close

Вход

Забыли?

вход по аккаунту

?

Г.Г. Курегян О некоторых средствах восполнения словарной

код для вставкиСкачать
Г.Г. Курегян
О некоторых средствах восполнения
словарной недостаточности в русском языке
Слово – это не единственное средство обозначения явлений окружающей
действительности, и потому проблемы номинации выходят за пределы
лексической единицы.
Словарная недостаточность определяет появление в языке единиц,
построенных на базе старого материала. Таковыми являются, например,
общеупотребительные метафоры (носик чайника, ножка стула),
фразеологические обороты и т.д. Несмотря на то, что русский язык является
языком синтетического типа, в нём получили распространение весьма
интересные аналитические формы, которые отражают его номинационноаналитические возможности. Эквивалентно слову могут употребляться
отдельные соединения слов, аналитические сочетания.
В середине XX в. в русистике получила распространение точка зрения, в
соответствии с которой в современном русском языке активизировались
аналитические тенденции, имеющие место в области лексики,
словообразования, морфологии и синтаксиса. Об этом говорили
В.А. Богородицкий, В.В. Виноградов, Н.В. Крушевский, отмечая связь
фактов грамматического «аналитизма с развитием идиоматических
сращений, с «переходом целого выражения как бы в одно слово
определенной формы, где смысл отдельных частей уже стушевался (род
опрощения)», кроме того, они указывали на описательную форму
превосходной степени прилагательных самый высокий и распад
существительных в русском языке (ср. рост я расширение), употребление
предлогов в соединении с падежными формами, ученые выявили в русском
языке признаки смешанной, переходной стадии от синтетического строя к
аналитическому (формы типа «о волке», «наилучший», «самый лучший», где
оттенок идеи выражается и префиксом, и суффиксом, следует смотреть как
на формы переходные от настоящих синтетических к аналитическим).
Виноградов говорит о том, что все это может не отражаться на структуре
словаря. Аналитические формы слова, лексикализуясь, становятся
самостоятельными словами или идиомами (ср. например, наречие «налету»,
наяву и т.п.; ср. предлоги по части, по мили, в отношении и т.п.) [1: 37]. Эту
мысль подтверждает известная близость словосочетания к слову в различных
разрядах словосочетаний (глагольных, субстантивных, адъективных и др.), а
также в различных типах внутри этих разрядов проявляется в различной
степени. В качестве примеров сочетаний, в высокой степени
обнаруживающих эту близость, приводят такие адъективные словосочетания,
как широкий в плечах (широкоплечий), узкий в груди (узкогрудый), тугой на
ухо (тугоухий), синий в полоску, серый в яблоках (ср. сложные
прилагательные, обозначающие оттенки цветов: черно-бурый, светло-серый
и др.).
Наличие аналитических форм в русском языке не случайно, поскольку
аналитизм представляет собой область употребления единиц, которые
восполняют недостаточность словаря – семантическую, грамматическую
(формообразование, словоизменение), синтаксическую, экспрессивностилистическую и др. Оксюморон – одна из разновидностей номинационного
аналитизма.
Оксюморон принято относить к единицам стилистической семантики
наряду с такими, как метафора, метонимия, синекдоха, антитеза и т.д.
Авторы работ подчеркивают логически не совместимые признаки и
внутреннюю
противоречивость
оксюморона.
Как
совмещение
несовместимого оксюморон сближают с понятиями парадокса, иронии,
контраста, абсурда. Его называют художественно-философским алогизмом,
сочетанием такой противоположности, «которая лишь при данном сочетании
образует новый дополнительный смысл, не возможный в иных
фразеологических оборотах речи» (А. Пронин, Э.Г. Шестакова, З.Ф.
Кравченко и др.). Большинство лингвистов заключают, что оксюморон – это
краткое и емкое средство сложной неоднозначной многомерной
характеристики явлений окружающей действительности. Он позволяет
вскрыть сущность противоречивых явлений, при этом обновляя лексическую
сочетаемость слов [2: 110-113].
Оксюморон – это сочетание, по своей структуре и функциям близкое к
фразеологическим аналитемам, которые традиционно относят к
расчлененным средствам номинации [1; 2; 4 и др.]. Оксюморон есть
проявление семантического аналитизма, его можно назвать вторичной
аналитической формой. Оксюморонные аналитемы возникают на базе
определенной
синтаксической
модели
и
имеют
денотативную
соотнесенность, при этом оксюморон называет сложный, противоречивый, не
всегда доступный однословному обозначению денотат (например, веселый
меланхолик, нелепая грусть, праздничная повинность, ложь будет правдой,
мирный разбойник, беззвучный крик, томительно-страшное наслаждение,
не-гулянье, день был без числа, это будет вчера, т.п.).
Оксюморон – рече-языковая единица аналитического типа, функция
которой состоит в отображении через привычный языковой материал
противоречивых нестандартных явлений действительности. Это говорит о
том, что оксюморон обладает знаковой природой и обеспечивает
возможности номинации.
Оксюморон представляет собой знаковую сущность, соотносящуюся с
противоречивым денотатом (предметом, явлением, состоянием, отношением)
и выражающую целостное и сложное понятие. Номинативная функция этого
знака выступает важной функцией единиц языка в речи, характеризующей
область их употребления. Язык и речь пересекаются в номинации, поэтому,
говоря о номинативных знаках, имеем в виду различные единицы языка – от
слова до самостоятельных предложений, которые способны выступать в
функции обозначения денотатов окружающей действительности. Оксюморон
стоит в ряду этих знаков, причём по структуре он может быть весьма
разнообразен – от слова до предложения и даже текстового расподобления.
Связный текст дает особый словарь, который систематизирует
инварианты поля синтаксической номинации и придает им статус
виртуальных единиц номинации [5: II, 9]. Одной из единиц такого плана
выступает оксюморон, причем не только сочетания типа живой труп и
честный вор, но и оксюмороны, имеющие однословное представление, а
также оксюмороны дистрибутивно-текстовые (оксюмороны-предложения).
Оксюморон по структуре и семантике, с одной стороны, близок
составным наименованиям, с другой – фразеологизмам, которые признаются
номинативными единицами «неклассического» типа и являются ярчайшим
доказательством синтаксической номинации. Рассмотрим эти единицы в
кратком сопоставлении:
1) Слова в структуре составного наименования – средство определения
понятия, средство выделения предметов реального мира; слова в составе
фразеологического сочетания – элемент фразовой характеристики «кусочка
действительности», они утрачивают номинативную направленность и
приобретают при этом иные осмысления, второй семантический план,
являющийся подосновой идиоматизированного высказывания. Оксюморон –
аналитическое средство выделения денотатов, обладающих противоречивой
характеристикой; компоненты оксюморонного сочетания не утрачивают
номинативной направленности; второй семантический план обретают
оксюмороны, в состав которых входят слова в переносном значении,
например, белый траур черёмух.
2) В составном наименовании фиксируются существенные признаки
отражаемого – означаемое включается в систему понятий определенной
области знаний. Фразеологическое сочетание выделяет яркие примеры
характеризуемого явления. Так, недобросовестное отношение к делу
воспринимается по-разному и имеет различные формы реализации
оценочного отношения: бить баклуши, валять дурака, ремонт на керосине.
Оксюморонные единицы, с одной стороны, фиксируют существенные
признаки отражаемого (белые ночи), количество подобных аналитем
невелико, с другой стороны, им не чужда образность, и некоторые
оксюмороны, как и фразеологизмы, ярко характеризуют явления и
отношения, например, ужасно рад.
3) Слова в структуре составного наименования сохраняют значения,
свойственные им в свободном употреблении. Компоненты фразеологических
состояний утрачивают полноту лексического значения, свойственного им
при свободном употреблении. Слова в структуре оксюморонной единицы,
подобно компонентам составных наименований, сохраняют свободное
значение. Это качество сближает оксюморон и с фразеологическими
сочетаниями и единствами.
4) Слово в составном наименовании не допускает свободы перемещения.
Лексический состав фразеологического сочетания может быть постоянным
или допускать элементы переменного плана. Оксюморонная единица
характеризуется подвижностью.
5) Связи членов составного наименования не противоречат нормам
современной русской речи. Компоненты фразеологического сочетания
сохраняют следы неосознанных и окаменелых отношений, которые могут
быть архаичны для сочетаемости слов современного русского языка. Связи
компонентов оксюморонных аналитем не противоречат нормам
современного языка (здесь пока не учитываем возможные проявления
семантической аномалии, что в какой-то степени характерно и для
фразеологизмов, например, как кот наплакал и т.п.).
6) Составное наименование способно к модификации в слово; оно служит
базой формирования нового типа слов – сохраненных обозначений.
Фразеологическое сочетание не редуцируется в «словную» единицу речи. В
этом случае оксюморонная единица обнаруживает как свойства составного
наименования, так и черты фразеологизма.
7) Составное наименование является средством полного определения
обозначаемого, и оно инертно к реализации заряда экспрессии, к реализации
образности. Экспрессивность – неотъемлемое свойство фразеологизма.
Оксюморон – это средство предельного определения и в то же время единица
экспрессивная. Последняя характеристика даёт основание относить
оксюморон к сфере риторических фигур.
8) Составные наименования в окказиональном употреблении могут
обретать иное осмысление и выступать в качестве средства, реализующего
определенные оттенки экспрессии (Цех – это линия огня, на переднем крае
семилетки), они – постоянная база фразообразования, источник пополнения
и обновления фразеологической системы языка. Этим качеством обладают и
оксюморонные сочетания. К оксюморонам-фразеологизмам можно отнести
такие, как ужасно рад, чертовски хорош, добровольно-принудительно и т.п.
Наследуя черты словосочетания, составного наименования и фразеологизма
и в то же время сохраняя некую обособленность, оксюморонные сочетания
занимают определенное место в цепи номинационных единиц вторичного
плана. В ряду таковых оксюморон выступает прежде всего как яркое
проявление атрибуции, которая играет немалую роль в динамике
номинативного пространства. В таком сопоставлении обнаруживается
номинативная природа оксюморона и определяется его роль как единицы
вторичной номинации. Оксюморон по структуре и семантике, с одной
стороны, близок составным наименованиям, с другой – фразеологизмам,
которые, признаваясь номинативной единицей «неклассического» типа,
являются ярчайшим доказательством синтаксической номинации.
Оксюморонные сочетания интересны в плане отношения, взаимодействия
атрибута и носителя атрибуции. Неоднозначность денотата (референта)
обусловливает сложность наименования. Оксюморон сам по себе развивает
признак объекта, расширяет его, доводя этот признак до максимальной
степени выражения. Внутри этого бинарного амбивалентного знака атрибут и
носитель атрибуции дополняют, усложняют значения друг друга
контрастными характеристиками. Атрибутивность модифицируется в
оксюморонном сочетании с последующей реализацией осложненного смысла
в определенном контексте.
Появление в языке таких сочетаний, как оксюморон, обусловлено
спецификой языка как формы организации и воплощения человеческого
сознания. Оксюморонное сочетание говорит о нестандартном осмыслении
действительности в сложном знаке. Подобные аналитемы рождены
стремлением выйти за пределы стандартной номинации, поиском предельно
адекватного отображения окружающей действительности и внутреннего
мира человека посредством языка. Оксюморонные сочетания интересны в
плане отношения, взаимодействия атрибута и носителя атрибуции.
Неоднозначность
денотата
(референта)
обусловливает
сложность
наименования. Оксюморон сам по себе развивает признак объекта,
расширяет его, доводя этот признак до максимальной степени выражения.
Внутри этого бинарного амбивалентного знака атрибут и носитель
атрибуции дополняют, усложняют значения друг друга контрастными
характеристиками.
Атрибутивность модифицируется в оксюморонном сочетании с
последующей реализацией осложненного смысла в определенном контексте.
Оксюморон – это проявление «смежной» атрибуции. В оксюморонном
сочетании проявляется своеобразное семантическое взаимоотношение
компонентов: доминирующее семантическое воздействие атрибута и
ослабленное влияние определяемого.
Появление в языке таких сочетаний, как оксюморон обусловлено
спецификой языка как формы организации и воплощения человеческого
сознания. Оксюморонное сочетание говорит о нестандартном осмыслении
действительности в сложном знаке. Подобные аналитемы рождены
стремлением выйти за пределы стандартной номинации, поиском предельно
адекватного отображения окружающей действительности и внутреннего
мира человека посредством языка.
1.
2.
3.
4.
5.
Библиографический список
Виноградов, В.В. Русский язык [Текст] / В.В. Виноградов. – М.: Высшая
школа, 1972. – 614 с.
Щуплякова, Н.С. Оксюморон в русской прозе В. Набокова [Текст] /
Н.С. Щуплякова // Вестник СпбГУ. Сер. 2. – 1995. Вып. 4 (№23). – С. 110113.
Шанский, Н.М. Лексикология современного русского языка [Текст] /
Н.М. Шанский. – М.: Просвещение, 1974. – 355 с.
Телия, В.Н. Русская фразеология. Семантический, прагматический и
лингвокультурологический аспекты [Текст] / В.Н. Телия. – М.: Школа
«Языки русской культуры», 1996. – 288 с.
Буров, А.А. Синтаксические аспекты субстантивной номинации в
современном русском языке [Текст]: монография / А.А. Буров. Ч. 1-3. –
Пятигорск-Ставрополь, 1999. – 524 с.
Документ
Категория
Лингвистика
Просмотров
55
Размер файла
215 Кб
Теги
1/--страниц
Пожаловаться на содержимое документа