close

Вход

Забыли?

вход по аккаунту

?

bd000103333

код для вставкиСкачать
На главах рукописи
у%-
Малюкова Елена Вячеславовна
ЮРИДИЧЕСКАЯ ТЕРМИНОЛОГИЯ
В СИСТЕМОЦЕНТРИЧЕСКОМ
И АНТРОПОЦЕНТРИЧЕСКОМ АСПЕКТАХ
Специальность 10.02.19-теория языка
Автореферат
диссертации на соискание ученой степени
кандидата филологических н^^
Кемерово - 2005
Работа выполнена на кафедре русского языка ГОУ ВПО «Бийский
педагогический государственный университет им. В.М. Шукшина»
Научный руководитель:
доктор филологических наук,
профессор Б.Б. Трофимова
Официальные оппоненты: доктор филологических н^к,
профессор Н.Д. Голев
кандидат филологических наук,
доцент П.А. Катышев
Ведущая организация:
ГОУ ВПО «Красноярский государственный
педагогический универсигет
им. В. П. Астафьева
Защита состоится «20» декабря 2005 г. вл^^часов на заседа4ии
диссертационного совета Д. 212.088.01 по защите диссертаций на соиска ние
учёной степени кандидата филологических н ^ в ГОУ ВПО «Кемеровский
госущфственный университет» по адресу: 650043 Г. Кемерово, ул. Красная, 6.
С диссертацией можно ознакомиться в научной библиотеке
Кемеровского государственного университета
Автореферат разослан « / / «ноября 2005г
Ученый секретарь
диссертационного совета
кандидат филологических наук,
доцент
«-/S*^-"'
О-^- Булгакова
2f>/l>6'^
Общая харакгфистика работы
Одна из важнейших функций права - регулирование взаимоотношений
и поведения людей в обществе. Юридические нормы не могут существовать
игеие, как в определенных языковьк фq)мax, а значит, язьпс и право находятся
в тесном взаимодействии Щ5уг с другом. Одним из самых распространенных
мнгний в лингвистике считается положение о том, что юридический язык
яв;гяется одной из подсистем литературного языка [Суперанская, 1989;
Хижняк, 1997]. Ооцествует и иной подход, который «предполагаетналичие
у юридического языка, как и у других феноменов языко-правовой зоны,
спсщ1фического качества, невыводимого в полной мере из литературного
cyf ierpara» [Голев, 2004, с.39].
Проблема изучения специфики юридических терминов исследовалась
Kaic лингвистами, так и юристами, что обусловлено сферой их
употребления. А.В. Суперанская, Б.Н. Головин, С П . Хижняк, А.С.
Пиголкин, Н. Д. Голев, Т.М. Балыхина, Д.И. Милославская, А.А. Денисова,
Е.Б1. Ершова, Л.Н. Русинова, Т В . Морщакова, Г.В. Клычева, Р.И. Паисьева,
T.Ei. Рыженкова, Н.А. Бондырева, П.А. Дамаданова- вот далеко не полный
перечень специалистов, занимавшихся вопросами юридический
терминологии.
Пристальное внимание лингвистов всегда вызывали номинативные
процессы, протекающие в социально и профессионально ограниченных
сферах функционирования языка. Это внимание обусловлено
необходимостью изучения способов номинации специальных понятий,
социальной значимостью этого разряда номинативных единиц как средства
язикового представления и кодирования концептуальных знаний
конкретных сфер деятельности человека, тем, что специальная лексика и
ее ядро - терминология представляют собой активную часть лексики,
отг'зжающую движение нг^но-технического прогресса.
Интерес к правовой терминологии со стороны юристов объясняется
существенной ролью языковых средств в юридической деятельности. В
Kpjry проблем «язык и общество» всегда было и остается актуальным
взаимоотношение языка и права. Право и закон имеют непосредственное
отюшение к каждому гражданину государства. Нормы права выражаются
средствами языка, следовательно, любой гражданин может столкнуться с
терминологией права.
Изучение юридической терминологии прошло за короткий временной
промежуток достаточно большой путь развития: от определения основных
понятий [Даниленко, 1977; Головин, 1979] до изучения юридических
терминов с позиций системоцентризма [Пиголкин, 1990; Хижняк, 1997;
I
POC НАЦИОМАЛЬНАЯ}
смБдиатим
1
Милославская, 2000]. Несмотря на разносторонность исследования
юридических терминов, многие важные вопросы остаются актуальными:
- что считать юридическим термином?
- каковы его признаки?
- по какому критерию возможно разграничение терминов и обще­
литературных слов?
- каков объем юридической терминологии?
- можно ли считать юридическую терминологию самостоятельной
системой?
Дискуссии, связанные с обсуждением этих вопросов, до настоящего
времени проводились с позиций системоцентризма. Однако см1;на
парадигм в лингвистике - от системоцентризма к антропоцентри:1му
открывает принципиально иные возможности для изучения различ1[ых
проблем, в том числе и юридической терминологии.
Развитие данного направления предопределило распространение
мнения о необходимости привлечения носителей языка в исследоваголх,
посвященных изучению языковых единиц различных уровней. Для
юридической терминологии это особенно актуально, поскольку обраще те
к языковой компетенции информантов является гарантией
экспланатарности полученных результатов, а также открывает ноные
перспективы в изучении ряда теоретических положений, ответ на кото{)ые
не может быть получен в рамках традиционной теории. Однако, несмофя
на необходимость подобных исследований, рассмотрение юридических
терминов в антропоцентрической парадигме, к сожалению, не получило
широюго распространения.
Данный подход важен для современного развития языка права,
учитьгаая предполагаемое введение суда присяжных заседателей, так как
«юридические термины должны быть доступными для рядового
гражданина, чтобы обеспечить адекватное восприятие» [Голев, 2004, с.46].
Но для того, чтобы обеспечить понимание, нужно решить ряд вопросов с
привлечением «человеческого» фактора. Такая попытка была предпринята
в данном исследовании.
Актуальность работы определяется заинтересованностью всех слоев
общества в основах правового образования, невозможного ))ез
исследования объема и статуса юридической терминологии в
лексикографических источниках и сознании носителей, что позволяет
расширить круг поиска специфических свойств юридических терминсв и
разносторонне исследовать данные языковые единицы. Следует тавже
учитывать, что термины служат главным средством концептуальной
ориентации в когнитивно-коммуникативном пространстве, они задают
направление мыслительной деятельности.
4
• ■ ^
Объектом исследования является юридическая терминология, а
предметом - юридическая терминология в системе языка и сознании
но<;ителей.
Цель работы - рассмотреть юридическую терминологию в аспекте
общих терминологических проблем и экспериментально исследовать
юридические термины с позиций антропоцентризма.
Для достижения поставленной цели решались следующие задачи:
1) исследовать различные подходы к определению юридических
тер'минов;
2) выделить основные типы юридических терминов;
3) выявить особенности восприятия данных языковых единиц
но«;ителями русского языка;
4) установить специфику интерпретации юридических терминов
юристами и людьми, не имеющими отношение к данной сфере
деятельности.
5) определить объем юридической терминологии в сознании
носителей языка;
6) исследовать коннотативный компонент значения юридических
терминов;
7) выявить соотношение словарной дефиниции юридического термина
с его концептом в лексиконе индивида.
Для решения этих задач и верификации результатов исследования были
использованы методы: сплошной выборки исследуемого материала,
простой ассоциативный эксперимент, направленный эксперимент, прием
свободных фуппировок, толкования значения и метод семантического
дифференциала. Всего в ходе исследования было проведено 7
экспериментов.
Материалом послужили кодифицированные юридические термины,
полученные методом сплошной выборки из Большого Юридического
Эн диклопедического словаря [2004], Большого словаря юридических
терминов [2002] и Большого толкового словаря (под ред. С.А. Кузнецова)
[2001].
Новизна работы определяется комплексным подходом к юридической
терминологии, совмещающим лексикографическую практику с
исследованием лингвистической компетенции носителей, имеющих
разную степень юридической подготовленности, а также исследуется состав
юр чдической терминологии ял разных уровнях восприятия - спонтанном
и осознанном.
Теоретическая значимость работы состоит в том, что в ней определяется
специфика функционирования юридических терминов в системе языка и
5
сознании носителей, сопоставляется объем юридической терминологии с
позиций системоценризма и антропоцентризма.
Практическая значимость. Созданная в ходе исследования рабочая
классификация юридической терминологии может быть применена в
других исследованиях татой же направленности. Результаты работы могут
использоваться в вузовских курсах «Лексикология русского языка»,
«Психолингвистика», в п]эоцессе преподавания спецкурсов по указанным
дисциплинам. Материал исследования может стать основой для разработки
пособий, предназначенных для студентов юридических специальностей.
На защит;' выносятся следующие положения:
1) термины - единственный класс лексико-семантических единиц, в
которых языковое и метаязыковое исходно, по природе своей, слито
воедино;
2) отличие между термином в системоцентрическом и
антропоцентрическом пространстве определяется общим различием
между результатом теоретического и обыденного познания;
3) объем юридической терминологии в лексиконе носителей больше
его словарной тфедставленности;
4) юридические TepN'HHbi, выделенные в толковых и специальных
словарях как абсолютные синонимы, в сознании носителей
разграничиваются семан'-ически и стилистически;
5) применительно к юридической лексике коннотативный компонент,
отражающий субъективтгое отношение носителя к данным терминам,
выражен очень слабо;
6) узкоспециальные ю]ждические термины, отраженные в специальных
словарях, практически не используются в юридической практике.
Апробация результатов исследования проходила на Международной
нг^но - практической кснференции «Наука и образование: проблемы и
перспекгивы» (Бийск, а11р<;ль 2002); на Межвузовской научно-пракгической
конференции «Художественный текст: варианты интерпретации» (Бийск,
май 2004); на Международной научно-практической конференции
«Языковая картина мира: лингвистический и культурологический аспекты»
(Бийск, сентябрь 2004); на Международной научно-практической
конференции «Общетеоретические и типологические проблемы
языкознания» (Бийск, октлбрь 2005). Отдельные фрагменты исследования
обсуждались на аспирантских семинарах. По материалам диссертации
опубликовано 5 статей.
Структура работы. Диссертационное исследование состоит из введения,
6
двух гнав, заключения, списка литературы, содержащего 221 наименование,
а также приложения.
СОДЕРЖАНИЕ РАБОТЫ
Во Введении обосновывается актуальность работы, формулируются
ее цели и задачи, определяются объект и предмет исследования,
перечисляются положения, выносимые на зашиту, указывается н^^ная
новизна и практическая значимость результатоЕ исследования.
В первой главе «Теоретические проблемы общей и юридической
терминологии» рассматриваются спорные вопросы в области
терминологии.
Несмотря на достаточную разработанность данного раздела
языкознания, до сих пор остается нерешенным эяд проблем, связанных с
определением сущности термина, объема терминологии, её места в системе
языка, что обусловлено различиями в подходах на данную языко^ю
единицу.
Поскольку работа посвящена исследованию юридических терминов, в
ней детально рассматриваются содержательная сторона данных единиц с
точки зрения системы языка, а также ключевые концепции, посвященные
основополагающим характеристикам термина. В процессе анализа
выделяются категориальные признаки юридичегкого термина, к которым
относятся: точность, дефинитивность, системность, стилистическая
нейтральность, отсутствие синонимов, крат11:ость, независимость от
контекста, общепризнанность (термин не должен создаваться для каждого
нового закона), стабильность (смысл и значение термина должны быть
постоянными), досчупность. В работе приводятся различные точки зрения,
раскрывающие их сущность, а также анализируется ряд последних
исследований в области юридической терминологии.
Для систематизации материала и последуюьдего использования его в
экспериментах вводится классификация, полученная путем сопоставления
лексики, отраженной в толковом и юридическом словарях, позволившая
выявить следующие группы слов:
1) термины, зафиксированные в толковом |;ловаре (БТС), с тем же
значением, что и в юридическом (акция, алименты, петиция);
2) термины, зафиксированные в толковом а оваре с иным значением
нежели в юридическом (арбитраж, вина, имущество);
3) термины, которые употреблены в толковом словаре с пометой
«юрид.» (апелляция, иск, конфискат);
4) термины, указанные только в юридическотл словаре и не нашедшие
отражения в толковом (эвикция, рецеписса).
7
Основные положения системной терминологии, сформулированные
в настоящей главе, послужили в качестве опорных при комплексном
исследовашга юридических терминов в когнитивном аспекте.
Во второй главе «Исследование юридической терминологии в
восприятии носителей» приводится описание результатов
экспериментального исследования.
В рамках данной работы было проведено семь экспериментов с
использованием различных методик. В качестве респондентов привлекались
студенты очной и заочной форм обучения разных учебных заведений.
Всего - 575 носителей русского языка.
Выдвинутые задачи предопределили ход экспериментального
исследования и выбор экспериментальных методик. Необходимо отметигь,
что логика проведения экспериментов строилась по принципу
постепенного сужения объектов (от определения общего объема
материала исследования до изучения конкретньпс характеристик). Это
позволяет сделать вывод о том, что эксперименты носили последовательно
уточняющий характер.
На первом этапе работы возникла необходимость выявить объгм
юридической терминологии в сознании носителей языка, для этого был
проведен эксперимент № 1 . В задачи данного эксперимента входило
проверить уровень владения юридической терминологией как
специалистов, так и простых носителей, не имеющих отношение к
юриспруденции, а также определить, какими лексическими единицами в
сознании реципиентов она представлена.
В ходе эксперимента испытуемым предлагалось написать все
юридические термины, которые они знают. При этом понятие «термин»
не расшифровьгеалось. Время эксперимента не ограничивалось.
В экспериментальном исследовании приняло участие 47 информантов:
студенты различных факультетов Бийского педагогического
государственного университета (студенты 5 курса факультета истории и
права, студенты 4 курса факультета иностранных языков, студенты 2 курса
филологического факультета).
Эксперимент по определению объема юридической терминологии на
уровне сознания носителя показал, что характер профессиональной
принадлежности информантов не влияет на качественн>ю
представленность юридических терминов, что объясняется особенностями
функционирования данного класса слов в социуме.
В структурном отношении материал представлен преимуществешо
существительными (акт, процесс, кодекс, юрист, право, закон, адвокат,
алиби, судья, истец, ответчик и др.), а также, хотя и в меньшей степей и,
8
слозосочетаниями типа: прилагательное + существительное
{арбитражный процесс, юридическая ответственность, и др.).
(Зреди всех реакций, полученных в ходе эксперимента, большая часть
слои (55%) относится к первой грутте рабочей классификации, 34% - ко
втор ой и 1 1 % составили лексемы третьей группы.
В ходе обработки материала бьши выделены 23 высокочастотные
реакции. Среди них большинство терминов, относящихся к первой и второй
грушам. Полученные в ходе исследования слова практически полностью
соотносятся с юридическими терминами, т.е. находят свое отражение в
юридических словарях. Процент общелитературных слов, представленных
в соз нании носителей в качестве юридических терминов, невелик, примерно
10%
Полученный в ходе экспериментального исследования материал,
распределен по тематическим грухшам.
У. первой группе были отнесены реакции, являющиеся названиями
органов власти: суд, прокуратура, адвокатская контора, нотариальная
контлора, арбитражный суд, верховный суд...
Е!о вторую группу вошли реакции, называющие людей, которые
относятся к юридическим специальностям и юридической специфике в
целом: юрист, адвокат, следователь, судмедэксперт, судья, нотариус,
прокурор, судоисполнитгль, защитник, истец, ответчик...
Третью группу составили названия документов и юридических
действий: процесс, завещание, дарение, защита, прошение, наказание,
преступление, заседание, апелляция, мера пресечения, юридическое
праеонарушение, приговор, исполнение, иск, административное
взыскание, кодекс, конституция, лицензия, доверенность, договор, акт
Четвертая группа представлена названиями юридических дисциплин
(областей знаний): теория государства и права, судебная медицина,
административное право, уголовное право, криминалистика,
крил'инология, трудовое право...
К пятой группе отнесены лексемы, находящиеся в лексиконе
реципиентов на периферии юридической терминологии. В большинстве
это термины из экономической сферы: пеня, девальвация, оферта, налог,
рентуа..
Как показывают тфимеры, самой многочисленной является третья
темагическая группа. Это позволяет сделать вывод о том, что она наиболее
знакэма носителям. По-видимому, представленная лексика освоена
реципиентами в результате их профессиональной деятельности.
Интерес вызывает также тот факт, что практически все реакции, за
исключением нескольких {зэк, сообщник), были представлены книжным
9
стилем, что свидетельствует об определенной стилистической
нейтральности данной лексики в сознании носителей языка.
Таким образом, состав юридической терминологии на уровне сознания
носителя языка включает в себя три группы заявленной классификации.
Появление этих реакций вполне закономерно. Что касается четвертой
Фуппы терминов, то в сознании рюсителей она представлена единичными
случаями. Наличие обще/итературной лексики является закономерным, а
ее использование в качестве юридических терминов в сознании носителя,
скорее всего, объясняется спецификой функционирования правовой
лексики в социуме.
На следующих этапах была предпринята попытка всестороннего
исследования кодифицированных юридических терминов. Необходимо
отметить, что материаломдаяэкспериментов №№ 2-5 послужили 60 лексем
всех четырех групп классификации.
В эксперименте №2 в качестве метода исследования был использован
простой ассоциативный эгссперимент, дающий представление о характере
спонтанных реакций человека на разные языковые стимулы.
В эксперименте приняло участие 97 человек (студенты очного отделения
Алтайского политехнического колледжа по специальности
«юриспруденция»; студенты заочного отделения Ленинградского
государственного университета им. А.С. Пушкина по специальности
«юриспруденция»; студе>ггы Бийского технологического института, по
специальности «экономии а»), от которых получено 4074 реакции.
Наименьший коэффициент разнообразия был зафиксирован в первой
и второй группах, а наибольшее количество разнообразных реакций
приведено реципиентами на термины четвертой группы. Анализ
ассоциаций с точки зрения вычисления коэффициента разнообразия
показывает неоднородность спонтанного восприятия разных групп
юридических терминов.
Термины первых двух i-pynn классификации не вызвали у ргаформантов
никаких затруднений, поскольку практически на все стимулы были
получены реакции (98%). Необходимо отметить, что в той фуппе проявился
низкий коэффициент разнсюбразия. Так, термин арбитраже (относящийся
ко второй группе) имеет 67 повторов, жертва - 58, алименты - 63. Заметим
также, некоторые термины дали весьма стереотипные реакции. Например,
на термин банда были даны следующие стимулы: 44 респондента дали
реакцию - группа, а 36 информантов реакцию - преступники. Среди
остальных 17 были выделены такие ответы как бригада - 4, мафия - 3,
преступление — 3, бандиты - 3, оружие - 1, страх - 1, криминал - 1,
беспредел - 1 . Нужно отмегить, что это характерно и для других терминов,
10
относящихся к первым двум группам классификации. В четвертой и отчасти
в третьей группах резко возрастает коэффгащент разнообразия за счет
случайных реавдий, обусловленных слабым владением терминологией,
входящей в данные группы.
В первых двух группах 90 % стимулов отражены преобладающим
количеством грамматически эквивалентных слов-реакщяй; что касается
последних двух групп, то такая четкая структурная коррелящм между
стимулом и реакщ1ей не наблюдается. Так, в структурном отношении
стимулы представлены только существительными, а реакции в третьей и
четвертой группах существительными, прилагательными и в отдельных
случаях глаголами. Например, термин легитимация (третья группа)
представлен следующими наиболее частотными реакциями: законный 7, легальный -10. Термин биоцид (четвертая группа): биологический - 8,
двойной - 7, искусственный - 5. Термин ковернот (четвертая группа):
каверзный - 7, коверкать - 8. Также в ряде случаев, в качестве реакций,
информантами были употреблены словосочетания. Например, мс/с-мера
воздействия, способ защиты права; деликт - гражданское
правонарушение; легитимация — определение срока.
Таким образом, исследование грамматической структуры полученных
реакций в сопоставлении со структурной организацией стимула показало,
что незнание значения термина вызывает у информанта желание его
объяснить, опираясь на формальные признаки.
Разграничение ассоциаций с позиций се\[антических отношений
стимула и реакции с учетом предварительного распределения
экспериментального материала по четьфем группам, показало, что
носители языка на уровне спонтанного восприятия опираются как на
словарное значение термина, (например, на термин досье бьши получены
реакции информация на человека, сбор материала, дело, личное дело,
сведение, архив), так и на окказиональное (например: политика,
государство, обсуждение, юридический термин на слово меморандум)
в зависимости от принадлежности стимула к той или иной группе
классификахщи.
Цель эксперимента №3 состояла в выявлении скобенностей восприятия
значения юридических термршов носителями языка, а также в определении
соотношения словарной дефиниции юридического термина с
информацией, хранящейся в лексиконе индивида.
В эксперименте приняли участие студенты заочной формы обучения
различных факультетов представительства Ленинградского
государственного университета им. А.С. Пушкина в г Бийске (всего 72
человека).
И
Задание формулировалось следующим образом: «Ответьте на вопросы:
а) слышали ли вы когда-либо данное слово, б) употребляете ли вы его и в
каком контексте в) укажите значение данного слова».
Ответ на первый вопрос позволяет определить, представлено то или
иное значение в сознании носителя. В качестве примера можно привести
термин эизекватура ■ 98% не знали значения, так как сльппали данное слово
впервые. Аналогичная ситуация практически со всеми терминами
четвертой группы (рецеписса, трансакция, фидуция, жиро, дизажио).
Кроме того, первый и второй пункты анкеты дают возможность
определить активность использования данных терминов в речи. ^1то
касается третьего вопроса, то ответ на него был отрицательным, 9 ?%
информантов не смогаи указать значение термина. Это позволяет сделать
вывод о возможной представленности стимула в сознании носителя, но
без его экспликации.
Значение большей части первой и второй группы терминов было
определено носителями язьпса очень близко к тому, как оно зафиксировано
в словарях. Так, например, термин имущество трактуется в Большом
юридическом энциклопедическом словаре [далее БЮЭС, 2004] 1:ак
«совокупность имущественных прав конкретного юридического 1'ЛИ
физического лица; материальный объект собственности». При опросе
реципиенты характеризовали данную дефиницию как: «все, что
принадлежит конкретному лицу (физическому или юридическому) по
праву собственности; вещи, деньги, недвижимость, принадлежаа.ие
определенному лицу; то, чем владеет человек по праву (вещи, деньги);
что-то материальное принадлежащее определенному лицу по праву» В
тех случаях, когда в словаре дается два и более значения исследуемой
единицы, в реакциях носителей они отражаются обе (синкретично). Так, в
словаре термин ордер имеет следующие значения: 1) официальной
документ, содержащий приказ, предписание, распоряжение на соверше?ие
определенных действий; 2) документ на совершение операций с денежны\»1
средствами или материальными ценностями; письменное распоряжение
на выдачу, получение материальных ценностей или наличных денег, на
право проведения других операций. В ответах реципиентов первое
значение передано такими реакциями, как: разрешение на проведение
каких-либо санкционированных действий; документ, предоставляющий
право на какие-то действия; приказ на арест. Второе значение представлено
следующими ответами: документ на жилплощадь, документ,
удостоверяющий право собственности, документ, подтверждающий право
пользования квартирой (при социальном найме). К синкретическ)<м
формам, объединяющим эти два значения, можно отнести; докуме^эт,
12
который дает право на действия, на квартиру, право на что-либо обыск,
имущество. Наличие синкретических форм значения в ответах реципиентов
показывает, что в лексиконе носителей языка значение данного термина
представлено достаточно подробно.
Что касается третьей группы, на уровне осознанного восприятия
носителями языка, то полученный материал выявил следующее. Значение
термина в ряде случаев было истолковако неверно. Например,
«презумпция - предположение, признаваемое достоверным, пока не будет
доказано обратное» [БЮЭС, 2004]. Реакции на данный стимул: «право
человека на что-либо, какой-либо вьшод».
На основании приведенного примера можно предположить, что
термины третьей группы представлетш! в созн.1нии носителя слабо, что
свидетельствует о незнании их значений. Тем не менее, большая часть
реципиентов слышала данные термины, хотя и не может точно объяснить
их.
Четвертая группа отражена очень слабо, а на первый и второй вопросы
анкеты даны отрицательные ответы. Тем не менее, реципиенты, не зная
значения, пытались, в ряде случаев, дать термину свою интерпретацию.
Однако такие случаи малочисленны (примерно 5%).
Таким образом, при определении значения хорошо известного стимула
давались реакции, не отличающиеся большим разнообразием и
соответствующие кодифицированному значению. Информанты, как
правило, действовали двумя способами: указывали синонимичное данному
термину слово или описывали значение ситуати зно. Например: гарантия
- поручительство; досье - документы. Такой способ толкования избрали
большинство реципиентов. Однако иногда информанты давали толкование
данному термину. Например: гарантия - обесг ечение обязательств, это
подтверждение того, что обязательство будет выполнено, обязательство
что-либо выполнить; досье - собрание фактов о ком-либо, какие-либо
сведения на конкретного субъекта, материал, собранный на определенное
лицо.
В ходе эксперимента ША предпринята попытка выявить опоры,
применяемые информантами при классификации юридических терминов.
Для достижения поставленной цели использовался метод свободных
группировок. В качестве экспериментального материала были выбраны
60 юридических терминов, которые давались в г исьменном виде, причем
порядок их следования был произвольным.
В качестве испытуемых были привлечены студенты факультетов:
филологического, истории и права Бийского педагогического
государственного университета имени В.М. Шукшина очной и заочной
Б
форм обучения (89 человек). Реципиентам предлагалась следующая
инструкция: «Распределите данные слова по группам. Количество групп и
способ группировки может быть любым». Время не ограничивалось.
Анализ материала показал отсутствие классификационных опор.
Единственное, что проявилось, скорее всего, на неосознанном уровне, )то
разделение на группы по степени освоенности лексики. Таким образом,
было выделено три основных класса: термины знакомые, термины
незнакомые и «смешанная» группа.
Группа, которая бьша названа знакомой, включала в себя, как правило,
термины, относящиеся к первым двум группам классификации. Например,
акция, анкета, должник, беженец, вина, досье, коррупция. Такжо в
данную группу были частично включены термины третьей группы:
кассация, правонарушение, судимость, иск, санкция, апелляция, 'сто
позволяет сделать предположение о представленности таких терминов в
сознании носителей.
Что касается незнакомых терминов, то здесь очень четко можно
отметить преобладание лексем, относящихся к четвертой гругпе
классификации. Например: биоцид, вализа, делькредере, дизажио, жмро,
ковернот, фидуция. В ряде случаев к этому разряду были отнесены
термины из третьей группы: экспроприация, легитимация. Данный факт
подтверждает выводы, полученные на предыдущем этапе: тepми^ы
четвертой группы представлены в сознании носителей очень слабо.
В «смешанную» группу вошли слова, которые вызвали определенные
трудности у информантов. Данный класс был представлен терминами,
которые предположительно были знакомы реципиентам, но, по-видимо111у,
вызывали затруднение при определении их значения.
В результате вышеописанного эксперимента мы пришли к следующим
выводам: 1) носители языка четко классифицируют лишь знакомые и
незнакомые им термины; 2) термины, относящиеся к третьей группе наи;ей
классификации и являющиеся собственно юридическими, представле 1Ы
в сознании носителя слабо; 3) термины, принадлежащие кчетвертой ipyme,
в большинстве случаев, были отнесены информантами к семантически
осложнены.
На следующем этапе работы исследовались коннотативные
характеристики юридических терминов. С этой целью был проведен
эксперимент №5 с использованием метода семантического
дифференциала. Материалом эксперимента послужили юридические
термины всех групп (всего 28 однословных терминов). Информантам были
выданы анкеты с заданием: «Оцените по 5-балльной шкале каждое слово
по следующим параметрам:
14
j) удачный
1 2
3 4 5 неудачный
5) хороший 1 2
3 4 5 плохой
з) удобный 1 2
3 4 5 неудобный
г) гладкий
1 2
3 4 5 шероховатый
l) тяжелый
1 2
3 4 5 легкий».
Выбор именно этих шкал продиктован характером исследуемых единиц,
т.е. тересечение некоторых из них позволяет выявить неслучайность ответов
реципиентов. В эксперименте приняли участие 90 человек (студенты
заочного отделения представительства Ленинградского государственного
университета в г. Бийске).
1ри анализе слов экспроприация, рецеписса, трансакция, фидуция,
цессия, экзекватура, эвикция, узуфрукт и т.д. удалось установить, что в
рабэтах большинства информантов они были оценены как нейтральные
по Е сем шкалам. В эксперименте №3 было установлено, что реципиенты
не знают значения данных терминов, поэтому на данном этапе работы они
были определены исследователем как нейтральные. Напомним, что эти
слона относятся к группе, состоящей из малоупотребимых юридических
терминов. Таким образом, одной из причин нейтральности лексемы может
ста1ъ незнание или непонимание её значения.
Помимо этого в качестве нейтральных определены словамеморандум,
кондиция, петиция. Это можно объяснить тем, что данные слова, несмотря
на в лсокую степень их известности, не так часто встречаются в юридической
прастике. Причина определения лексемы понятой как эмоционально
немаркированной кроется в специфике её семантики, которая
под|)азумевает под «понятым» любое физическое лицо, приглашенное для
участия при проведении в качестве самостоятельных процессуальных
действий, производство осмотра обыска и так далее.
'"ермины, в которых, по мнению испьпуемьгк, отсутствуют нейтральные
оценки, весьма немногочисленны, к ним относятся: судимость,
правонарушение, мафия. Специфика этих слов заключается в том, что они
име от ярко выраженную эмоциональную окраску с позиции носителей
языка, которая при их восприятии выходит на первый план.
Необходимо отметить, что самыми легкими (не вызывающими
затруднения) шкалами для анализа стали антонимические пары «удачный
- не;/дачный», «хороший - плохой», поскольку име1шо по этим параметрам
бьш э наименьшее количество нейтральных результатов. Это обусловлено
тем, что данные характеристики легче поддаются объяснению, так как
задействуют операции, которые довольно часто используются в
повседневной жизни. По шкалам «тяжелый - легкий», «гладкий шерэховатый» количество нейтральных оценок составило по 73,5%.
15
По мнению носителей лзыка, как «удачные* можно охарактеризовать
термины: гарантия (1,3); имущество (1,4); нотариус (1,9). Группу
«неудачных» составили слова: алименты (3,7); мафия (3,8);
правонарушение (4).
Оценка «хороший» мо;кет быть применена к следующим терминам:
гарантия, имущество(1,3); дубликат, нотариусQ.,\). К«отрицатечьным»
информантами были отнесены лексемы: алименты (3,6); правонарушение
(4,2); судимость (4,4) имафия (4,7). В данном случае подтверждается то,
что наиболее представительной в группе фактора оценки, согласно Ч.
Осгуяу, является шкала <осо]юший - плохой», т.е. оценки слов по этой шкале
являются наиболее показательными.
При анализе предложенных терминов по шкале «удобный - неудобный»
реципиентами были приведены: «удобный» - гарантия (1,3), имущество
(1,5), дубликат (1,7); нотариус (2). Оценка «неудобный» может, по их
мнению, быть применена ъ. словам: потерпевший (3,7); правонарушение
(3,7).
По характеристикам «гладкий - шероховатый» были оценены семь слов
из 28. Слова гарантия (2,2) и имущество (2,4) в большей степени
ассоциируются с чем-то гладким, термины алименты (3,7), санкция (3,7),
мафия (3,9), правонарушение (3,6), судимость (4) в сознании носителей
языка связаны с чем-то шероховатым.
И, наконец, по последней шкале «тяжелый - лёгкий» также было
охарактеризовано только 7 терминов. Причем преобладающей оказьшается
оценка тяжелый: досье (2,7): алименты (2,4); потерпевший (2,4); судимость
(2,2); мафия (2,1); правонарушение (2,1). Термин дубликат оказывается
эмоционально нагруженным по шкале «легкий».
Исходя из анализа полученных данных, можно сказать, что большую
часть юридической терминологии характеризует отсутствие
эмоциональной окрашенно ли. Для ряда терминов это происходит потому,
что их значение неизвестно информантам. Другие не вызывают какихлибо эмоций в силу особенности их семантики, например, понятой,
меморандум, кондиция. Одной из причин нейтральности юридической
терминологии является особенность ее функционирования, а именно её
активное использование в официально-деловом стиле. В то же время ряд
терминов, не имеющих какк'с-либо стилистических помет, носителями язьпса
интерпретируются как эмоционально нагруженные, например мафия,
потерпевший, судимость.
Эксперимент №6 был посвящен исследованию особенностей
восприятия синонимических рядов, в составе которых присутствуют
юридические термины. В качестве материала использовались 28
16
синонимических рядов из еловая под редакцией А.П. Евгеньевой [Словарь
синонимов русского языка, 2001], поскольку ргменно такое количество
синонимических рядов удалось выделить по материалам словаря.
Согласно предложенной инструкции, необходимо было не только
указать различие в значении (если оно присутствует), но и объяснить, в
чем оно состоит. В эксперименте участвовало 100 человек: студенты
филологического факультета и факультета истории и права Бийского
педагогического государственного университета им. В.М. Шукшина.
В15 синонимических рядах большинство испытуемых увидели и смопш
объяснить разницу в значении предложенных слов. Так, в термине
амнистия носители языка указали ряд оттенков его значения: 1)
распространяется на группу лиц; 2) может быть приурочена к
знаменательной дате. Помилование подразумевает освобождение от
смертной казни и распространяется только на одно лицо.
В ряде случаев носители языка более детально описывали значения
предложенных единиц, порой выделяя отличия, не зафиксированные
словарем. Так, например, при рассмотрении синонимической пары
автономия, самоуправление респонденты отмзтили, что автономия особый статус территориальной единицы, а самоуправление собственные органы управления отдельной территории. Иногда
информанты лишь констатировали отличия, но не смогли их вербализовать,
например гарантия, поручительство; показание, свидетельство;
сообщничество, соучастие.
В 11 синонимических рядах большинство реципиентов не увидели
разницы в значениях синонимов и определили их как тождественные.
Например, возместить, покрыть, компенсировать, восполнить;
заверить, удостоверить, засвидетельствовать, скрепить.
На заключительном этапе работы респондентам были предложены
отрывки исковых заявлений, содержащие разного рода образные
выражения, недопустимые в официально-деловом стиле. В задании
требовалось указать: понятен ли смысл приведенного отрывка, мешает ли
выделенное выражение пониманию всего текста. Предлагалось заменить
данное выражение, если это возможно. В эксперименте приняли участие
80 человек: студенты Бийского педагогического государственного
университетаимениВ.М. Шукшина.
По мнению всех опрошенных, смысл текстов им понятен. Половина
информантов отметили тот факт, что данные вьфажения не мешают
пониманию предложенного отрывка: «Для воссггановления автомобиля
мною были затрачены большие финансовые сре.аства. Я буквально была
разорена до ниточки». В ряде случаев, с точки зрения большинства
17
информантов, данные выражения затрудняют восприятие всего заявления,
поэтому было бы лучше их опустить, так как они не несут на себе никакой
смысловой нагрузки. Например: «Отношение к должностным
обязанностям было безответственное, «спустя рукава», ни раз допускал
опоздания на службу, были случаи употребления алкоголя в быту, когда
непосредственно на следующий день нужно было выходить на службу,
что отрицательно влияло на исполнение служебных обязанностей».
Измененные выражения, которые привели информанты, не отличактся
большим разнообразием, но всех их объединяет нейтральный характер,
использование лексики более уместной для официально-делового стиля.
Результаты проведенного экспериментального исследования
юридических терминов показали, что:
1) Объем терминологии на уровне сознания носителей языка
значительно больше словарного, поскольку носители языка включают з ее
состав помимо юридических терминов слова, относящиес! к
общеупотребительной лексике.
2) Термины, относящиеся к первым двум группам рабочей
классификации, вызывают наименьшие затруднения при опознании и их
интерпретации, что позволяет сделать вывод о стереотипном характере
данных единиц в сознании носителей.
3) Термины третьей группы представлены в сознании носите аей
неоднородно. Видимо, они находятся на периферии когнитивной
терминологии, поскольку реже объединяются в группу, а, следовател4но,
являются менее актуальными в индивидуальном лексиконе носителя. 'Это
позволяет сделать вывод о том, что юридические термины хранятся в
сознании реципиента как некоторое нечетко оформленное смысловое
представление конкретного термина.
4) Термины четвертой группы на уровне сознания носителей языка
практически не представлены. В отдельных случаях информашы пытались
интерпретировать их значение, основываясь на формальном сходстве.
Иногда отмечалось использование некоторых дефиниций (у студентов
юридического факультета), что обусловлено, прежде всего, чет» им
знанием данного термина.
5) Результаты эксперимента, исследовавшего юридические термины с
помощью метода семантического дифференциала, показали, что больаую
часть юридической терминологии характеризует отсутствие
эмоциональной окрашенности. Для ряда терминов это объясняется тем,
что их значение не известно информантам. Другие не вызывают какихлибо эмоций, в силу особенности их семантики.
6) Исследование юридических синонимов методом cy6beKTHBFbix
18
дефиниций выявило, что с позиции носителей языка невозможно говорить
об их дублетности (полной тождественности). Реципиенты имеют
от1'етливое представление о семантических различиях большинства
юридических терминов, относящихся к первым двум группам
клгссификации, и без особого труда могут это эксплицировать.
7) Эксперимент с предъявлением отрывков исковых заявлений показал,
чтс наличие в текстах данного рода образных выражений не мешает
потгаманию исходного смысла. Однако, с точки зрения носителей языка,
их чспользование не оправдано в документах официально-делового стиля.
Подобные словосочетания должны быть либо опущены, либо заменены
на нейтральные.
Таким образом, комплексное изучение восприятия юридических
терминов в различных условиях предъявления (простой ассоциативный,
отсроченный направленный, отсроченный ненаправленный
эксперименты, контекстуальное предъявление) позволило сделать вывод
о том, что факторы, влияющие на восприятие, ограничиваются степенью
употребительности данного термина. В ряде случаев центральным
оказывается значение термина.
Опираясь на результаты эксперимента, направленного на выявление
обтема терминологии, можно сделать вывод о том, что в сознании
реципиентов, помимо однословных терминов, присутствуют
словосочетания. Это позволяет выдвинуть предположение о неоднородной
представленности юридической терминологии в лексиконе носителей, т.е.
отсутствие строгой корреляции термина со словом.
Сопоставление результатов простого ассоциативного и направленного
экстериментов говорит о преобладании семантической стратегии, те.
носители, при интерпретации термина, в большей степени базируются на
его значении. При опознавании незнакомых терминов реципиенты
опираются на формальные компоненты, такие как знакомые морфемы,
зву1собуквенные комплексы. Например, ковернот — ковер, ноты, биоцид
~ биологический, геноцид; узуфрукт - фрукт.
Несмотря на убеждение, что юридический термин нейтрален, т.е. не
им« ет эмоциональной нагрузки, эксперимент с использованием метода
се\антического дифференциала показал, что в процессе
функционирования некоторых терминов возможно появление
коннотативных наслоений. Например, термины гарантия, имуи(ество,
нотариус, дубликат характеризовались носителями как имеющие
положительную окраску, в то же время отрицательноокрашенными были
определены термины судимость, потерпевший, правонарушение, мафия.
\4иение носителей относительно состава ряда синонимов далеко не
19
всегда совпадает с кодифицированнъгаи источниками. Информанты более
детально описывали значгние предложенных синонимов, выделяя оттенки
смысла, которые не зафиксированы в словарях. Например, термин
контракт, по мнению ре1лтиентов, отличает от остальных то, что данный
документ письменный, тогда как термины этого же ряда договор и
соглашение могут носить устный характер.
Весьма интересные результаты были получены в ходе эксперимента с
использованием метода свободных группировок. Удалось выяснить, что
основанием для объедияения юридических терминов в группы стало
знание или незнание данных языковых единиц. Необходимо отметить, что
объединение юридичесних терминов в тематические фуппы не было
представлено в работах информантов, что оказалось несколько
неожиданным.
Проведенное исследование продемонстрировало, что данные,
полученные нами, не всегда оказываются однозначными. Это связано,
прежде всего, с тем, что 'та дискретность, разложенность «по полочкам»
языковых единиц, которая характеризует системоцентризм, скорее всего,
отсутствует в языке личности" [Трофимова, 2002, с. 66].
Изучение юридических терминов показало, что признаки, положенные
в основу рабочей классификации, являются релевантными для носителей
языка. Термины, составляющие первую и вторую группы, представляют
собой своеобразное ядро юридической терминологии в лексиконе
носителя, а лексемы, входящие в состав третьей и четвертой группы,
находятся на периферии сознания.
В Заключении излагаются основные теоретические и
экспериментальные выводы по диссертации, а также намечаются
перспективы дальнейшего исследования. Представляется, что одним из
направлений может стать сопоставительное изучение терминов других
языков, как близкородственных, так и типологически далеких. Это позволит
выявить универсальные механизмы восприятия юридических терминов
различных языков. Кроме того, теоретические положения, полученные в
работе, могут быть использованы в лексико-графической практике, а
именно при составлении юридических словарей, обращенных к рядовым
носителям языка.
По теме диссертации имеются следующие публикации:
1. К проблеме юриди'<еской терминологии // Художественный текст:
Варианты интерпретации Бийск, 2004. Вып. 9. С. 233-235.
2. Экспериментальное исследование восприятия юридических
20
терминов // Языковая картина мира: лингвистический и
культурологический аспекты. Бийск, 2004. Том 1, С. 231-235.
3. Экспериментальное исследование восприятия терминов-синонимов
// Н^ка и образование: проблемы и перспективы. Бийск, 2005. Часть 2. С.
75-77.
4. Исследование значения юридических терминов на уровне
осознанного восприятия носителей языка // Художественный текст:
варианты интерпретации. Труды 10 межвузовской научно-практической
конференции(16-17 мая 2005 г.). Бийск, 2005. С. 11-16.
5. Определение объема юридической терминологии в когнитивном
аспекге // Картина мира: язык, литература, культура. Сборник научных
статей. Бийск, 2005. С. 119-123.
21
Сдано в набор 8.11.2005. Подписано в печать 15.11.2005.
Формат 60x90/16. Гарнитура Times. Бумага офсетная.
Печать оперативная.
Усл. печ. л. 1,35. Тираж 100 экз.
Заказ 1697, с. (СП.) 978.
Типография Бийского педагогического п)сударственного
университета им. В.М. Шукшина - 659333,
г. Бийск, ул. Короленко, 55/1.
•22808
РНБ Русский фонд
2006-4
24673
Документ
Категория
Без категории
Просмотров
0
Размер файла
1 054 Кб
Теги
bd000103333
1/--страниц
Пожаловаться на содержимое документа