта задача решается на основе полученных ЭКТ – именно
их синтез позволяет вывести новую, четвертую по отношению к уже рассмотренным трем
(см. Главу 1), концепцию творчества — русскую религиозную философию творчества.
В параграфе 5.2. «Русская религиозная философия творчества как новая концепция
исследования» с помощью сравнительного анализа всех ЭКТ выявлены общие и особенные
аспекты в русской религиозной философии творчества. Общие аспекты русской
религиозной философии творчества впервые выявлены и отражены в таблице 6; в этой же
таблице выделены и ключевые слова — основа понятийного аппарата новой концепции
творчества. Особенные аспекты русской религиозной философии творчества впервые
выявлены и представлены в таблице 7. Выявленные общие и особенные черты русской
религиозной философии творчества (таблицы 6 и 7) позволили
синтезировать главные
смыслообразующие элементы русской религиозной философии творчества — ее онтологию,
гносеологию, антропологию, аксиологию, теологию.
В параграфе 5.3. «Философские и теоретико-методологические возможности
использования русской религиозной философии творчества как новой концепции для
дальнейшего исследования этого феномена» дается анализ
принципиально новых
возможностей и исследовательских горизонтов дальнейшего постижения творчества –
именно
в русле русской религиозной философии. Завершается данный параграф
синтетическим определением феномена творчества в контексте идей русской религиозной
философии: творчество - это таинственное явление единства глубоко символического
озарения и сверхрационального «прыжка» в бездну инобытия, возникающее в сознании
свободного, верующего человека только в особые моменты его целостной духовной жизни.
Завершается 5 глава фиксацией общих выводов:
37

выявлены и систематизированы общие и особенные аспекты русской
религиозной философии творчества как новой концепции – таблицы 6 и 7;

выявлены, подробно описаны, исследованы, обобщены и синтезированы
главные смыслообразующие элементы русской религиозной философии творчества:
онтология, гносеология, антропология, аксиология, теология;

установлено, что новая философская концепция феномена творчества
является целостным единством онтологических, гносеологических, антропологических,
аксиологических, теологических и др. представлений, образов, идей, интуиций, прозрений
русских религиозных философов XIX- начала XX
вв.; именно с помощью творчества
раскрываются глубинные: метафизические, религиозные, философские смыслы и образы
присутствия человека в разных реальностях и состояниях;

обосновано, что новая концепция творчества принципиально отличается от
имеющихся трех: нынешние концепции творчества антропоцентрические, а потому чисто
научные, рационалистические и секулярные; эти черты не позволяют им даже приблизиться
к постижению подлинной сущности феномена творчества. Предлагаемая новая концепция –
философская, не сосредоточенная на эгоистическом начале человека, и потому в ней
проявляется тайна творчества, которая коренится в метафизике. В соответствии с первыми
тремя концепциями, человек в творчестве идет вслед за образом самого себя, в то время как
четвертая концепция открывает дорогу поиску Абсолюта;

обосновано, что новые исследовательские горизонты в постижении творчества
открываются только в движении к целостным и метафизическим смыслам этого феномена;
признание доминанты только внешнего мира и такого же исключительно внешнего человека
творчество просто уничтожает. Уровень сложности постижения феномена творчества
настолько высок, что усилиями одной рациональности и логикой, а точнее только
умозрением человека,
его не описать; русская религиозная философия творчества
открывает, что сами истоки человеческого сознания именно этим сознанием и не познаются,
т.к. лежат за его пределами, поэтому непознаваемое, принадлежащее инобытию, составляет
основу высшего знания - творческого и ценностного;

показано, что на основе полученных итоговых результатов исследования
полностью подтверждена его основная
гипотеза, отражающая как
наличное состояние
изучения проблемы творчества, так и возможности его перспективного развития;

получены
выявлено, что все исследовательские задачи данной работы решены, при этом
важные
и
конструктивные
результаты,
формирование новой концепции творчества.
главным
из
которых
является
38
В заключении диссертации
излагаются главные
итоги данного исследования,
перспективы дальнейшей разработки проблемы творчества.
В
качестве основного
результата всего исследования утверждается вывод, что чисто научных средств совершенно
недостаточно для изучения феномена творчества, так как он настолько сложен и глубок, что
требует совсем иной подготовки человека, особых ценностных начал и устремлений. Об
этом убедительно свидетельствует базовый корпус русской философии творчества - ее
онтология,
гносеология,
обосновывается, что
антропология,
аксиология, теология.
подлинную возможность
творчества открывает
постижения
В заключении также
сущности
именно русская философия творчества как
феномена
целостная и
всеобъемлющая перспектива глубинного преобразования мира, человека, его деятельности,
целей и ценностей, его восприятия окружающего и самого себя, крайне необходимая именно
в наше историческое время в силу его глобального кризисного состояния. На наш взгляд,
крайне важно философское и теоретико-методологическое заключение данной работы о
необходимости незамедлительного введения
в пространство современных исследований
творчества фундаментального во всех смыслах опыта русской религиозной философии
творчества в качестве базового направления для дальнейшего изучения этого феномена.
Исследование
феномена
творчества
онтологических, гносеологических,
необходимо
осуществлять
в
совсем
иных
аксиологических измерениях, что было подробно и
системно проанализировано нами в данной работе в различных форматах: историкофилософском,
теоретико-методологическом,
содержательно-структурном,
персоналистическом и др. Введение в арсенал нынешних исследований творчества новой
концепции — русской религиозной философии творчества – дает возможность опоры в
постижении этого сложного
явления на глубинные начала подлинной философии и
метафизики.
III. СПИСОК ОСНОВНЫХ РАБОТ,
ОПУБЛИКОВАННЫХ АВТОРОМ ПО ТЕМЕ ДИССЕРТАЦИИ
(всего 80 публикаций общим объемом 50 п.л.):
Монографии:
1. Батурина И.В. Феномен творчества в истории русской религиозно-философской мысли
XIX- начала XX вв. М.: Академика, 2016. – 230 с.
2. Батурина И.В. Подлинная философия творчества: от современности к русской
религиозной мысли XIX- начала XX вв. М.: Академика, 2016. – 135 с.
39
Статьи в журналах, рекомендованных ВАК для опубликования основных
результатов диссертаций на соискание ученой степени доктора философских наук
3. Кулешова И.В. О новом понятийном аппарате философии творчества. «Пространство и
Время». Электронное научное издание. Том 1.Вып. 2. 2012. Режим доступа: http://ealmanac.space-time.ru/undefined/
4. Кулешова И.В. Непослушание миру сему»: русская философия и проблема текста как
культурного феномена. «Пространство и Время». Электронное научное издание. Том 2.
Вып. 1. 2013. Режим доступа: http://e-almanac.space-time.ru/undefined/
5. Батурина И.В. Философия творчества С.Н. Булгакова
Философские науки. – 2015. – № 3. – С. 74-81.
// Вестник МГОУ. Серия:
6. Батурина И.В. Философия творчества Н.А.
Философские науки. – 2015. – № 4. – С. 74-80.
// Вестник МГОУ. Серия:
Бердяева
7. Батурина И.В. Философия творчества В.В. Зеньковского // Научное мнение.
Педагогические, психологические и философские науки. Научный журнал. – 2016. –
№4-5. – С. 66-71.
8. Батурина И.В. Философия творчества в персоналистических исследованиях В.В.
Зеньковского: А.С. Пушкин, Л.И. Шестов, И.С. Тургенев // Вестник СПб. гос. ун-та
культуры и искусств. Научный журнал. – 2016. – №2 (27). – С. 82-87.
9. Батурина И.В. Философия творчества С.Н. Е.Н. Трубецких // Вестник МГОУ. Серия:
Философские науки. – 2016. – №1. – С. 86-94.
10. Батурина И.В. Философия творчества Л.Н. Толстого // // Вестник МГОУ. Серия:
Философские науки. – 2016. – №2. – С. 102-108.
11. Батурина И.В. Философия творчества С.Л. Франка // // Вестник МГОУ. Серия:
Философские науки. – 2016. – №3. – С. 91-100.
12. Батурина И.В. Феномен творчества как предмет исследования европейской философии:
краткий очерк основных идей // Вестник МГОУ. Серия: Философские науки. – 2016. –
№ 4. – С. 65-74.
13. Батурина И.В. Философия творчества П.А. Флоренского // Вестник МГОУ. Серия:
Философские науки. – 2017. – № 1. – С. 70-75.
14. Батурина И.В. Роль и место философии творчества в учении В.С. Соловьева //
Исторические, философские, политические и юридические науки, культурология и
искусствоведение. Вопросы теории и практики. – 2017. – №1. – С.34-38.
15. Батурина И.В. Философия творчества Льва Шестова // Исторические, философские,
политические и юридические науки, культурология и искусствоведение. Вопросы
теории и практики. – 2017. – №2. – С.35-38.
16. Батурина И.В. Феномен творчества в трудах русских религиозных философов: А.С.
Хомяков, И.В. Киреевский, Ю.Ф. Самарин // Вестник Тверского гос. университета.
Серия: Философские науки. – 2017. – №2. – С.121-127.
17. Батурина И.В. Феномен творчества в трудах русских религиозных философов: Л.П.
Карсавин, Н.О. Лосский, А.Ф. Лосев // Вестник Тверского гос. университета. Серия:
Философия. – 2017. – №1. – С.144-150.
40
18. Батурина И.В. Философия творчества И.А. Ильина // Вестник Вятского гос.
университета. Научный журнал. – 2017. – №1. – С. 17-21.
19. Батурина И.В. Литературное творчество как фактор мировоззренческой безопасности
России (по материалам работ В.В. Зеньковского) //Известия Международной академии
аграрного образования. – 2017. – №32. – С. 27-32.
20. Батурина И.В. (в соавт. с Песоцким В.А. и Батуриным В.К.) О философемах русской
религиозной философии XIX-XX вв. как элементах творческого процесса // Вестник
МГОУ. Серия: Философские науки. – 2017. – № 3. – С. 60-72.
Научные публикации в других изданиях:
21. Кулешова И.В. Г. Р. Державин и Ф. И. Тютчев: опыт метафизической поэзии. «Русская
философия: многообразие в единстве» // Материалы VII Российского симпозиума
историков русской философии. - М.: МГУ, – 2001. – С. 123-127.
22. Кулешова И.В. Философия творчества И. А. Ильина. «Философия и будущее
цивилизации» // Тезисы докладов и выступлений IV Российского философского
конгресса. М., – 2005. – С. 262-263.
23. Кулешова И.В. Русская духовная культура в её отношении к немецкой. С.Л. Франк.
Перевод с нем. // Эволюция. – №2 [9]. – 2010. – С.103 – 109.
24. Кулешова И.В. Сущность и особенность русской культуры. Часть 1. Перевод с нем.
фрагмента книги И. А. Ильина // Пространство и время. – №1. – 2010. – С. 198 – 204.
25. Кулешова И.В. Сущность и особенность русской культуры. Часть 2. Перевод с нем.
фрагмента книги И. А. Ильина // Пространство и время. – №2. – 2010. – С. 222-226.
26. Кулешова И.В. Философия творчества: невыразимое и образ в религиозном опыте (о
философии Б.П. Вышеславцева). «Философия в современном мире: диалог
мировоззрений» // Материалы Российского Философского конгресса. Том 1. Нижний
Новгород, – 2012. – С. 72-73.
27. Батурина И.В. Философия творчества Н.В. Гоголя. // Вестник развития науки и
образования. – М.: Проблемы науки. – 2015. – № 1. – С. 54-61.
28. Батурина И.В. Философия творчества о феномене текста: концептуальные различия
западной и русской философских традиций // Аксаковский сб. к VII Российскому
Философскому конгрессу.– Уфа. – 2015. – Выпуск VI. – С. 30-33.
29. Батурина И.В. Русская философия творчества в воззрениях религиозных мыслителей
духовных академий России XIX века // Научная мысль. – 2015. – № 1. – С. 85-92.
30. Батурина И.В. Воззрения Н.Ф. Федорова на феномен творчества // Материалы X
Международной научно-практической конференции «Актуальные направления
фундаментальных и прикладных исследований». North Charleston, USA. – 2016 – Том 1.
– С. 102-106.
31. Батурина И.В. В.В. Зеньковский о философии творчества в русской поэзии //
Международный журнал «Социально-гуманитарное обозрение». – 2017. – №4. –С.5457.
Документ
Категория
Без категории
Просмотров
3
Размер файла
526 Кб
Теги
0e305de041, uploaded
1/--страниц
Пожаловаться на содержимое документа